Чтение онлайн

Что касается регулярной кавалерии, то во Франции, в частности, до 1635 г. не было кавалерийских полков. Высшей военно-административной или организационной единицей во французской королевской кавалерии была кавалерийская рота, возглавлявшаяся капитаном. По свидетельству маршала Фабера, «до 1635 г. существовали лишь отдельные кавалерийские роты, которые на боевом марше и в бою объединялись в эскадроны, возглавлявшиеся старшими по пребыванию в своем чине капитанами»169. Высшим командиром всех кавалерийских рот являлся «генерал-полковник», при отсутствии которого кавалерией командовал самый «старый» капитан170.

Кавалерийские полки, во главе которых стали кавалерийские полковники, появились во Франции с 1635 г., хотя в немецких армиях и в испанской кавалерийские полковники и кавалерийские полки существовали задолго до 1635 г. Таким образом, появился своего рода посредник между прежним капитаном и генерал-полковником в лице полковника-командира кавалерийского полка. В этом отношении рейтарские полки в русском войске, впервые сформированные еще в 1631 г., были организованы по типу немецких или испанских. В этом отношении следует отметить, что регулярные кавалерийские части, рейтарские полки, появились в русском войске и французской армии практически одновременно. Следовательно, развитие регулярной армии в России в этом отношении шло синхронно с аналогичным процессом во Франции.

Должность и звание «генерал-полковника легкой кавалерии» имел с 1657 г. и до конца своих дней прославленный французский полководец маршал Тюренн (1611–1675). Эта должность была упразднена в том же 1675 г. со смертью маршала. Следует отметить, что эта должность считалась весьма высокой и почетной и маршал Тюренн добивался ее и был чрезвычайно доволен, когда получил ее в качестве, как он полагал, очень высокой и почетной награды за свои военные заслуги.

Во французской армии XVII в. у каждого маршала Франции, как главнокомандующего действующей армией, во время войны и военных действий был заместитель. Он имел звание «генерал-лейтенант». Учитывая, что французское слово «лейтенант» в переводе на русский язык означает «заместитель», звание «генерал-лейтенант», таким образом, означало «генерального заместителя». Это звание первоначально не являлось персональным, но лишь обозначало занимаемую должность. Эту должность могли занимать высшие офицеры с разными персональными званиями, в том числе и маршалы Франции, если командующим армией был, к примеру, сам король, дофин (наследник престола) или «принц крови». Должность и звание «генерал-лейтенант» появилось во Франции в конце XIII в. и первоначально обозначало не обязательно одного из высших военачальников. Оно первоначально давалось правителю какой-либо области как королевскому «наместнику» или заместителю какого-либо высшего должностного лица. Однако к XVII в. звание «генерал-лейтенанта», первоначально обозначавшее должность, уже начало превращаться в персональный воинский чин «генерал-лейтенанта». Впрочем, прежде всего оно по-прежнему обозначало должность и лишь к концу XVII в. окончательно превратилось в одно из высших персональных воинских званий.

В русской военной лексике при появлении «полков нового строя» и вместе с ними западноевропейской иерархии воинских чинов слову-званию «лейтенант» был подобран уже бытовавший в России (возможно, заимствованный из Польши) эквивалент – «поручик». Поэтому в иерархии высших чинов среди «начальных людей» «полков нового строя» эквивалентом звания «генерал-лейтенант» стало звание «генерал-поручик», сохранявшееся в Табели о рангах вплоть до конца XVIII в. Лишь при императоре Павле I чин «генерал-поручика» был заменен на чин «генерал-лейтенанта».

На «генеральском» уровне чин «генерал-поручика» должен был обозначать то же, что и «поручика» в составе ротно-полкового уровня, т. е. заместителя «капитана», и полкового уровня – «полкового поручика» или «подполковника», т. е. заместителя «полковника». Так же как и в Европе, звание «генерал-поручик» в России XVII в. означало прежде всего одну из «генеральских» должностей, а не персональный чин. Таковым являлся лишь один генеральский чин – «генерал». «Генерал-поручик» – это заместитель «генерала» как командующего самостоятельным, отдельным воинским соединением. Поэтому в России в рассматриваемый период истории ее вооруженных сил был, как уже было сказано, по сути дела, лишь один «генеральский чин» – «генерал», а «генерал-поручик», как и «генерал-майор», – это были, как правило, различные «генеральские должности».

