Чтение онлайн

— Во что я была одета?

Они смотрят на меня, хлопая глазами. Даже Уайатт бросает на меня странный взгляд.

— Что? Нельзя же просто так выкладывать девушку в интернет, — стону я. — Я в тот день даже не красилась. Это так неловко.

— Сосредоточься, — говорит Маленький Спенсер, щёлкая пальцами перед моим лицом, будто я попугай, чьё внимание он хочет привлечь. — Миллион просмотров, Блейк. И это через наш рекламный аккаунт, так что ты представляешь, сколько денег мы заработали? Десять тысяч долларов! Половина из них, разумеется, твоя.

У меня отвисает челюсть.

— Серьёзно?

— Это больше, чем мы когда — либо зарабатывали на одном видео. И все комментарии положительные. Все! Это неслыханно. Обычно как минимум десяток человек пишут, что я их раздражаю.

— Миллион человек слушали, как мы рассказываем о Дарли и озере Тахо?

— Да, — подтверждает Большой Спенсер.

Я в шоке. Не могу поверить, что столько людей смотрели — и наслаждались — тем, как мы с Маленьким Спенсером болтаем о нашей дурацкой истории с призраком.

— Если хочешь, мы удалим видео, — обещает Маленький Спенсер. — Мы поступили ужасно, выложив его без твоего разрешения.

— Нам очень жаль, — говорит Большой Спенсер с искренним раскаянием.

— Одно слово, и мы все удалим. Или… — Маленький Спенсер поднимает бокал, делает изящный глоток и ставит его на стол. — Мы можем сделать это официально.

— Что сделать официально?

— Подкаст. Там столько комментариев с вопросами о том, когда выйдет второй эпизод. Типа, это может стать реальностью. — Маленький Спенсер чуть не подпрыгивает от волнения. — У нас даже есть название!

Его партнёр кивает и говорит:

— «Преимущества с того света».

— Мы подумали, что можно разделить его на сезоны. Ну, знаешь, каждый сезон мы обсуждаем одну тему. Первый сезон — призраки. Второй сезон — инопланетяне. С этой штукой можно сделать столько крутого дерьма, Блейк. — Маленький Спенсер умоляет меня взглядом. — Пожалуйста, скажи «да».

— Мне нужно вернуться на учебу, — напоминаю я ему.

— Мы можем делать это, пока ты учишься. Нью — Йорк недалеко от Бостона. Можешь приехать на поезде, остаться на выходные. Мы снимем несколько эпизодов, накопим их и будем выпускать постепенно. Или устроим видеозвонок. У нас есть варианты.

— Мы можем заработать много денег, — говорит Большой Спенсер, что определённо является аргументом.

— И тебе будет весело, — тихо говорит Уайатт, наконец присоединяясь к разговору.

Он прав. Мне будет весело. Потому что благодаря одной жалкой загадке этим летом мне было веселее, чем за все три года учёбы в колледже. В Брайаре мне нравилось делать задания только тогда, когда я сама выбирала тему для исследования и писала по ней работу. В остальное время это была скучная рутина.

— Ладно, — медленно говорю я.

Глаза Маленького Спенсера загораются.

— «Ладно» в смысле «да»? — Он ахает. — Ты принимаешь моё предложение о подкасте?

Улыбка вырывается наружу.

— Думаю, да.

— О боже! — Он хлопает в ладоши. — Это определённо требует шампанского!

Хоть я и неважно себя чувствую, всё равно не могу отказаться от бокала, который он протягивает. Это действительно повод для тоста. Наш эпизод о Дарли принёс нам десять тысяч долларов. Даже если мы никогда не получим и доли таких просмотров, это всё равно чертовски круто.

— За наше новое начинание, — произносит тост Большой Спенсер.

— О, ты должна мечтать о большем, милая, — упрекает Маленький Спенсер. — За нашу новую империю подкастов!

Мы вчетвером звякаем бокалами. Но как только шампанское скользит вниз по горлу, мои внутренности бунтуют. О нет. Желудок начинает урчать, и я давлюсь, когда чувствую, как желчь прожигает путь к горлу.

— О чёрт, — выпаливаю я. — Меня сейчас вырвет.

Сжимаясь от тошноты, я пихаю свой бокал с вином Уайатту и бегу в ванную в коридоре. Я закрываю дверь и начинаю опустошать содержимое желудка.

И пока я стою на коленях, согнувшись, блюя и прижимаясь к унитазу паранормальных подкастеров Спенсера и Спенсера Ханц, до меня доходит: мои месячные опаздывают на две недели.

Мы разберёмся

Плитка на полу словно лед под моими босыми ногами. Я сижу на краю ванны, глядя на пластиковую палочку в руках.

Две розовые полоски.

Не одна, две.

Повторяю: две.

Я моргаю. Потом снова. И снова. Жду, когда изображение расплывётся или исчезнет, или сделает что — нибудь, что докажет, что всё это галлюцинация.

Но полоски остаются, насмехаясь надо мной.

Две полоски. Я упоминала об этом?

Честно, я не думала, что результат будет положительным. Мне было неловко, когда я попросила маму отвезти меня в аптеку сегодня утром. Мне было стыдно сказать ей, что у меня задержка, но часть меня была уверена, что на то есть другая причина. Иначе я, возможно, даже не привлекла бы маму. Я могла бы оставить это при себе. Я не жалею, что сказала ей, потому что сейчас, кажется, я не смогу пережить это одна. Всё моё тело онемело.

Я едва замечаю стук в дверь.

— Милая, это мама. — Ее голос звучит спокойно, но я слышу в нем тревогу.

— Ты в порядке?

В порядке? Мне хочется смеяться. Нет, я не в порядке. Моя жизнь только что перевернулась с ног на голову. Я не могу заставить свои голосовые связки работать. Поэтому, пошатываясь, я встаю, открываю дверь и молча протягиваю ей тест.

Она смотрит на него, на мгновение прикрывая глаза. Потом вздыхает и притягивает меня в крепкие объятия.

— О, моя девочка, — шепчет она, проводя рукой по моим волосам, словно я снова ребенок.

Слёзы льются прежде, чем я могу их остановить.

— Не говори папе, — выпаливаю я. — Пожалуйста. Обещай, что не скажешь ему.

— Блейк...

— Нет, пока нет. — Мой голос срывается. — Пожалуйста.

— Я не скажу ему. — Кивает она после паузы.

— Обещаешь? — Я знаю, что у них нет секретов друг от друга. Но ее лицо выражает уверенность.

— Обещаю, пока ты не будешь готова. Это твой выбор. Ничей больше.

— О боже. — Моё дыхание становится поверхностным. — Что... я не могу... я не...