Чтение онлайн

— Что ты себе позволяешь?

— Это ты что себе позволяешь?! Она только поверила, а ты…

— Я делаю, как будет лучше.

— Лучше?! Кому?! Ей лучше? Да у этого твоего на лице написано, что он…

— Уймись, — тряхнул её снова.

Нервы были на пределе, пять дней я спал, просыпаясь от каждого шороха, и терпеть глупые бабские обвинения не хотел.

Больше ничего не говоря, потащил Камилу на второй этаж. Она рычала, упиралась и всячески пыталась вывернуться, попутно донося до моего сведения, какая я скотина. Я стискивал зубы вместе с её рукой, пока не понял, что вот-вот сломаю ей кость. Затолкнул в спальню и запер дверь.

— Выпусти меня! — затарабанила она с той стороны. — Слышишь, Яр! Быстро выпусти! А то я…

Слушать её «а то я» желания не было. Отперев гостевую, я увидел сжавшуюся на уголке постели блондинку. Ещё одна, мать её! Словно я её убивать сейчас буду.

— Пойдём, — приказал я.

В её глазах стояли слёзы. Я до скрежета стиснул зубы. Может, я и скотина, но она всё ещё жива. И хотелось бы, чтобы так было дальше.

— Вставай. Или сам подниму. Быстро.

Она опять не шевельнулась. Я подошёл, она всхлипнула, пытаясь отодвинуться. Наши взгляды столкнулись. Адриан — тот ещё сукин сын, но девчонка ему нужна. А мне нет.

Втащив Юту кабинет, я поставил её перед Адрианом. Она дрожала, как осиновый лист.

— Это ещё что? — спросил Адриан.

— Нравится? — обратился к Адриану. — Ты няню хотел? Вот тебе няня. Только одно условие — не выводи её в свет. Хотя это как раз не к тебе.

Юта опять всхлипнула. Он посмотрел на меня, на девчонку и опять на меня.

— С детьми она ладит отлично.

— В чём подвох?

— Тебе нужна няня, мне нужно от неё избавиться, и чем скорее, тем лучше. Подвоха нет. Когда-то она принадлежала Серафиму, но сейчас его интерес к ней заканчивается её присутствием рядом со мной. Этот ублюдок вышвырнул её в сугроб у меня на дороге. Сам понимаешь, зачем.

— А на хрена ты подобрал?

— Не спрашивай, — процедил я. — Забирай её, и дело с концом. Рано или поздно нам с ним придётся сцепиться. Если она будет со мной, он устроит показательную казнь, я уверен. Прикончит её, чтобы задеть меня. Да хватит реветь! — гаркнул на Юту. — Дура! Где у вас, баб, мозги?!

Камила

Я видела только, как загорелись габаритные огни отъезжающей машины. Сколько ни дёргала дверь, всё было напрасно. Верить, что Яр может так поступить — взять и, словно вещь, отдать кому-то Юту, я не хотела.

Услышав, как щёлкнул замок, подскочила на ноги. Яр вошёл угрюмый и, ничего не сказав, скрылся в ванной. Я рванула за ним.

— Где Юта?

— Уехала.

— Яр! — я схватила его за плечо. — Она же человек! Ты не можешь…

— Я могу всё. В данном случае я сделал то, что посчитал нужным. Мои решения не обсуждаются, Камила. Ты не в том положении, чтобы указывать мне, что делать.

— Не в том положении?! А в каком я положении?!

Он промолчал. Хотел проигнорировать меня, но я снова схватила его и посмотрела в глаза.

— Скажи мне, в каком я положении!

Появилось ощущение дежавю. У меня на пальце было кольцо, я начала чувствовать себя увереннее, а он опять ткнул меня носом.

Яр вдруг прижал меня к стене. Хотел поцеловать, но я увернулась, и губы его мазнули по щеке. Он был зол, я видела это, но на что злиться ему, не могла понять.

