Чтение онлайн

— Вот тебе моя метка. Теперь не забудешь о моем седьмом приходе…

Таинственная дама провела пальцем по ногам Великого князя, так что на обеих выше колен появились красноватые полосы. Потом она пальцем начертала кружок на животе мальчика.

Он заплакал от страха и бессилия.

Дама тут же бесшумно исчезла. А боль от ее прикосновения еще долго мучила великого князя.

Утром он рассказал о жутком ночном визите матушке императрице Александре Федоровне. Та не на шутку переполошилась. Она сразу вспомнила предсказания московского юродивого.

Когда великому князю Александру Николаевичу было всего лишь несколько месяцев, в Первопрестольной к нему призвали юродивого провидца.

— Славен будет и могуч, свершит великое, — глядя на младенца, предрек тот. Но потом вдруг заплакал и добавил: — А помрет в красных сапогах…

При этом юродивый провел пальцем по ногам младенца именно в тех местах, где спустя несколько лет оставила полосы-метки страшная ночная гостья в серебристом платье.

Как ни пыталась Александра Федоровна выяснить, что означает загадочная фраза «Помрет в красных сапогах», — так ничего и не добилась от юродивого.

Конечно, императрица не стала рассказывать сыну о зловещем предсказании. Она заверила мальчика, что он видел всего лишь дурной сон.

Когда маленький Великий князь выздоровел и решил взглянуть на женщину в серебристом платье, картины на месте не оказалось.

Он поинтересовался, куда же она подевалась. Александра Федоровна ответила, что картины с подобным сюжетом и вовсе никогда не было во дворце.

Мальчику хотелось в это поверить. Но ведь едва видимые следы на животе и на ногах от прикосновений страшной дамы так и остались у него на всю жизнь.

17 апреля 1818 года самый знаменитый в России поэт того времени Василий Андреевич Жуковский с восторгом встретил известие о рождении Александра — сына великого князя Николая Павловича.

Жуковский и Николай Павлович в то время еще не были близко знакомы. Никто, конечно, и не думал тогда, что новорожденный великий князь Александр станет наследником престола, а затем — императором, и что воспитателем ему назначат Василия Андреевича. Но в своем стихотворении, написанном 18 апреля 1818 года, Жуковский как бы предвидел великое будущее младенца.

Что ж, настоящий поэт порой становится провидцем:

Посвященное ему стихотворение будущий император Александр И впервые услышал, лишь когда Василий Жуковский стал его воспитателем. С этих строк и начался первый урок великого князя.

Николай I сам не раз сожалел, что не получил должного образования. Поэтому воспитанию своих детей, особенно наследника, придавал огромное значение. Государь одобрил учебную программу, составленную Жуковским для Великого князя Александра. Денег на образование император не жалел. Приглашал лучших учителей, всех, кого рекомендовал Жуковский.

Николай I старался присутствовать на всех экзаменах старшего сына, которые, согласно учебному плану, устраивались два раза в год.

Поэт и будущий император симпатизировали друг другу. Воспитатель был доволен успехами ученика, ученик уважал и восхищался широтой знаний и талантом своего наставника.

Как отмечали современники, любовь к наукам, доброта, мягкость характера Василия Андреевича Жуковского передалась Александру Николаевичу. Правда, при этом некоторые добавляли, что мягкость характера и доброта, достойная поэта, не всегда была полезна государю.

В сентябре 1831 года Николай I официально объявил 13-летнего Александра наследником престола. В 16 лет великий князь был назначен атаманом казачьих войск, главнокомандующим гвардейским и гренадерским корпусами и первым адъютантом государя императора.

Хоть эти назначения напоминали больше почетные должности, но все же они отнимали время от учебы. Образовательная программа Великого князя сократилась.

В начале 1837 года император Николай I решил отправить своего наследника в ознакомительную поездку по стране. Главным сопровождающим был назначен Василий Жуковский. Маршрут проходил через Новгород, Тверь, Углич, Рыбинск, Ярославль, а затем через Вятку, Пермь, Оренбург.

Александр Николаевич первым из императорского дома проехал по Сибири до Тобольска. После Сибири маршрут его путешествия продолжился по Волге, по берегам Азовского и Черного морей.

Во время поездки ему приходилось бывать не только в домах губернаторов и богатых помещиков, но и в бедных избах и лачугах.

Однажды неподалеку от Тобольска рассказали наследнику о «моргающем шамане».

Местное начальство доложило, что пришел в эти места шаман откуда-то с севера лет двадцать назад. Вырыл он в лесу землянку и зажил там одиноким филином. Если обращался к нему человек — так сразу начинал «ухать» шаман и вещать на каком-то тарабарском языке да еще вовсю моргать. А чего ухает и моргает — неизвестно.

В общем, каким-то «запоганенным» был приблудный шаман, — решило местное начальство.

— За что своим народцем изгнан — выяснить пока не удалось. Но водку, стервец, любит и дело свое колдовское-чародейское разумеет…

Наследник усмехнулся, услышав рассказ о «моргающем шамане», и пожал плечами.

— Вот невидаль, мало ли на Руси пьяниц-чародеев? Неужто других достопримечательностей нет в вашем крае?

— Так-то оно так, — осмелел кто-то из местных начальников. — Да только, Ваше Величество, уж больно этот «моргунчик» крепок в своих предсказаниях. Как выпьет из своей рукавицы водку — так сразу будто забывает свой тарабарский язык и начинает ясно говорить по-русски. Что ни слово — все правда, все сбывается…

— Как же это можно: пить водку из рукавицы? — удивился великий князь.

— Дак рукавицы у него особенные, из бобровой кожи, самолично сработаны, — пояснили Александру Николаевичу. — Утверждает «моргун», будто они очень полезны для здоровья: выпил водку, одел рукавицы, и руки после того не трясутся.

— И что, в самом деле верно ваш «моргающий шаман» все предсказывает? — заинтересовался наследник.

— Ох, верно, Ваше Величество! Аж страшно бывает, до чего, стервец, угадывает. Был грех: били его не раз, топтали, секли розгами, — а он все равно правду толкует…