Чтение онлайн

Не теряя самообладания, Александр Александрович сам стал командовать спасением своей семьи и приближенных.

Это покушение также постарались скрыть от народа. Официально было объявлено, что крушение поезда произошло из-за технических неполадок. Пропагандистская машина Российской империи сработала оперативно.

Для народа были выпущены картинки тиражом в несколько миллионов экземпляров. На них изображались обломки вагонов, погибшие и покалеченные пассажиры царского поезда. Сам же Александр Александрович на этих картинках выглядел невредимым, величественным и суровым.

По стране была распущена весть, что «Божий промысел спас для России своего помазанника Александра III». Во всех храмах империи прошли благодарственные молебны в честь спасения государя.

А настроенные недоброжелательно к царю прорицатели из Северной столицы дали ему прозвище «скрытный да верткий Александр».

То ли растеряли свои навыки, то ли побаивались грозного «бородатого владыку» петербургские вещуньи, но пророчеств Александру III известно мало. Может, сказалось то, что император не любил с ними общаться?

Правда, если верить старинным слухам, исключения все же были. К одной петербургской гадалке-вещунье Александр Александрович явился инкогнито, в шинели пехотного генерала.

— Трудно тебе предсказывать, кормилец, — сразу заявила старуха. — Уж больно ты скрытен. И ладони не так раскрываются, и губы складываешь, будто боишься выпустить секреты, и сощур глаз у тебя особый, затаенный. Ох, и нелегко понять твой облик, разглядеть, откуда явился и куда заведет тебя дальше путь-дорожка. Я даже толком не пойму, кто ты есть на самом деле…

Усмехнулся государь.

— Видать, зря тебя, старую, на весь Санкт-Петербург хвалят и знатной кудесницей и предсказательницей называют. Не можешь разглядеть простого русского генерала.

Вещунья покачала головой.

— Да теперь уж вижу: не простой, а над всеми енералами енерал. Пройдешь ты, кормилец, аж сто смертей, а на сто первой споткнешься. Явится она к тебе вся в цветах южной земли. А как именуется та южная земля — не могу понять. Только видится мне, как волнуется море, а ты помираешь в мучениях, да еще неопавшие листья шелестят и цветы к земле клонятся от ветра…

— Значит, раны, врагами нанесенные, будут мучить меня? — заволновался Александр Александрович.

— Какое там, — махнула рукой вещунья. — Те мученья и без врагов ты сам в себя загонишь, своими прихотями.

Пытался император поподробней расспросить старуху, внести ясность в ее толкования. Ата еще больше напустила словесного туману. Может, боялась правду раскрыть? А может, одряхлела и сама ничего не могла уже понять ни в прошедшей жизни, ни в будущей?..

Раздраженный ушел от нее Александр Александрович. Своим же сопровождающим, что дожидались за дверью, он раздраженно заявил:

— Никогда больше не буду обращаться ко всяким предсказательницам, гадалкам и ведьмам!..

А вещунья проводила знатного гостя до порога и захихикала, когда закрылась за ним дверь:

— Эх, царь-государь, скрытна-борода, во хмелю живешь — от хмеля и помрешь. А плакать по тебе будут холодными слезами…

Александр III хоть и пообещал не обращаться к предсказателям, все же изредка нарушал свое слово. Приводили иногда к нему разных ясновидящих и вещунов. Но все они предсказывали очень туманно, и будущее царя у каждого из них выглядело по-иному.

Один обещал 33 года безмятежного царствования, другой запугивал скорой войной и невиданным мором, третий утверждал, что государь проживет 77 лет и скончается, упав то ли со слона, то ли с верблюда.

В общем, совсем заморочили голову Александру Александровичу, и он стал все чаще задавать вопросы о будущем не предсказателям, а своему отражению в зеркале, когда чокался с ним седьмой рюмкой…

Говорят, этому странному способу заглядывать в будущее обучал государя горбатый Ульян.

Маленький юркий горбун объявился в Северной столице еще в начале правления Александра II и сразу стал любимцем жителей Санкт-Петербурга. Правда, при этой любви лупили Ульяна почти каждый день.

Ну как же не отделать проказника за его неуемные выходки? А их у горбуна было немало.

Не раз забирался он тайком в чью-нибудь карету и прятался под сидение. А когда хозяева открывали дверцу, Ульян вдруг выскакивал с криком, свистом, хохотом. Понятное дело, многие от неожиданности кто за сердце хватался, кто в обморок падал.

Любил он забираться и в домашние печи. Мало того, что выкатывался оттуда, как черт из преисподней, перемазанный сажей, так еще и горшки с едой колотил. Иногда по ночам Ульян взбирался на крыши домов и орал в дымовые трубы разные непотребные слова.

Нередко он опускался в колодец и там поджидал очередную жертву своих шуточек. Поднимает ничего не подозревающий человек бадью колодезную и недоумевает, отчего она такая тяжелая. А как поднимет ее — из бадьи горбун мокрый на него кидается… Понятно, что после того с человеком делалось.

В общем, если где в Петербурге случалась какая-нибудь пакость, все знали: то чудит убогий Ульян.

Лупили его всегда крепко, долго, с назиданиями, но без всякой злобы. Потому что скучно становилось в Северной столице, когда он затихал на короткое время. Да и сам Ульян не обижался на трепку и не озлоблялся на экзекуторов.

После очередной взбучки неугомонный горбун денек-другой неизвестно где отлеживался, а затем отправлялся в кабак предсказывать судьбу всем желающим. Денег он за это не брал. Расплачивались с ним едой и выпивкой.

Слава о его способностях дошла и до Гатчинского царского дворца. Уговорил кто-то из приближенных государя встретиться и побеседовать с чудным предсказателем.

И однажды, будучи в благодушном настроении, велел Александр III доставить к нему горбуна.

Нашли его полицейские быстро, а вот поймать удалось не сразу. Катался Ульян по трактиру, как мячик, то под лавкой окажется, то под столом, то из рук у ловцов выскользнет, то между ног у них прошмыгнет. Да еще трактирные завсегдатаи надрывались от смеха и помогали Ульяну увертываться.