Чтение онлайн

Метранпаж типографий, в которых печатались «Гражданин», а затем и «Дневник писателя», М. Александров писал: «Анна Григорьевна умело и с любящей внимательностью берегла хрупкое здоровье своего мужа, держа его, по собственному выражению, постоянно „в хлопочках“, как малое дитя, а в обращении с ним проявляла мягкую уступчивость, соединенную с большим, просвещенным тактом. И я с уверенностью могу сказать, что Федор Михайлович и сам по себе, а равно и многочисленные почитатели его обязаны Анне Григорьевне несколькими годами его жизни».

Другой знакомый Достоевского, Александр Милюков, вспоминал: «Если Федор Михайлович, при своей житейской непрактичности, успел выплатить более 25 000 своих и братниных долгов, то это могло сделаться только при распорядительности и энергии его жены, которая умела и вести дела с кредиторами, и поддерживать мужа в тяжелые дни».

Гимназическая подруга Анны Достоевской Мария Стоюнина: «Вообще у него (Достоевского. – Л. Л.) все почти всегда драмой или трагедией становилось. Бывало, соберет его перед уходом куда-нибудь Анна Григорьевна, хлопочет это возле него, все ему подаст, наконец он уйдет. Вдруг сильный звонок (драматический). Открываем: „Анна Григорьевна платок, носовой платок забыла дать!“ Все трагедия, все трагедия из всего у них. Ну, она мечется, пока все опять ему не сделает. Она за ним как нянюшка ходила. Ну, и правда, было у них взаимное обожание».

К концу жизни писателя, благодаря хлопотам Анны Григорьевны, Достоевские расплатились с долгами, и в материальном отношении их жизнь вполне устроилась (хотя богатыми людьми они не стали никогда).

После смерти Достоевского вдова много сделала для увековечения его памяти. Она написала превосходные мемуары, собрала многочисленные воспоминания о Достоевском, выпустила несколько собраний сочинений писателя, создала музеи Достоевского в Москве и в Старой Руссе, составила и опубликовала замечательную по полноте библиографию сочинений Достоевского и литературы о нем.

Детская меблирована и обставлена вещами по описаниям, подлинных предметов из семьи Достоевских здесь нет. Детство – самый любимый возраст писателя. Детские образы всегда ему удавались, а тема детской обиды, «слезы ребенка» – едва ли не центральная в его творчестве. «Ах, зачем вы на женаты, и зачем у вас нет ребенка, многоуважаемый Николай Николаевич. Клянусь вам, что в этом три четверти счастья жизненного, а в остальном разве одна четверть», – писал он Н. Страхову.

Из четверых детей Достоевского выжило двое – Люба и Федя. Федор Михайлович был образцовым отцом – дарил детям бесчисленные дорогие подарки (чем порой чрезвычайно расстраивал не любившую излишних трат жену), читал им вслух, водил в театр, в гости, на детские праздники.

Любовь Федоровна, повзрослев, стала писательницей. Отношения с матерью у нее были натянутые: Анну Григорьевну раздражали излишняя светскостъ дочери, ее личная жизнь (до конца своих дней она оставалась бездетной и одинокой), космополитизм (с 1913 года Любовь Федоровна постоянно жила в Европе). В 1920 году в Мюнхене на немецком языке вышла книга мемуаров Л. Достоевской.

Федор Федорович получил два высших образования, но всю жизнь занимался разведением лошадей, в чем весьма преуспел. От литературы он был далек.

Музей-квартира завершается умывальной комнатой. Л. Достоевская писала: «Встав, мой отец прежде делал гимнастику и затем мылся… Он употреблял для своих тщательных омовений много воды, мыла и одеколону. У Достоевского была истинная страсть к чистоте…

Обычно он напевал во время умывания… рядом с нашей детской, и каждое утро я слышала, как он пел мягким голосом одну и ту же песенку». «Песенка» – ни что иное как романс на стихи знаменитого русского поэта А. Фета «На заре ты ее не буди».

Памятник Ф. М. Достоевскому

Большая Московская улица

В торце Владимирской площади сходятся Большая Московская улица, Кузнечный переулок, Загородный и Владимирский проспекты. Здесь всегда много народа из-за расположенной поблизости станции метро «Владимирская», здесь же находится и единственный в городе памятник Ф. М. Достоевскому.

При советской власти Достоевский считался классиком «второго ряда» (как, например, и Александр Блок). Улицу, переименованную из Ямской в Достоевского еще в 1915 году, трогать не стали, но и памятника не ставили.

Только в перестроечном 1988-м был объявлен конкурс на проект памятника. Из 12 проектов выбрали безусловно, лучший (что бывает редко). Любовь Холина, которой к этому времени исполнилось семьдесят, большой карьеры не сделала. Ученица выгнанного из профессоров Академии Художеств в 1948 году «за формализм» знаменитого скульптора Александра Матвеева, она была известна своими работами на Ленинградском фарфоровом заводе и горельефами подземного вестибюля станции метро «Нарвская». Над памятником Достоевскому Холина начала работать еще в 1956 году.

Несмотря на то, что ее проект победил в конкурсе, он подвергся изменениям: задумывалась фигура в граните, ее заменили бронзовой. Новый этап работы начался в 1993 году. На этом этапе в создание памятника включились сын и внук Холиной: художник П. А. Игнатьев и скульптор П. П. Игнатьев. Отливка в бронзе произведена на заводе «Монументскульптура».

Памятник установлен рядом с церковью Владимирской иконы Божией Матери, недалеко от дома-музея писателя.

Открыли монумент 30 мая 1997 года, через год Любовь Холина умерла.

Дух произведений писателя как-то действует на пятачок перед памятником: это традиционная точка сбора местных бомжей и пьяниц.

Могила Ф. М. Достоевского

Набережная реки Монастырки, Александро-Невская лавра

В 20:38 28 января (9 февраля) 1881 года Федор Михайлович Достоевский скончался. А. Г. Достоевская писала: «…На другой день после кончины мужа в числе множества лиц, нас посетивших, был знаменитый художник И. Н. Крамской. Он по собственному желанию захотел нарисовать портрет с усопшего в натуральную величину и исполнил свою работу с громадным талантом. На этом портрете Федор Михайлович кажется не умершим, а лишь заснувшим, почти с улыбающимся и просветленным лицом, как бы уже узнавшим не ведомую никому тайну загробной жизни…» Копию портрета Ф. М. Достоевского работы Крамского и его посмертную маску можно видеть в историко-литературной части экспозиции музея-квартиры.

У Федора Михайловича были мысли о смерти. Он завещал Анне Григорьевне похоронить его на Новодевичьем кладбище – месте, памятном ему по прощанию с Николаем Некрасовым в 1877 году.

Однако в дело вмешались власти. Хроника событий предстает перед нами в дневнике Александры Богданович. 29 января, на следующий день после смерти Достоевского, она записала: «Комаров (полковник, издатель, один из руководителей Петербургского Славянского благотворительного общества, в котором состоял Достоевский) пришел от покойного Достоевского, говорит, что семья в нищете. Мною была высказана мысль, не попросить ли митрополита похоронить Достоевского безвозмездно в Александро-Невской лавре. Комаров схватился за эту мысль, и меня Е. В. (муж автора – генерал Евгений Богданович. – Л.Л.) и он попросили съездить к владыке попросить у него разрешения. Митрополит встретил очень холодно это ходатайство, устранил себя от этого, сказав, что Достоевский – простой романист; что ничего серьезного не написал; что он помнит похороны Некрасова… было много… демонстраций, нежелательных в стенах лавры, и проч.».