— Прекрати вести себя, как капризная истеричка, — процедил он, схватив меня за подбородок. — Ты же умная девочка. Ты всё понимаешь.

— Я ничего не понимаю, — процедила в ответ и хотела оттолкнуть его.

Он поймал меня за руку и пригвоздил запястья к стене. Прижался ко мне.

— Ты из меня верёвки вьёшь, Камила. Добром это не кончится. Я, чёрт подери, буду принимать решения, которые тебе по вкусу не придутся, и тебе придётся с этим мириться. Хочешь ты этого или нет.

— Я не собираюсь мириться с тем, что мне не по вкусу, — прошипела ему в лицо и дёрнулась всем телом.

Его глаза блеснули. Но это была не только ярость. Возбуждение было острым и сильным. Я вдохнула, взгляд Яра упал на мои губы, на грудь. Вспышка, и мы подались навстречу друг другу. Я схватилась за его свитер, он спустил с моего плеча платье.

— Довела же, зараза, — процедил он и развернул меня к себе спиной. Поднял подол, спустил трусики. Я услышала, как звякнула пряжка его ремня. Пальцы его впились в мои бёдра.

— Яр! — всхлипнула я с его движением навстречу, и громко, несдержанно застонала.

Первые резкие и грубые толчки сменили более плавные. Ярослав дотронулся до моего живота, поцеловал меня за ухом.

— Юте будет лучше подальше от меня, — сказал он и, обхватив грудь, слегка сжал.

Я застонала снова. Сейчас думать я могла только о том, что происходит между нами — о руках мужа и его губах, больше ни о чём. Под ладонями был прохладный кафель ванной, кончик висящего на крючке полотенца то и дело задевал мою щёку, кровь обжигала изнутри. Яр опустил ладонь ниже и дотронулся до самого чувствительного места на моём теле. Ласкал, то легонько поглаживая, то надавливая, и я откликалась, как скрипка в руках мастера.

— Камила, — сипло сказал он, и моё имя прозвучало, как изощрённая нежность.

Наши тела соприкасались быстро и влажно, воздух стал душным и густым, запах секса пьянил. Яр поцеловал меня в шею и, погладив меня по бедру, остановился. Погладил меня по ладони, по пальцам, и в этом прикосновении я уловило что-то необузданно собственническое. Обхватил меня за горло и поцеловал в шею сбоку, в скулу и уголок губ.

— Ты — единственная женщина, которая способна довести меня до белого каления.

— А ты…

— Ты можешь хоть иногда промолчать?

Он слегка сдавил мою горло и снова задвигался. Сперва размашисто, медленно, но с каждым движением быстрее и быстрее, запуская по моему телу всё новые и новые волны удовольствия. Вначале лёгкие, они превращались в шторм, накрывающий с головой и уносящий в ревущий океан.

Закусив губу, я царапнула стену, ударила по ней кулаком и громко застонала. Ноги подогнулись, горящие лампочки под потолком превратились в маленькие солнца. Яр подхватил меня под животом и, войдя на всю глубину, глухо застонал. Я едва могла дышать, содрогалась от удовольствия и чувствовала, как он пульсирует во мне. Гнев на него не проходил, любовь к нему была всеобъемлющей.

Яр повернул меня к себе и, обняв, уткнулся мне в волосы. Сглотнул. Всё ещё дрожа, я выдохнула ему в грудь и облизнула пересохшие губы.

— И что это было? — спросила сипло.

— Сам не понял, но было хорошо.

Положив ладонь ему на грудь, я посмотрела снизу вверх.

В его глазах всё ещё читалось желание, но сквозь него я увидела мрачную решимость.

Стало вдруг страшно. Сама не понимала, что напугало меня: то ли его взгляд, то ли то, как он взял меня за руку и сжал её. Отпустил и, отойдя, застегнул брюки. Подол моего платья опал сам. Между ног было влажно. Я переступила через трусики и подняла их с пола.