Чтение онлайн

– Константин?! Не может быть! Неужели ты? А как вырос, ну просто богатырь!
– Чуть было не брякнул, что видно холостая жизнь пошла ему на пользу, но вовремя одумался. В место этого повернулся к Зое.
– Ваше Императорское Величество, чем вы его кормите? Если можно, пусть мне этого, тоже положат в тарелку.

Мой незамысловатый комплимент обоим пришелся по душе - у августы потеплел взгляд, а наследник слегка порозовел.

Поскольку место супруги будущего императора пустовало, за столом мы сидели рядом. Константин, как бы "между делом", рассказал какой бешенной популярностью пользуется его книга, и причем не только во дворце и в Константинополе, а даже за пределами империи. Писцы работают не покладая рук, а спрос все сильнее опережает предложение. Было видно, что парня переполняет гордость. Я в свою очередь поблагодарил наследника за ценный подарок и рассказал ему, что один экземпляр его книги преподнес в дар наместнику Египта. А его наследник при следующей встрече сказал, что пока не прочли книгу целиком, никто во дворце не лег спать...

– Александр!
– Наконец парень решился сказать то, ради чего затевался разговор.
– Я очень надеюсь на продолжение твоих... то есть приключений Синдбада сегодня после ужина.

– Сожалею, Константин, но сегодняшний ужин у меня занят...
– После этих слов наследник как-то разом сник, но я продолжал.
– Но во время утреннего приема я сильно переусердствовал с закусками, и поэтому боюсь что сейчас, кроме десерта в меня ничего не влезет. Так что если ты готов слушать, то я могу поведать тебе новую историю о Синдбаде. Энергичные кивки от Константина, и заинтересованные взгляды присутствующих придали мне куража и я начал.

– Однажды по торговым делам, караван Синдбада оказался в одном из городов Персии. И как всегда он устроился в хорошем караван-сарае неподалеку от рынка. Едва купец смыл с себя пыль дорог, как сразу направился в ближайшую корчму утолить голод. Но этому желанию не суждено было сбыться. У самых дверей караван-сарая его уже поджидали гвардейцы султана, в парадных мундирах с саблями в золоченых ножнах. Как выяснилось - это был почетный эскорт, который послал за Синдбадом сам султан, чтоб пригласить его во дворец на совместный обед.

Правитель города был в молодости большим любителем приключений, а ныне находясь уже в весьма преклонном возрасте, любил послушать интересные рассказы заезжих купцов. Когда званый обед подошел к концу, хозяин дворца подал знак, все присутствующие слуги, охрана и даже рабы с опахалами покинули зал. Осталась только одна женщина, в черной, как ночь абае, испещренной непонятными символами, и скрывающим лицо чиммете (сетка из конского волоса, закрывающая лицо женщины). Когда последний из слуг покинул помещение, султан заговорил.

– Ну, здравствуй, Синдбад! Мы с тобой раньше не встречались, но я слежу за твоими приключениями. И уже давно собирался послать тебе приглашение, чтоб услышать твои правдивые истории из первых рук. Но так случилось, что счастливая звезда свела нас именно сейчас. Сегодня я не буду слушать твои истории. Я расскажу свою.

– Случилось это очень давно. Было мне тогда пятнадцать лет. В ту пору я слыл бездельником и лентяем, все свое время тратил на шалости и веселья, как и большинство соседских мальчишек. И вот однажды подошел ко мне дервиш, и спросил.

– Не ты ли Аладдин, сын портного Хасана...

Далее последовала всем известная сказка - "Волшебная лампа Аладдина". Изменил я всего ничего - перенес гробницу с сокровищами в Магриб. Ну и, конечно, концовку истории поменял, точнее дополнил.

– ... С тех пор прошло тридцать три года. Детей нам с Будур, бог так и не дал. И чтоб лампа не попала в руки злым людям, решил спрятать ее на веки, там, где ей и положено быть. После долгих скитаний в магрибских пустынях, мне удалось отыскать ту гору и усыпальницу. Я вернул лампу на место, и запечатал вход заветным кольцом. Само кольцо спрятал в своей сокровищнице, которую круглосуточно охраняли мои верные воины. И вот неделю назад кольцо было похищено. Больше из сокровищницы ничего не пропало, замок не взломан, а охранники превратились в камень. Кольцо похитил магрибский колдун. Так сделать мог только он. Если лампа попадет в руки колдуна, то он разрушит этот мир, а оставшихся в живых людей сделает своими рабами.
– Утомленный долгим рассказом султан глотнул из кубка и продолжил.
– Одолеть злого колдуна сможет только чародейка Муизза, и только до тех пор, пока магрибец не овладеет лампой.

Как правильно понял купец, женщина, оставшаяся в трапезной, и есть волшебница.

– Ты смелый и удачливый войн Синдбад! Твоя "Жемчужина" самый быстрый корабль! Ты единственный кто может вовремя доставить Муиззу к усыпальнице, и защитить ее, пока она творит волшебу...

