Чтение онлайн

– Я очень сомневаюсь, что ваши акции поднимутся в цене, - с усмешкой произнес Сэммз и перешагнул порог; бронированные створки двери сошлись за его спиной, отрезав от Изаксона. "Род?
– позвал он.
– Слышали - меня пытались подкупить?" "Напористые ребята, - Киннисон мысленно присвистнул. Ничего не боятся! Ведь вы могли бы перемолоть их как кофейные зерна!"

"Или они - меня. Этот Изаксон прибыл в порт с основательной командой боевиков."

"Хмм... Возможно, возможно... Но какая хватка! Требовать монополии на полицейские функции в десятках миров! Это же все равно что..."

"...рабство, Род, рабство. Они собираются подмять всех, начиная с Галактического Совета. И мысли Изаксона на сей счет были вполне ясными."

"Я чувствую, что вас что-то беспокоит, Вирджил, - беззвучный голос Киннисона приобрел вопросительную интонацию."

"Только то, что действительно могут обойтись без моей помощи, Род."

"Вот еще один довод в пользу того, чтобы скомплектовать Всегалактический Совет из ленсменов, - Киннисон на мгновение задумался. Они еще не понимают, кто такие ленсмены.., им кажется, что это нечто вроде почетного титула. Ничего, скоро мы им покажем, как играть в такие политические игры!"

"Усильте контроль за МКП, - сказал Сэммз, вступив в просторное помещение, в котором располагался оперативный пункт Патруля.
– До связи, Род."

"До связи."

Девушка, сидевшая за центральным пультом, вскинула глаза на вошедшего и, тихонько ойкнув, что-то пробормотала в микрофон. Затем, вскочив на ноги, она направилась к Сэммзу.

– Добрый день, сэр. Коммодор Клайтон сейчас прибудет.

– Здравствуйте, Сильвия. Нет никакой необходимости беспокоить коммодора Клайтона. Я сам могу добраться до шлюза "Чикаго"...

Но Клайтон уже входил в комнату.

– Привет, Вирджил! Кажется, вы хотите лишить меня привилегии встречать почетных гостей?
– коммодор повернулся к девушке.
– Вызовите "жучка", Сильвия. Я сам отвезу мистера Сэммза.

Через три минуты "жучок" - небольшой автомобиль обтекаемой формы - уже ждал их у ворот, выходивших на стартовое поле.

– К "Чикаго"!
– кратко распорядился Клайтон, и машина рванулась с места. Она промчалась мимо поста охраны - стражи дружно вскинули руки в салюте, мимо гигантских ангаров и гладких взлетно-посадочных полос, где приземлялись трансконтинентальные ракеты. Наконец под колесами взвизгнул почерневший от атомного пламени, изъязвленный трещинами бетон космодрома. Отсюда стартовали боевые корабли, и площадки словно прогибались под чудовищным весом крейсеров и дредноутов, застывших ровными рядами, словно стальные шары на бильярдном столе, изуродованном ударами тяжкого молота.

Водитель, однако, не снизил скорости, ловко лавируя меж ям и рытвин; видимо, коммодор Клайтон любил быструю езду.

Док, в котором стоял "Чикаго", стремительно приближался. Это было массивное приземистое сооружение в форме цилиндра, в который был на треть погружен корпус крейсера. Выглядело все это устрашающе огромным - особенно когда выпуклая стена корабля нависла прямо над сидевшими в "жучке" людьми. Сэммз знал, что не каждый мог спокойно вынести подобное зрелище; иные падали в обморок или устраивали истерику, так что доки для гражданских транспортов приходилось делать много больше. Обычным пассажирам не рекомендовалось обозревать суда снаружи - гораздо проще было доставить их непосредственно к шлюзу, в который вел закрытый со всех сторон трап.

Сэммз посмотрел на тысячи и тысячи тонн полированного металла над своей головой и улыбнулся Клайтону.

– Так и кажется, Алекс, что этот шарик сейчас покатится по полю, сшибая ангары... Как ваши люди, - он покосился на молодого сержанта-водителя, - не нервничают?

– Я принимаю на работу только обстрелянных парней, - ухмыльнулся коммодор.
– если надо, они подопрут наши шарики своими задницами.

