Чтение онлайн

Я осмотрела комнату. Все, казалось, заняты едой или говорили, поэтому я решила что сейчас самое подходящее время, чтобы поговорить.

– Следуйте за мной , - сказала я, направляясь к маленькому столику в задней части комнаты. Мы присели, и горничная подала чай. Как только мы остались одни, я сразу перешла к делу, надеясь, что все пройдет гладко.

– Джорджия, во-первых, я не имела шанса принести извинения о Микке.

Она покачала головой, даже когда я говорил.
– Он всегда хотел быть героем. Мы все понимаем, что ситуация могла … закончить так. Но я думаю, он был горд.

– Мне действительно жаль. Может мы можем что-то сделать?

– Нет. Все улажено. Поверь мне, он бы не выбрал другой конец, - настояла она.

Я думал о мышевидных мальчика в углу комнаты в ту ночь. Он охотно выбежал в драку для меня, для всех нас. Храбрость прячется в удивительных мест.

Я вернулась к вопросу.
– Что ж, Джорджия, как ты можешь видеть Николлета - принцесса Италии. Она посетила нас несколько недель назад.
– Я смотрела между ними.
– В то время она дала понять, что Италия хотела бы стать союзниками Иллеи, если та изменит некоторые вещи.

– Америка, - прошипела Николлета.

Я подняла руку.
– Поверь мне. Джорджия - друг, но я не знаю ее из Каролины. Она одна из лидеров северных повстанцев.

Николетта села на место. Джорджия сделала робкий кивок, подтверждающий то, что я сказала.

– Недавно она пришла к нам за помощью. И потеряла близкого ей человека в процессе, - объяснила я.

Николетта положила руку на Джорджию.
– Мне очень жаль.
– Тогда она повернулась ко мне, заинтересованная, как все это связано между собой.

– То, о чем мы будем говорить должно остаться между нами, но я думаю, нам удастся обсудить некоторые вещи, которые благотворно скажутся на каждом из нас, - пояснила я.

– Вы пытаетесь свергнуть короля?
– спросила Николетта.

– Нет, - заверила ее Джорджия.
– Мы надеемся, что Максон будет править, и работать в направлении устранения каст. Может быть всю его жизнь. Он, кажется, имеет больше сострадания, чем его отец.

– Так и есть, - сказала я.

– Тогда почему вы атаковали дворец? И все эти люди?
– резко обвинила Николетта.

Я покачала головой.
– Они не похожи на Южных повстанцев. Они не убивают людей. Они иногда вершат правосудие, как считают нужным.

– Мы вызволяем матерей-одиночек из тюрьмы, и тому подобное, - вставила Джорджия.

– Они разрушали дворец, но никогда никого не убивали, - сказала я.

Николетта вздохнула.
– Я не так беспокоюсь как тогда, но я не уверена почему вы должны познакомить нас.

– И я, - призналась Джорджия.

Я перевела дыхание.
– Южные повстанцы становятся все более и более агрессивными. Только за последние несколько месяцев, число их атак увеличилось, и не только во дворце, но по всей стране. Они беспощадны. Я беспокоюсь, как и Максон, что они очень близко к такому шагу, от которого мы не сможем оправиться. Их идея уничтожения по нисходящей каст Элиты довольно радикальная, и мы все боимся, что эти нападения обостряться.

– Это уже произошло, - заявила Джорджия обращаясь скорее ко мне, чем к Николетте.
– Когда ты пригласила меня сюда, я была счастлива, хотя бы оттого, что могла передать вам больше новостей. Южные повстанцы перешли к Тройкам.

Я положила руку на рот, шокированная тем, что они прогрессируют так быстро.
– Вы уверенны?

– Да, - подтвердила Джорджия.
– Эти цифры сместились вчера.

Через некоторое время тихого беспокойства, Николетта спросила:

– Зачем они это делают?

Джорджия повернулась к ней.
– Для того чтобы напугать Элиту и заставить их уйти, для того чтобы напугать королевскую семью в целом. Они, похоже, думают, что если они остановят Отбор до того как он подойдет к концу и изолируют Максона, то все что им останется сделать это избавиться от него и захватить власть.

– И это реальная причина для беспокойства. Потому что, если они получат, то что хотят, Максон не сможет ничего предложить вам как король. Южане будут притеснять людей дальше.

– Так что же вы предлагаете?
– спросила Николетта.

Я попыталась мягко перейти в преступную часть нашего разговора.
– Джорджия и другие северяне имеют больше возможностей для того, чтобы остановить южных повстанцев, чем кто-либо во дворце. Они могут предугадать их действия и у них есть шансы, чтобы противостоять им… но они не подготовлены и безоружны .

Они обе ждали, не понимая, что я имела ввиду.

Я понизила голос:

– Максон не может выкачать деньги из дворца, чтобы помочь им приобрести оружие.

– Понимаю,- наконец сказала Николетта.

– Мы должны понимать, что оружие должно быть использовано только чтобы остановить южан. Оно никогда не должно применяться против офицеров, - сказала я глядя на Джорджию.

– Это не будет проблемой.
– Я видела в ее глазах, что она имела в виду, и я уже знала об этом в сердце. Если бы она хотела, она могла бы схватить меня еще в лесу. Но это никогда не было ее целью.

Николетта, размышляя, стучала пальцами по губам. Я знала, что мы просили слишком много, но я не уверена, как, в противном случае, двигаться вперёд.

– Если кто-то узнает…, - сказала она.

– Я знаю. Я думала об этом, - если король когда-нибудь узнает об этом, то порки будет не достаточно, этим я и была обеспокоена.

– Если бы мы могли убедиться, что не оставим ни следа, - Николетта продолжала ерзать пальцами у своего рта.

– Это должны быть наличные деньги. Что будет гораздо труднее, - предположила Джорджия.

Николетта кивнула и положила свою руку на стол:

– Я сказала, что если смогу что-нибудь сделать для вас, то сделаю. Мы можем использовать сильного друга, но если ваша страна его потеряет, я боюсь, что мы только получим ещё одного врага.

Я грустно улыбнулась.

Она повернулась к Джорджии.

– Я могу получить наличные сегодня, но необходимо, чтобы они сразу пошли в дело.

Джорджия улыбнулась.

– У нас есть средства.

Через ее плечо я увидела как приближается фотограф. Я подняла свою чашку и прошептала: - Камера.

– Я всегда думала что Америка - леди. Я думаю, что иногда мы не замечаем те черты, потому что видим только Пятерку как исполнителя, и Шестерку как домработницу. Но посмотрите на королеву Эмберли. Она гораздо больше чем Четверка, - любезно заявила Джорджия. Николетта и я кивнули.