Чтение онлайн

— Ты всё слышал? — спросил я его и друг кивнул. — Тогда приводи себя в порядок и возьми всё необходимое, а мне надо найти Кудяблика. Встретимся вечером в Рогаткино, — освобождённая когда-то деревня сейчас процветала и местные жители всегда были рады сычовцам.

Я переговорил с Джоном, оставив на него руководство кланом, как на самого хладнокровного и здравомыслящего товарища. Взял с собой пачку денег, два теневых атланта (нож и копьё, завёрнутое в ткань от сторонних любопытных глаз), а также новенькую огнеупорную артефакторную броню на девяносто девять процентилей. На всякий случай.

Через три часа лошадь домчала меня до условленного места, где я бегло провёл инструктаж своему главному теневику. Когда я заявил, что мы идём убивать одного из прошлых Повелителей, этот пропойца даже глазом не моргнул, лишь крякнул и погладил свою растрёпанную чернявую бороду.

— Тебе, вообще, всё равно?

— Ну как сказать, — пожал он плечами, — кишочки потрухивает мальца, но где наша не пропадала, а?

— Хорошо, держи, — я протянул ему новенький атлант и теневик благоговейно принял сей дар, понимая, что это одновременно и культурная ценность, и мощное оружие.

Кудяблик в тенях преуспел больше остальных моих подданных: тридцать процентилей! Не знаю как, но он держал на коротком поводке воинство мортикантов и усиленно гонял их по незарегистрированным местам силы, заставляя всё свободное время уделять освоению магии.

У него была даже своя нарисованная от руки карта с точными границами. Так полумёртвая армия всегда была занята делом, а на всякие непотребства банально не оставалось времени. Бывший военный хорошо наладил дисциплину в этом сброде.

Я затащил Кудяблика на восьмой этаж, показывая местную «фауну» и одна моя догадка подтвердилась. Мортиканты — идеальные теневики, им не требовалось дыхание в потустороннем мире.

То есть, они получали недостаток кислорода в тканях, но это не убивало их сразу. Организм всё выдерживал до какой-то поры. Я присмотрелся к своему новому напарнику и увидел покрасневшие белки глаз и расширенные зрачки, кожа и губы Кудяблика покрылись синюшным оттенком, а по лбу и рукам поползли многочисленные вены.

При этом всё его тело страшно потело, а грудная клетка казалась запавшей. Сейчас его кровь была очень густой, но тут в дело вступала некромантия Повелителя. Я отметил про себя, что мозговая активность мортиканта оставалась на хорошем уровне, а поломанная обрядом «mortem vitalis» психика успешно справлялась с глубиной теневых этажей. После короткой тренировки я подлечил своего слугу и мы выдвинулись в Рогаткино. Уже стемнело.

Я не знал как, но Клирикрос смог придумать некую магию перемещения в пространстве с использованием и теней, и света. Если у нас всё получится, то к началу военной кампании я буду куда как сильнее и смогу внести больший вклад в общее дело.

Ваня уже ждал нас в пустой избе. Масляная лампа тускло поблескивала, а снаружи заунывно свистел ветер, набрасывая на крошечные окна снежинки. Атмосфера не располагала к дружеским разговорам.

Со склада в усадьбе Ломоносов забрал мешок высокоранговых гемов и ещё до нашего прихода выложил из них на земле рунический круг, умело расколов святой магией эти чёрные «философские» камни. Я и не знал, что так можно. Впрочем этот мир таил в себе ещё много неизведанного.

— Становитесь в круг, — велел Клирикрос и вместе с нами зашёл внутрь.

Воздев руки кверху, он испустил из них яркое белое свечение, перекинувшееся на рисунок. Узоры из чёрных точек связались барьерной нитью как расползающаяся изморозь. Когда эта связь была закончена, по кругу прошёл блеск и он начал формироваться в слепящий цилиндр. Мы стояли внутри него и в какой-то момент перестали различать окружающую обстановку. Бесконечно яркий белый свет заместил собой всe. Я зажмурился и когда открыл глаза, ощутил носом морозный воздух.

Наша троица стояла возле незнакомой крепостной стены в безлюдном участке большого города. Почему я так предположил? Услышал в отдалении пьяную песенку на незнакомом языке, а ещё через минуту к нам заглянул поддатый мужчина и освежился прямо на стену, даже не обращая на нас внимания.

— Мы в Варшаве, — тихонько произнёс Ломоносов.

— Czy wy Moskale? — возмущённо обернулся к нам поляк и быстро заправил своё достоинство, продолжая сыпать незнакомыми словами.

К моему удивлению Клирикрос знал их язык и о чём-то бегло переговорил с пьяницей. Тот сначала громко возмущался, но вскоре согласился нас проводить до ближайшей корчмы, где смуглый хозяин хмуро посмотрел на наши рубли, но всё же взял их. Я дал больше чем надо, но и это не пробудило в нeм дружелюбия. Чeрт с ним, главное угол у нас появился.

— Не знал, что ты владеешь польским, — сказал я Клирикросу, но тот лишь покачал головой. — Это не я, это твой друг, — и постучал себя указательным пальцем по лбу. — Начнём завтра, а пока надо хорошенько выспаться.

Я спорить не стал. После перемещения усталость навалилась такая, будто мы марафон пробежали. Сам же процесс переноса не почувствовался, но может оно так и надо?

Мгновенно оказаться за тысячу километров от прошлого места… Не каждый сможет объять это своим естеством, да и зачем? Основное я увидел: используя теневой мир, бог открыл портал. Причём с такой хирургической точностью, что я мог только поаплодировать.

Мы не оказались посреди твёрдой материи или на глазах у других людей. Будто он точно знал, куда нам стоит приземлиться.

«Я определённо увидел больше положенного».

Эта сила лишь казалась несущественной в сравнении с мощью чистых стихий. Изловчившийся в неравной борьбе, ум Клирикроса породил магию телепортации в синтезе двух стихий! Это и позволило ему воевать в одиночку против стольких врагов, оставаясь в живых. Ведь в случае чего, он всегда мог отступить.

Я как-то упустил из виду такую возможность, больше заострив внимание на скорости передвижения. Навряд ли, без ста процентилей барьеров, я смогу повторить этот трюк, а жаль. Становиться новым богом света я тоже не планировал, тогда изменится вся моя человеческая сущность. Это уже буду не я. Потеря личности того не стоит.

С подобными рассуждениями я и заснул. Утро, как всегда, встретил на полу, скорчившись от борьбы за жизнь. Рядом, положив ногу на ногу, сидел Ваня и смотрел на всё это сверху вниз без единой толики сострадания. Точнее, это был Клирикрос. Цепляющийся за жизнь Отчуждённый явно занимал его.

— Насмотрелся? — отдышавшись, спросил я спутника и вытер липкую испарину.

Естественно, и в этот раз победа была за мной.

— Занятное зрелище, мы в чём-то похожи, Аластор. Так же упорно хотим жить, так же горим своим делом…