"Жучок" лихо развернулся и застыл у подъемника корабля. Кивнув на прощание Клайтону, шеф Патруля легко выскочил из машины, поднялся наверх, к пассажирскому люку и, следом за юным лейтенантом-вахтенным, прошел в адмиральскую каюту. Она была не слишком просторной, как и другие жилые отсеки на борту крейсера, но лучшего "Чикаго" предоставить не мог. Сэммз, во время своих странствий, обычно занимал эти почетные апартаменты.

Он сел в кресло и застегнул ремни; прямо перед ним был монитор внутренней визнофонной связи, слева - большой экран ультраволновой следящей системы. Видеофон мигнул, и на нем возникла насупленная физиономия капитана. При виде Сэммза старый ветеран изобразил что-то похожее на любезную улыбку и отрапортовал:

– Капитан Винфельд приветствует Первого Ленсмена Сэммза! Разрешите взлет в двадцать-ноль-ноль, сэр?

– Привет, старина, - Сэммз был менее официален.
– Взлет разрешаю.

Послышался гул, нараставший с каждой минутой; вскоре он превратился в оглушительный рев, от которого завибрировали стальные переборки. Шла продувка планетарных двигателей; потом они включились на полную мощность. Сэммз с нетерпением ждал, когда закончится эта процедура и начнет работать нейтрализатор инерции. Загорелся следящий экран, но он не увидел ничего снаружи стояла стена ослепительного пламени Вдруг крейсер качнулся, по экрану мелькнули сполохи, и в следующий миг фиолетовое небо выстрелило в лицо Сэммзу колючие яркие лучики звезд; "Чикаго" был уже в верхних слоях атмосферы.

Вскоре корабль вышел в открытый космос. И здесь, в свободном бескрайнем пространстве, лишь крохотную часть которого занимали горошины-планеты и мячик-солнце, скорость крейсера достигла такой величины, которую разум человеческий не мог ни представить, ни объять.

Глава 5

РИГЕЛЬ

Несколько часов Вирджил Сэммз сидел неподвижно, уставившись в свой экран, на котором разворачивались неповторимые панорамы космических чудес переливающиеся россыпи невероятно крупных разноцветных бриллиантов, разбросанных каплями сверкающих брызг по черному бархату пространства. Не то чтобы его совсем не привлекали подобные картины - обычно при виде их испытывал благоговейный трепет любой, самый испытанный космический волк, просто слишком много тяжких дум ворочалось в его голове. Он должен был решить задачу, которая, судя по всему, решения не имела. Как?:. Как ему сделать то, что он должен сделать?

Наконец, осознав, что приближается время посадки, он встал, выключил экран, легко выплыл из каюты в коридор и, придерживаясь за поручень, добрался до рубки управления. Конечно, Сэммз мог бы провести там все путешествие, но зная, что офицеры Флота не очень любят, когда в их святилище находятся посторонние, он отправился на мостик лишь тогда, когда в этом возникла настоятельная необходимость.

Капитан Винфельд уже находился в кресле перед своим штурманским экраном; корабельные компьютеры мерно пощелкивали, переваривая очередную порцию расчетов.

– Я как раз собирался послать за вами, Первый Ленсмен, - Винфельд махнул рукой, показывая на кресло.
– Прошу вас, займите место капитан-лейтенанта.
– Затем, после короткой паузы, он скомандовал:

– Мистер Уайт, включайте безынерционную тягу.

– Всему экипажу - внимание!
– спокойным голосом произнес в микрофон капитан-лейтенант Уайт.
– Подготовиться к инерционному маневрированию. Конец связи.

Рассыпанные по панели крохотные красные лампочки мгновенно сменились зелеными. Уайт включил привод Бергенхольма, после чего вес Вирджила Сэммза тут же увеличился фунтов до пятисот - на военном корабле не было места, чтобы держать такие не первой необходимости приборы, как гравитаторы. Несмотря на то, что он был подготовлен к подобной перемене и сидел в мягком кресле, дыхание у ленсмена перехватило, и он едва не потерял сознание; конвульсивно сглотнув и сделав два-три глубоких вздоха, Сэммз снова пришел в норму.