Чин «генерал-майора» на «генеральском уровне» обозначал, таким образом, то же, что на полковом уровне означал чин «майора», т. е. «второго заместителя» «генерала». В обязанности «майора», а на уровне действующей армии – «генерал-майора», «второго заместителя» главнокомандующего, – входили функции «начальника штаба», включавшие организационно-хозяйственные вопросы. Иными словами, «генерал-майор» – это прежде всего заместитель командующего «генерала» по административным вопросам.

Показательно, что 8 мая 1675 г., жалуя в «генералы» «служилого иноземца» полковника Франца Ульфа, царь Алексей Михайлович велел «писать его енаралом, и полковником, и полуполковником, и майором, и порутчиком за многую службу Великому Государю»171. Иными словами, Ульф становился одновременно и «генералом», и «генерал-полковником», и «генерал-поручиком», и «генерал-майором», и «генерал-полуполковником» – независимо от любой «генеральской должности» он имел один воинский чин – «генерала».

Затем в документе Ф. Ульф именуется, как и Змеёв, «енаралом и полковником»172. Царь Алексей Михайлович величает этого «служилого иноземца» Ф. Ульфа, как и В.А. Змеёва, «енералом и полковником» одновременно, т. е. двумя воинскими званиями. Такого рода сочетания встречаются и применительно к другим высшим командирам русского войска того времени. В царской грамоте от 18 августа 1689 г. П. Гордон именуется «генерал наш и полковник»173. Таким образом, такого рода именование применительно к В.А. Змеёву было вполне обычным. В таком двойном воинском «звании» не содержалось противоречия.

Примечательную и красноречивую запись в своем дневнике сделал 11 апреля 1663 г. подполковник (будущий генерал) П. Гордон. «После кончины в Смоленске генерала Лесли, – записал он, всегда точный в своих записях и в сообщаемых фактах, – был послан приказ генерал-лейтенанту Дальеллу в Полоцк о производстве его в генералы и переводе в Смоленск, дабы занять место покойного. По другому приказу генерал-майор Драммонд стал генерал-лейтенантом»174. Из этого сообщения следует, что указанные выше высшие воинские чины жаловались не просто за заслуги, но и при наличии вакансии. Следовательно, должность «генерала (т. е. полный генерал)» с соответствующим чином в «полках нового строя» была только одна. А вот должностей «генерал-поручика» было две: в 1656 г. этот чин был пожалован Т. Дальеллу, а в 1660 г. – полковнику Н. Бауману (за отличия в арьергардных боях русского войска, отступавшего из-под Конотопа)175. Судя по приведенному выше свидетельству П. Гордона, к 1663 г. была лишь одна должность «генерал-майора». Поэтому, как только на нее открылась вакансия (с переводом на должность «генерал-лейтенанта» У. Драммонда), она была передана полковнику Д. Краферту (Кроффорду) (ум. 1673), пожалованному в июле 1663 г. в чин «генерал-майора»176. Такая ситуация оставалась до осени 1668 г., когда в чин генерал-майора был пожалован также возвратившийся из плена полковник Ф.-А. Фанбуковен (ум. в декабре 1678)177. Связано ли было это как-то с судьбой генерал-майора Д. Кроффорда, сказать трудно. Но, во всяком случае, сведения о его деятельности начиная со второй половины 60-х гг. отсутствуют. Возможно, он находился с этого времени, так сказать, «на пенсии» по возрасту. Поэтому, сохраняя чин «генерал-майора», фактически уже не служил. Это обстоятельство и открывало фактическую вакансию на должность «генерал-майора», переданную в 1667 г. Фанбуковену. Последний раз в своем дневнике П. Гордон упоминает генерал-майора Д. Краферта (Кроффорда) как служащего в Смоленске 25 декабря 1665 г.178

Примечательно, что в английских документах от 1 мая 1633 г. упомянутый выше «старший полковник» А. Лесли именовался «генерал-полковником иноземных войск русского императора»179. Вполне вероятно, что звание «старший полковник» в русских «полках нового строя» и было эквивалентом западноевропейского звания «генерал-полковник», а в российских условиях – «генерал-полковник иноземных войск» или «полков нового строя». Примечательно, что в ранее цитированном документе от 26 декабря 1655 г. генерал Лесли именуется как «солдатского строя генерал Авраам Лесли»180, т. е. в качестве «старшего полковника» именно для русских регулярных частей «солдатского строя».

