Чтение онлайн

— Великий мастер, примите мои поздравления, — произнeс Веремей, почтительно поклонившись и давая мне дорогу.

То же самое проделали и остальные мои возрастные «ученики», коих за эти годы скопилось немало. Я не скрывал свои навыки, не делал из них секрета, поэтому любой достойный артефактор мог приехать в Вологду и попросить аудиенции. Достойный значит уже состоявшийся или подающий надежды. Непригодных посетителей отсеивала Ривка с Елисеем.

Странно, но именно артефакторы, алхимики, друиды и прочие «ремесленники» от мира магии оказывали мне наибольшее уважение. Оно и понятно, для них есть только чистое мастерство в отрыве от личности. Поэтому они и чествовали одного из них, признавая заслуги.

Весть об успешном создании рунического атланта уже облетела усадьбу и ждали только моего выхода.

— Поздравляю…

— Поздравляю…

— Примите мои…

— … это честь…

После долгих поисков, бессонных ночей и нечеловеческих усилий я пересeк финишную черту, но где же мой приз? Неужели все эти старания были бессмысленными? Я извeл себя до такого состояния, что не могу заниматься целительством, моя жена в коме, а большая часть людей за пределами поместья меня ненавидит или боится.

— Папочка! Папочка, ура, я тебя нашла! — звонкий детский голос вывел из усталой задумчивости и мне в ногу вцепился всей душой любимый комочек жизни.

— Привет дорогая, отпустишь меня? — я погладил Любаву по голове и услышал недовольное.

— Нет, а то ты опять уйдeшь, я тебя никуда не отпущу, ты мой.

— Твой, твой, давай на ручки, — я поднял еe одной рукой и та сразу же обвила меня за шею как репей, от неe пахло медовым печеньем, цветами и какими-то маслами.

— Опять мамины духи стащила?

— Я чуть-чуть, честно-честно! А что это у тебя? — она нащупала у меня за пазухой твeрдый предмет и мигом его достала. — Эта та штука над которой ты работал?

Она помахала из стороны в сторону стеклянным атлантом, да так, что стоящий рядом мастер чуть не поседел от одной мысли, что девочка его нечаянно выронит и разобьeт. Артефактор даже перестал дышать, готовый прыгнуть под ноги и поймать редкий нож.

За обладание такой вещицей люди готовы переступить через нормы морали, но для меня это была не более чем стекляшка, ведь самое настоящее сокровище в руках держал я.

Мне повезло, как же мне повезло. Минутная слабость и замешательство тут же рассеялись и я понял для кого и для чего всe делал. В своей привычной манере я взгромоздил на себя всю ответственность за этот мир.

«Я всего лишь его часть».

— Ты мой приз.

— Что папочка?

— Ничего, солнце, аккуратней, а то поранишься, отдай дяде ножик.

— Держи, бородач, — сказала она Елисею и передала артефакт.

В скором времени его облапают и обнюхают со всех сторон, ну а мы пошли пить чай. Вкусный чeрный чай с медовым печеньем. Будем говорить, смеяться, сплетничать, будем просто жить.

На следующее утро.

— Где Артeм? — Ривка почувствовала что-то неладное с утра, когда рука нащупала позади себя пустоту. Кровать давно остыла и она не помнила, чтобы её муж вернулся ночью. Кажется, спросонья она почувствовала его влажный поцелуй и снова забылась сном.

Сама не зная почему, она выбежала в одной сорочке в коридор и почувствовала, как сжимается от боли сердце.

— Госпожа, добрый день, — невозмутимо поклонился ей дворецкий и предложил свою помощь.

— Где мой муж?

— Артём Борисович изволили-с рано утром покинуть усадьбу.

Словно по наитию она пошла вперёд, отмахиваясь от предложений слуг, всё плыло перед глазами. Хотелось выбраться на свет, вдохнуть свежего воздуха. Немедленно!

Кто-то заботливо накинул ей на плечи плащ и открывал все двери. Она поблагодарила и услышала сбоку надтреснутый голос Егорки. Парень шустро накинул ей на ноги сафьяновые тапочки и освободил дорогу. Толчок ладонью и вот она вдыхает холодный воздух Вологды.

Садовник, кативший тележку, тут же бросил её и поклонился своей госпоже. Во дворе суетились слуги, кучка мастеров-артефакторов после завтрака возвращалась обратно к месту работы. Снизу кто-то требовательно теребил за платье.

— Мама, мама смотри у меня новый друг.

— Что? — непонимающе она опустила взгляд и увидела уродливого голема с непропорционально большой головой и маленьким туловищем, он не мог нормально ходить, поэтому толкал сам себя руками и ногами, один его глаз был ниже другого, а нос-картошка забился травинками от частых перекатов.

— Это просто чудо, дорогая, — запахнувшись от холода, Ривка спустилась с крыльца и сделала несколько шагов вперёд, оставив Любаву позади.

Что-то изменилось, но она не могла понять что. Ворочая головой вокруг, она искала источник своего беспокойства и вдруг увидела, как дверь знакомого сарая качнулась и из него вышла озирающаяся женская фигура. Она щурилась на осеннее солнце и прикрывала лицо ладонью какое-то время, а потом поправила белокурые волосы и уверенной походкой пошла ей навстречу.

— Барыня! Барыня, беда! — раздался голос со стороны ворот и оттуда на пылающем игнисе ворвался Юра Пичуга, он так спешил, что свалился из седла, выронив непонятный белый булыжник из руки.

Испугавшись, он быстро поднял его и вытер от грязи.

— Беда, Артём Борисович, кажется… всё…

— Ты совсем сдурел, что значит всё? — грозно прикинул на него Егорка и схватил за грудки. — Что с ним случилось и почему ты, старый дурак, бросил его?

Парень одним движением запрыгнул на игниса и готов был мчатся на помощь своему господину, но затем последовало сбивчивое объяснение.

— Его Сиятельство с утра попросил составить компанию. Дал поручения, некоторые бумаги, ничего необычного. Спрашиваю, куда мы едем? Он молчком и всё говорит, говорит, что да как выгодней сделать, а я спросонья только и успеваю головой мотать и запоминать. Потом похлопал меня по плечу, сказал забрать какой-то камень и отнести вам и что-то там про «достойно или умри», а я… А я… — задыхаясь от слёз прервался Пичуга и быстро вытер лицо рукавом. — Я, дубина, всё думал зачем мы пришли к этой Бреши? Он возьми да порежь себе руку этим стеклянным ножом и шагнул внутрь…