Чтение онлайн

Признаюсь, Чарльз мне очень нравится. Он так сильно отличается от Александра. Трудно поверить, что они родственники. А Чарльз и Джордж так похожи, что их можно было бы принять за близнецов, а не за братьев, и внешне, и по характеру.

— С удовольствием. — По крайней мере, это шанс собрать хоть какие-то крупицы информации о его сыне-придурке.

Он увлекает меня на танцпол, прямо в гущу толпы. Люди расступаются, чтобы дать нам место. Никто не упоминает, что первый танец невесты должен быть с мужем, даже Чарльз, и я за это благодарна. Я уже вне себя от поведения Александра, и без того, чтобы к нему присоединились другие.

— Ты будешь прекрасной невестой, — говорит Чарльз. — Как я и говорил.

Я слегка улыбаюсь. “Прекрасная невеста” это, конечно, гораздо лучше, чем “Ты выглядишь… хорошо”, которые выдавил мой муж перед всеми. Может быть, мне стоило выйти замуж за Чарльза. Он был бы лучшим мужем, чем Александр.

— Можно вопрос?

Он слегка откинулся назад, прижавшись щекой к моей. — Конечно, дорогая. Ты можешь спрашивать меня о чём угодно.

— Зачем вы заставили Александра жениться на мне?

Его глаза вспыхивают, зрачки расширяются, и я понимаю, что это удивление. Возможно, я ошибаюсь, но мне так кажется.

— Заставил Александра? — Он качает головой. — Дорогая моя, никто не заставляет Александра делать то, чего он не хочет. Даже я. — Он усмехается. — Мой сын упрямый и сложный, да еще и капризный и непредсказуемый. Я не заставлял его идти к алтарю.

Моё замешательство, должно быть, заметно, потому что он продолжает: — Александр, как и все мои дети, знает, что их долг — обеспечить будущее нашего рода. Де Виль существует уже более тысячелетия, и мы несем ответственность перед нашими предками за то, чтобы они продолжали процветать в будущем.

Ага, по сути, его никто не заставлял, но он настолько погружен в чувство долга, что знал, что отказ — не вариант.

Точно так же, как это было со мной.

— Кроме того, Александр на самом деле не знает, чего хочет, особенно когда речь идет о любви.

Я подавляю смех. Любовь? Уверена, Александр Де Виль не знает значения этого слова.

— Но разве договорные браки работают? — бормочу я, обращаясь скорее к себе, чем задавая реальный вопрос.

— Дорогая моя, семьи, подобные нашей, всегда заключали браки по договоренности, и они прекрасно работают. — Я не должна скрывать свои мысли по этому поводу, потому что он усмехается. — Ты не согласна?

— Я не спорю, но было бы здорово иметь возможность встретить кого-то, влюбиться и выйти за него замуж, а не за мужчину, с которым я познакомилась всего за четыре дня до того, как пошла к алтарю.

Он поджал губы. — Хм. Да, я был не согласен с его решением не встречаться с тобой заранее, но, как я уже сказал, Александра трудно заставить сделать то, чего он не хочет. Он упрямый мальчик.

Когда Чарльз называет Александра мальчиком, я улыбаюсь. В нём нет ничего мальчишеского. Он настоящий мужчина.

Мышцы моего живота сжимаются, когда я вспоминаю тот поцелуй. Настоящий мужчина, да.

— Посмотри на это так, — говорит Чарльз, не замечая мурашек по моему телу. — Если бы ты встретила молодого человека в клубе или баре, влюбилась и вышла замуж, твои шансы прожить в браке больше пяти лет составляли бы где-то пятьдесят процентов. В то время как браки по договоренности, по крайней мере в моей семье, имеют успех в девяносто пяти процентах.

— Да, но разве это не потому, что им отрубали головы, если они предлагали развод?

Чарльз запрокидывает голову и смеется. — Ах, Имоджен. Какой прекрасной женой ты будешь Александру. И да, возможно, ты права. Много лун назад жена, вероятно, поступила бы именно так, предложив развод, но мы живём в настоящем. — Он подмигивает. — Уверен, что правительство Его Величества не одобряет казнь.

— Приятно знать.

Он добродушно улыбается. — Дорогая моя, доверься мне, доверься своим родителям и доверься процессу. Александр не из тех, кто легко поддаётся Конечно, конечно, но я знаю, ты найдёшь способ с ним справиться, — подмигивает он. — Только постарайся не отрубить ему голову.

На моем лице появилась, кажется, первая искренняя улыбка с момента моего прибытия в среду.

— Могу ли я задать еще один вопрос?

— Можешь спрашивать меня сколько угодно. Квоты нет.

— Почему я? Почему ты выбрал меня невестой Александра? Я ещё не родилась, когда мой отец отдал мою жизнь. Откуда ты знал, что я буду хорошей женой для твоего сына?

— Я не столько выбрал тебя, сколько мы с твоим отцом пришли к соглашению. Назови это инстинктом, но как только он предложил эту идею, я понял, что это правильное решение, и для тебя, и для Александра. — Он наклоняется ближе и шепчет мне на ухо: — Я знаю, ты меня не подведешь.

Румянец заливает мое лицо. Если бы он знал, что я задумала, он бы не был так любезен со мной. Но если моя стратегия сработает так, как я надеюсь, именно Александру придётся иметь дело с разочарованием Чарльза и, да, возможно, с его гневом. Я не могу позволить себе беспокоиться об этом. Мне нужно быть эгоистичной и ставить себя на первое место.

— Я постараюсь, сэр, — лгу я.

— Я надеюсь, вы обустроитесь здесь, в Оукли, и этот дом станет для вас таким же домом, как и для нас.

Ни за что. — Спасибо, сэр.

Чарльз улыбается, его лицо выражает доброту. — Я хочу, чтобы тебе здесь было хорошо.

Я не знаю, как ответить, чтобы не показаться неуважительной, поэтому я улыбаюсь в ответ, но ничего не говорю.

— А, вот и Александр.

У меня внутри всё оборвалось. Отлично. Как раз когда я так хорошо проводила время, появляется мой дорогой муж и всё портит. Улыбка… соскальзывает с моего лица, когда Чарльз отпускает меня и передает Александру.

— Потанцуй со своей женой.

В его тоне слышен не только намёк на приказ, и, несмотря на его предыдущие замечания об упрямстве Александра, у меня складывается четкое ощущение, что он не станет открыто перечить отцу. Чарльз кланяется мне, Александр берёт меня за руку, а другой рукой обнимает за талию. В отличие от отца, который кружил меня по комнате, словно танец был у него в крови, Александр держится напряженно, и он не мог бы выглядеть менее довольным, даже если бы попытался.

— Знаешь, тебе не обязательно танцевать со мной, — говорю я. — Особенно если ты собираешься при этом строить такую рожицу.

Он смотрит на меня свысока. — Какую рожицу?

— Как будто, у тебя запор.

Выражение его лица сменяется отвращением. — Я так не выгляжу.

— Тебе бы увидеть себя оттуда, где я стою.

Наверное, не стоит злить зверя, но я ничего не могу с собой поделать. В моём новоиспеченном муже есть что-то такое, от чего мне хочется вести себя так, будто я всё ещё учусь в начальной школе.