Чтение онлайн

"Никак"

Краткое содержание монографии "Как избежать неприятностей"

Как говорилось у Кости на Земле - дело пахло керосином. Даже для него тот факт, что Культ Матери, узнай о подобном злодеянии, пойдет всевыжигающим походом на каждого последователя Танцора, был очевиден также как и для любого другого члена второго отряда. Вначале, он лишь облегченно выдохнул, вспомнив, что живет не в Агартхе в Культе Танцора, а в способной умчаться в далекие дали (легким нажатием рычага) навстречу заходящему солнцу Гиладе. Но внезапно Костю посетила совершенно очевидная догадка, что Мать даже и не вспомнит, что он: союзник Д'аку, всего как полмесяца пользуется божественным покровительством, вообще родом с другой планеты, - а просто-напросто обратит его в маленькую кучку пепла без лишних разборок и объяснений. Хотя бы за то, что был рядом в момент безжалостного убийства Рахаль, и ничего не сделал, чтобы предотвратить его. И вот тут Костю охватила паника. Он с ужасом переводил взгляд то на брошенное тело, то на безумно улыбающегося Сварана, то на окровавленный кинжал, который Инува демонстративно кинул к ногам мертвой девушки. В голове у него крутилась тысяча бессвязных мыслей от немедленного побега и самозахоронения в песочной могиле, до сокрытия трупа путем его пожирания.

– В чем дело, Д'аку?! Испугались дохлой девки или ее влиятельных дружков?!
– иступлено голосил Сваран.
– Похоже, у вас большие неприятности, из которых вам никто уже не поможет выпутаться.

Наперекор его словам, будто бы специально подгадали минуту, неспешной развязной походкой, из парка показались Кадд'ар и ведомые им Мгогоро, Протея и Яу. Первый выглядел очень довольным, даже откуда-то взял карамельный леденец, который периодически посасывал - вот уж кого-кого город Иллюзий принял с распростертыми объятьями. Подстать лидеру Мгогоро и Протея также были увлечены прогулкой: они сосредоточенно слушали лекцию Кадд'ара о Маг Мелле и его порядках, периодически вставляя свои комментарии. Яу тоже, не сказать, чтобы был сильно раздражен или озадачен: до Кости долетела пара его безуспешных попыток докричаться до оберегающего город божества с просьбой раздеть Протею или заставить ее сплясать для него эротический танец.

– Вот, гадство!
– ругался Яу.
– Кадд'ар, почему тебе здесь все преподносится на блюдечке, а мне даже в простой естественной потребности отказывают? Что-то я не припомню, чтобы ты хоть раз пикнул о своей, почему же тогда моя упрямо игнорируется?!

– Потому что, хоть и без слов, но просить нужно с душой, - изрек нравоучительную сентенцию лидер, облизывая леденец.

– Кадд'ар!
– в один голос позвали Костя и Сил.

Лидер почти лениво обернулся на оклик - он без особого энтузиазма взглянул на второй отряд, а затем на Сварана с Инувой.

– Ага! А вот и ты - прославленный мудрец Гилады! В народе поговаривают, что ты - всезнайка, у которого припасены ответы на любые вопросы. Посмотрим, как твой хваленный ум справится с этим.

Договаривая, Сваран вновь обратил себя и верного приспешника в невидимок. Инува в это время достал из кармана заранее настроенный аппарат Мотси, который почти мгновенно переместил их прочь из Маг Мелла, оставляя Гиладу наедине с их новой лучшей подругой - надвигающейся катастрофой.

Костя очень надеялся, что Яу с пониманием отнесется к сложившейся ситуации и не станет ее усугублять своими обвинениями в их адрес. Но тем надеждам не суждено было сбыться - осведомитель Матери на удивление быстро (для своей комплекции) подбежал к уже остывшему телу Рахаль. Он едва сдерживался, чтобы не заплевать огнем труп сестры: его глаза отражали такую неприкрытую ненависть ко всему Маг Меллу, и в особенности к Гиладе, что Костя сразу догадался - этот толстяк точно не станет за них заступаться. Скорее, он будет первым, кто вызовется добровольцем в крестовый поход на всех причастных (и не очень) к печальной кончине новой Настоятельницы.

– Вы...вы все сгорите, - давясь слюной, предвещал Яу.
– Вы, устроившие этот отвратительный спектакль, богомерзкие отступники с прогнившими душами еще познаете истинную силу Огня. Мерзкие предатели. А я - глупец - доверял вам и вашему змее-лидеру. О, Милостивая Матрона, прости меня, грешного, ибо был слабым рабом твоим, одураченным демоном, имя которому Кадд'ар - тот, кто в тысячу раз опасней Плута.

Вокруг Яу столпилась целая прорва жителей Маг Мелла - они с немалой долей любопытства внимали его гневливым речам, при этом, не выказывая особой заинтересованности к валяющемуся посреди Площади трупу. С живыми - по их мнению - было намного веселее. Периодически из толпы выскакивала пара смельчаков: словно маленькие дети, которых впервые вывели в зоопарк, они немного с опаской, но больше из-за желания оттянуть сладостный момент, подходили к Яу и пытались его потрогать. Яу явно не прибывал в том настроении, когда хотелось ощутить на себе чьи-то прикосновения, а уж тем более от рук (отныне) заклятых врагов. Каждый раз, когда к нему подбирался очередной храбрец, осведомитель исторгал из себя потоки огненной массы, выжигающие как на земле, так и на приблизившихся людях все новые шрамы (от которых жители Маг Мелла приходили в бурный восторг - вероятно раньше явление Огня им было чуждо).