Поскольку звания «генерал-майор», «генерал-поручик» в основном все еще оставались названиями «генеральских должностей», а не обозначением персонального чина, то и практика «выслуги» в определенном чине еще не укоренилась в русском войске XVII в. Совсем необязательно русский «служилый человек» или «служилый иноземец» должен был постепенно подниматься по чиновной лестнице от «генерал-полковника», через «генерал-майора», «генерал-поручика» к «полному генералу». «Полковник», пожалованный в чин «генерала», мог получить должность и звание в «генерал-поручика», минуя «генерал-майора». Так, в частности, полковник Николай Бауман за отличия, проявленные во время отступлении русского войска из-под Конотопа в августе 1659 г., был в 1660 г. пожалован царем Алексеем Михайловичем прямо в чин «генерал-поручика», минуя чин «генерал-майора». Аналогичным образом «генерал и полковник» Змеёв также был пожалован сразу в должность «генерал-поручика», минуя «генерал-майора». При этом следует отметить, что должностное различие, как и разница между размерами ежемесячного денежного жалованья «генерала» и «генерал-поручика», подчас отсутствовали. Согласно «Смете вооруженных сил Московского государства 1661–1663 гг.» генерал Т. Даллйел и генерал-поручик У. Драммонд получали одинаковое по размеру жалованье – 100 рублей каждый ежемесячно181.

С учетом всего сказанного выше следует, однако, отметить, что во второй половине XVII в. чин «генерала» для русского служилого человека еще не имел такого значения, какое он приобрел со времен Петра I, тем более что он первоначально считался ниже дворцового чина «стольника». Поэтому при указании чина «служилого положения» В.А. Змеёва в официальных документах для «приказного» чиновника значение имел его «дворцовый чин», а не воинский в системе чинов «начальных людей» в полках нового строя». Поэтому в данном случае было важно назвать Змеёва «стольником», а его воинский чин имел уже второстепенное значение. В «приказных» документах обращение с «регулярными» воинскими чинами было небрежным, как с чем-то не очень значительным, если речь шла о «служилом человеке», имевшем определенный «дворцовый чин» или тем более «думский чин». Так, впервые упоминаемый в чине «генерала» 19 декабря 1674 г. В.А. Змеёв обозначается в следующей чиновной последовательности: «столник, и енарал, и полковник»182. Однако во второй половине 70-х гг. XVII в. «регулярное» звание «генерал-поручика» было выше дворцового чина «стольника». Примечательно также, что, утверждая своей росписью списочный состав своего рейтарского полка 19 сентября 1676 г., будучи в звании генерал-поручика», Змеёв, расписываясь, сам себя называет лишь «генерал-поручиком», не употребляя дворцовый чин «стольника». «Служилый человек», получая права самостоятельного или автономного (воеводского) командования, становился уже «полным» «генералом» в смысле полноты командования. В таком случае его «регулярный» воинский чин «генерала» был бесспорно выше чина «стольника». В своем донесении из-под Чигирина 23 сентября 1677 г. воевода, боярин и князь Г.Г. Ромодановский именует Змеёва «сходной генерал и воевода Веденихт Змеёв»183. Как видим, «главнокомандующий» Г.Г. Ромодановский не указывает «дворцовый чин» Змеёва. В то же время он его «титулует» «сходным генералом». Такое понятие вообще не совсем обычное для должностного положения русских военачальников того времени. Звание и должность «сходный воевода» было вполне привычным и обозначало помощника, заместителя «главного воеводы» и в то же время командующего автономными резервными частями войска. Видимо, Ромодановский просто использовал словосочетание «сходный генерал» по аналогии с обозначением должности «сходный воевода». Указав одновременно на воеводскую должность Змеёва и на его «европейский» воинский чин «генерала», Ромодановский таким образом указал Змеёва в должности «воеводы» как командующего автономным войсковым соединением, в то же время в этом качестве как своего помощника («главного воеводы»). Однако поскольку это автономное, но подчиненное главному воеводе войсковое соединение было сформировано из регулярных «полков нового строя», а Змеёв имел «регулярный» чин «генерала», то Ромодановский и обозначил его как «сходного генерала». Во всяком случае, «сходный воевода» или «сходный генерал и воевода» являлся уже командующим самостоятельным воинским соединением, хотя и подчиненным «главному воеводе» или «главнокомандующему».