Когда до берегов Магриба оставался дневной переход, небо начало темнеть, затем темнота стала сгущаться, превращаясь в грозовые облака. Свежий попутный ветер, резко изменил направление, и стал встречным. Надвигался шторм невиданной силы! Ветер не постепенно наращивал свою мощь, а ударил сразу, и в полную силу. Несколько мгновений, и грот мачта изогнувшись дугой, со страшным грохотом переламывается пополам. Еще мгновение, и паруса на безани превращаются в лохмотья. И в этот момент на палубе появилась Муизза. Синдбад прокричал ей, чтоб безумица вернулась в надстройку. Но все было тщетно, вой ветра и раскаты грома невозможно было перекричать. Тем временем чародейка вышла на бак, неуловимым движением скинула с себя абаю и осталась только в одной короткой тунике и босиком. И только сейчас Синдбад увидел, что Муизза еще совсем юная дева. Ветер мгновенно спутал ее длинные волосы цвета спелой пшеницы, а брызги волн и ливень промочили ее насквозь.

"- Разве можно в таком возрасте быть сильной волшебницей, и вообще что она делает на палубе в такой шторм" - Подумал купец. И словно отвечая на его немой вопрос, Муизза простерла руки к небу, устремила взгляд ввысь, и запела на незнакомом гортанном языке. Слова были непонятны, да и были ли это слова?! Может, так меж собой разговаривают боги и звезды. Но в этих словах чувствовался ритм, мотив и нарастающая сила. Когда слова колдуньи заглушили вой ветра, она начала двигаться в ритм своих слов, ее движения превратились в танец. Танец имеет разные средства выразительности: движение тела, позиции, жестикуляция и движение рук.. Самым основным фактором является степень владения телом и мастерство. Своим телом и всем остальным чародейка владела в совершенстве.

Синдбад не раз наблюдал, когда деревенские колдуны в танце выражали моления о дожде, о солнечном свете, о плодородии, о защите и прощении, но чтоб танцем взывали к молниям, он видел впервые. Внезапно раздался оглушительный раскат грома, и одновременно ярчайшая вспышка молнии опутала фигуру чародейки своими ослепительными нитями. Когда в глазах Синдбада перестали играть всполохи, и вернулось зрение, он увидел не обугленный труп, как ожидал, а все так же танцующую девушку. Только танец Муиззы ускорился, а на лице сияла счастливая улыбка. Она вновь что-то прокричала в небеса, и молнии одна за другой устремились ей на встречу, оплетая своими росчерками ее стан, закручиваясь вместе с ней в причудливом, завораживающем танце. Капли дождя и брызги волн, касаясь ее, превращались в пар, обволакивая ее тело светящийся дымкой. Эта феерия длилась не долго. Постепенно грозовые тучи исчерпали запас молний, небо стало светлеть, ветер стих, а волны утратили свои гребни и понемногу стали успокаивается. Чародейка, подхватив с палубы абаю, легкой, пружинистой походкой направилась в свою каюту. Проходя мимо капитана, улыбнулась ему лучезарной улыбкой и подмигнула. И лишь теперь Синдбад заметил, что глаза у Муиззы разные - один насыщенного янтарного цвета, а другой темно-голубого...

Карта, составленная Аладдином, не подвела. Экспедиционный отряд, высадившись в обозначенной бухте, взял курс строго на юг. Через два дня ускоренного марша показалась гора, у подножья которой и располагался вход в усыпальницу. Кода до заветной цели осталось не более часа пути, Муизза, шедшая во главе отряда, подняла руку.

– Стойте! Я чувствую волшебу! Он уже там.
– Протянув руку в направлении горы, продолжила.
– Нас заметили, и около сотни воинов спешно направляются в нашу сторону. Вы должны не позволить им добраться до меня. Пока я колдую, я беззащитна.

Войнами колдуна оказались черные как смоль нубийцы. Все как на подбор великаны, вооруженные копьями и огромными секирами. Команда Синдбада встречалась с чудищами гораздо страшнее чернокожих великанов. Несмотря на то, что враг превосходил пятикратно, без всяких признаков страха опустошила свои колчаны, сократив врагов более чем наполовину. Отбросив луки в сторону, бесстрашные войны бросились в атаку. Синдбад, как и положено командиру, был на острие. Отразив щитом страшный удар предводителя нубийцев, подрубил его опорную ногу, Крик боли великана тут же был прерван саблей соратника капитана, срубившей его голову. А Синдбад, не останавливаясь, врубился в основную группу врага, его сабля рубила, резала, колола без остановки. Как говорится - ударил - забыл. Шлем потерян, щит изрублен в щепу, но и живые соперники закончились. Славная была битва, хоть и скоротечная. Повсюду вокруг лежали черные тела, орошая красной кровью серый песок пустыни. И тут вдруг прозвучал резкий голос чародейки.