– Что здесь произошло?!
– воскликнула Протея, подбегая к Сил.
– Ты в порядке? Тебя не ранили?

– Пока нет. Сейчас все зависит от нашего разгневанного судьи, - сказал юноша.

Яу в ответ метнул в них несколько плевков.

– Мгмммх, - недовольно отметил Мгогоро, уклоняясь.

– Он прав, Господин Яу, вы зря клеймите нас бездушными палачами, - вступился за Гиладу Кадд'ар.
– Нам ведь неизвестно, кто были эти двое, и какие мотивы толкнули их на подобное преступление. Все, что мы знаем - это то, что ни в коем случае нельзя делать поспешных выводов, а уж тем более, заранее обвинять кого-то в деянии, которого возможно им и не было совершено.

– Заткнись! Именем Матери, я приказываю тебе заткнуть свой поганый рот!
– негодовал Яу.
– Я немедленно направляюсь в Агартху - Настоятельница Фашива, да продлит Солнце ее дни, должна узнать о вашем изуверском заговоре как можно раньше.

– Но ты же ничего не видел!
– заговорил Костя.

– Тебе, Пришелец, вообще слово не давали. А что, касается вас, Д'аку, я уже осознал, что красиво говорить вы умеете. Точнее: все, что вы и умеете - так говорить; выдавать тысячи пустых бравад, которые по сути своей не что иное, как мыльные пузыри.

– Ты, блять, ничего не видел!!!
– вскипел Боунз.

Не входило то в Костины (и, наверное, в любые разумные человеческие) интересы - допустить огласку столь противоречивого происшествия. Как и не входил жертвенный костер Матери, в который его бы кинули поджариваться. А потому, великодушно дарованной ему властью Танцора над умами и чувствами смертных, Боунз обезопасил себя и товарищей. Он заметил, как Кадд'ар слегка кивнул, как бы благодаря за своевременную помощь.

– В-вы...ннн...правы. Я...ничего не видел, - попытался бороться с волей Боунза Яу, но проиграл.
– Я не знаю, что здесь произошло и чьего злого ума это дело. Поэтому будет верхом идиотизма - рассказать об этом Госпоже Фашиве. Мне стоит повременить, пока все не прояснится.

На самом деле, Костя весьма удивился, когда услышал слова Яу. Он уже почти сроднился с неким сакральным заклятьем, которое ему приходилось каждый раз озвучивать, перед тем как (или во время) использовать эмпатию. "Вы даже не представляете", "А ты подумай", "Вообрази, каково мне" - и оппонент становится с ним единого мнения. А тут - он всего-навсего накричал на предвзято мыслящего толстяка - и, о чудо, тот изменил своим принципам в угоду Боунза. Еще в катакомбах во время Испытания Разума с Духами Правды, Лжи и Случая он не ожидал, что его талант за столь короткий срок успел так развиться. Кто знает - насколько тогда сильнее он станет через год, десять лет, полвека? Возможно (так ему думалось) именно из-за этого Кадд'ар выбрал Боунза из всех людей на планете Земля.

– Нам пора возвращаться, - развеял его мир раздумий, Кадд'ар.
– На Яу теперь можно положиться - будь спокоен.

Неожиданно из замка, крича громогласное "ПОДОЖДИ МЕНЯ, О МОЙ ПРЕКРАСНЫЙ ЛОРД!!" выбежала Лагвая. Если, конечно, ту обернутую железом и свинцом махину можно было так назвать. За то время, пока Костя и остальные сражались с Свараном, Лагвая в срочном порядке помчалась в свое потаенное убежище, в котором она хранила наиболее ценные для нее вещи. Ей еще никогда не приходилось добиваться внимания мужчины (что ее и немного смущало, и в то же время будоражило). Она совсем не знала, как ей следует себя вести в таком случае, но одно ей было известно наверняка - Лагвая твердо решила, во что бы то ни стало заполучить в свои трофеи этого неприступного иноземца с необыкновенной внешностью. В своей сокровищнице девушка отыскала старинный манускрипт, повествующий о славных подвигах героях прошлого: эти великие мужи облачались в непробиваемые металлические одежи, помогавшие им одолевать злых монстров и добиваться признания любимой. Лагвая, по-своему интерпретировав пару историй, воспользовалась многовековым опытом бравых искателей приключений и также, по их образу и подобию, нарядилась в самые тяжелые и внушающие ужас латы. Для большего эффекта она обвесила себя мечами, топорами и копьями. Поражало, как эта хрупкая девчушка, не привыкшая к физическому труду, могла не просто стоять - а довольно проворно бегать по городу.

– В твою честь я готова биться с любыми исчадиями тьмы, о свет очей моих!!! Сто дорог пройду, сто ночей не буду ведать сна, лишь бы очутиться рядом с тобой!!!
– декламировала перед Костей Лагвая, преклонив колено.
– Да награди же меня, защитницу твоего сердца, заветным поцелуем!!!

Стоявший рядом Джийа издал еле слышимый смешок: уж чего-чего, а встретить любовь среди этого безумства никак не ожидалось.

– Женщина, отстань от меня!
– рявкнул Боунз.
– Мне сейчас не до твоих брачных игр. Я занят. Да и ты мне бесполезна. Вот когда будешь представлять собой хотя бы что-то значимое, а не просто избалованную нафуфыреную девку, тогда и поговорим!