Чтение онлайн

Теперь, когда он стоял в полный рост, я мог рассмотреть его получше. Высокий и широкоплечий, видна военная выправка. Ни инвалидное кресло, ни нищета рыночного торговца не смогли стереть ее.

Да и выглядел он по-своему харизматично, если присмотреться: чёрная повязка на левом глазу, шрам на виске, коротко стриженные темные волосы, а по вискам проступала седина. Ему было лет сорок, вряд ли больше. И даже сейчас, после нескольких часов лихорадки, его руки выглядели сильными и жилистыми.

Святогор оскалился и легко взмахнул топором, рассекая воздух.

– Ты нам тут оборудование не порушь, пират одноглазый, – проворчал Петрович.

– Не пират он, старый, – хмыкнул я. – Святогор – бьудущий глава гвардии рода Северских.

Петрович уставился на меня так, словно я только что объявил о конце света. Игоша чуть не упал, впечатавшись спиной в стенку кузова. А Святогор медленно опустил топор и повернулся ко мне всем корпусом.

– Что? – выдавил он.

– Я предлагаю тебе должность главы моей гвардии, – как само собой разумеющееся пояснил я.

– Калеку? – в его голосе смешались недоверие и и зарождающаяся злость. – Главой гвардии?!

– Бывшего калеку, – поправил я. – Или ты не заметил, что стоишь на собственных ногах?

Святогор смотрел на меня, а в его единственном глазу читался настоящий коктейль из разных эмоций – шок, надежда, недоверие, страх разочарования.

– Ты не калека, – спокойно повторил я. – Проклятье уже отступает. А дальше мы его вытравим окончательно. Что до глаза… – я задумчиво посмотрел на повязку под которой скрывалось мертвое месиво.

Во время лечения я изолировал всю пакость от основного тела и каналов, однако же восстановить его не смог. Явно не с текущими возможностями.

– Что-нибудь придумаем, – закончил я мысль.

Он переступил с ноги на ногу. Постоял так… Переступил снова.

– Допустим, я согласен… – он начал слегка подпрыгивать, словно проверяя свои ноги на прочность. – Сколько человек в подчинении?

– Да вот все здесь, кого видишь, – пожал плечами я.

Святогор замер в полуприседе и медленно обвёл взглядом собравшихся в кузове людей.

– Старпер, скрюченный малец и одноглазый калека – это твоя рать? – прокричал он, хрипло рассмеявшись. – Скажи мне, Северский, у тебя какой-то особый фетиш? Цирк уродцев собираешь?

– Эй! – рыкнул Петрович, и «Слонобой» в его руках качнулся. – Ты на Игошку нашего не гавкай, понял! Он стараниями Антона Игоревича за неделю на несколько сантиметров вытянулся! А я так вообще молодею не по дням, а по часам! Так что хорош ерепениться, говори спасибо и соглашайся. Игошу лечат. И тебя вылечат.

Святогор снова начал переступать с ноги на ногу, словно ему не стоялось на месте. Подпрыгнул раз, другой. Крутанул топор.

– Леший вас всех задери! – выкрикнул он и сам удивился громкости собственного голоса. – Согласен! Согласен попробовать снова! Буду я твоим вассалом, Северский!

– Хы… «Леший», – оскалился Петрович. – Он уже как вы, Антон Игоревич, выражается.

– Вассалом? – пискнул Игоша и вылез из своего угла, глядя на Святогора. – Вы что же… дворянин?

Святогор перестал скакать и снова выпрямился да расправил плечи. Несмотря на потрёпанную одежду и повязку на глазу, в этот момент он выглядел как истинный офицер имперской армии.

– За верную службу Империи и проявленную доблесть при обороне Хабаровского рубежа удостоен личного дворянства, – отчеканил он и притопнул ногой. – Разрешите отрекомендоваться должным образом! Капитан имперской армии в отставке, личный дворянин Горцев Святослав Иванович!

– И как тогда быть? – озадаченно посмотрел на меня Игоша. – Дворянин же не может…

– С этим какие-то сложности? – Святогор удивлённо вскинул бровь, а потом хлопнул себя по лбу. – А, понял… Судя по твоей гвардии, род Северских не из богатых. Стало быть, титул невысок. А невысокий титул не даёт права принимать вассалов!

– Как будто эти формальности могут что-то значить, – произнёс я, глядя в его единственный глаз.

Святогор, уж было начавший пританцовывать, вновь перестал дёргаться и внимательно уставился на меня, словно пытался прочитать что-то в моём взгляде.

А потом он громко усмехнулся и махнул рукой:

– Да пошло оно всё! Ты прав, Северский! Всё это условности! Бумажки и печати… Да кого они вообще волнуют! Что-нибудь придумаем.

Он шагнул ко мне и протянул руку.

– Я согласен, – твердо произнес он.

Я пожал его ладонь. Хватка у него была крепкой и уверенной – чувствовалась рука воина, что не растерял свою силу даже за годы немощи.

– Только не пойму, чего он дёргается? – пробормотал Петрович, наблюдая, как Святогор снова начал пританцовывать на месте.

– Да что-то жажда деятельности из меня прёт! – выпалил тот и взмахнул топором. – Прямо разрывает! Руки чешутся, ноги не стоят!

– Последствия лечения, – пояснил я. – Я много энергии влил, организм перестраивается. Не волнуйся, я дам тебе куда направить эту жажду. Кое-кто уже ждет нас и очень спешит стать кормом для Места Силы.

От моих слов Игоша вздрогнул, а Петрович со Святогором с любопыством уставились на меня, ожидая подробностей.

Однако ответить что-либо я не успел – телефон в кармане снова зазвонил. Да сколько можно-то!

Если это очередной незнакомый номер… Может, это уже Рух пытается до меня дозвониться?

Я достал телефон и взглянул на экран. Увы, ни Рух – на этот раз звонила баба Галя.

– Докладываю обстановку, – отчеканила она, после быстрого приветствия. – Этих гадов прибыло. Была одна машина, теперь две. Насчитала семерых пока. Сидят тихо, как мыши под веником. Один на чердаке соседнего сарая засел, думает, его не видно. Вот ведь лопух дурной! Меня не проведёшь!

– Как засекла?

– А я, милок, каждый вечер за водой хожу. Вышла, гляжу – Мишка суетиться да на ту сторону смотрит. Он у меня чужаков за версту чует. Ну я бинокль достала, пригляделась… А там вон оно что.

Бинокль у бабки, значит. Неплохая разведчица вышла из деревенской старушки.

Если только…

– Они тебя не заметили? – быстро спросил я.

– Обижаешь! – выпалила она. – Я из-за занавески смотрела! Свет не включала. Да и кто на старуху внимание обратит? Сидят, ждут чего-то. А мне чего, теперь эти рожи тут вечно наблюдать что ли?