Чтение онлайн

– Нет, умерли они не от смеха.
– спокойно ответил я на подначку.
– Их тела собрали по частям, и передали родственникам для погребения.

– Врешь!
– зло отреагировал авторитет, - Такого не может быть!

– Как можно?
– с улыбкой ответил я, - Наложница здесь! Желаешь проверить?! Доставай меч и выкладывай серебруху. Только в долг в этот раз не получится - просто отдавать будет некому.

Наблюдавший минуту назад позорный разгром своего товарища, авторитет, хоть и выразил всем своим видом скепсис, все же решил воздержаться от рискового эксперимента.

– Дык вот!
– как будто не было паузы, продолжил Яр.
– Все знают, сколько денег и другого добра я и мои воины привезли своим родичам.
– после паузы, заполненной согласными кивками руссов, продолжил.
– Вы же, если будете как прежде отлынивать от тренировок - сможете поддержать свою родню только изрубленными доспехами, снятыми с ваших тел, после первого же штурма.

– А что?
– подал голос совсем молодой парень с пегой бородкой, - У них все девки такие боевитые, как эта?

– Нет, не все.
– уверенно ответил Яр, но после небольшой паузы как будто что-то припомнив, добавил, - Встречаются еще и рыжие, вот те - просто беда.

– И как же местные мужики с такими живут? Ведь им и слово поперек сказать нельзя - вишь, как глазищами зыркает.
– еще более удивленно спросил тот же парнишка, - Чуть что не так - и ты калека увечный.

И действительно, весь вид графини выражал вызов и агрессию. Прям живая иллюстрация к фразе "- кто еще хочет попробовать комиссарского тела...". "- А ведь это мысль - пусть будут в моем войске не командирши, а комиссарши, как и положено - с широким арсеналом полномочий".

– Местные мужики под стать своим бабам, и всегда смогут дать им укорот и поколотить, если нужно.
– на откровенные смешки и высказывания в стиле "- ну ты врать" Яр вроде как обиделся, и ни слова не говоря, достал из клочена лук и стрелу. Когда тетива была натянута, до меня наконец дошло, кто мишень. Вот же гад - я конечно сам виноват, сказал как-то Яру, что кольчугу снимаю только во время сна, и это закон. А сам на полигоне расслабился, и сейчас этот манипулятор со всей дури влепит в меня стрелу, полностью уверенный, что самое страшное, что мне грозит - это синяк. Размытая в старте стрела вдруг через мгновение замедлила свое движение - я вошел в боевой транс. Перехватываю ее левой рукой в пяди от сердца. Тут же повинуясь какому-то чувству, резко оборачиваюсь - рука Делики уже в движении, пальцы вот-вот разомкнутся, отправляя отравленную стрелку в цель. На гране возможности успеваю выхватить дротик из почти разомкнутых пальцев жрицы. Запоздало кричу ей

– Стой! С ума сошла?! Он просто продемонстрировал всем мою ловкость.

– Да откуда я знала! Он же по-людски не говорил! Я как увидела нацеленный на тебя лук, подумала, что нас приговорили к смерти... а дальше все само получилось...

Всеобщее оцепенение прерывал бодрый голос Яра рассматривавшего стрелку в моей руке.

– Отравленная?
– обратился он ко мне. Я лишь кивнул головой, после чего немного побледневший атаман обернулся к своему воинству.

– Да уведите уже с глаз долой этого бабника недоделанного!
– Ткнул он пальцем в сторону Ахмыла.
– Глаза бы мои на него не глядели!

"Бабник" уже стоял на ногах, но штормило его еще крепко. Почувствовав к себе повышенное внимание, он приосанился, насколько смог, подкрутил ус, и выдал.

– Пока она меня крутила и швыряла, я два раза успел ущипнуть ее за ляжку! Нет, ну вы видели?!...

Дальнейшую речь Ахмыла поглотил шквал гогота. Яру в этот раз пришлось долго урезонивать свое воинство, и когда у смеющихся наконец иссякли силы, продолжил.

– Как все видели - местные мужики тоже не лыком шиты. И если их женкам вы на один зубок...

Мое официальное представление войску прошло следующим утром. Разодетый в самый пафосный из камзолов малинового цвета, где одного золотого шитья пуд, и белоснежную сорочку с кружевным воротом жабо. Черные тончайшей шерсти брюки-галифе, с генеральскими лампасами, в меру раздутые на бедрах и не сильно зауженные на голени. Ну и, конечно, ботфорты с золотой пряжкой на взъеме. Делика, в полной броне, но без шлема, зато в агрессивном макияже, как сопровождающая телохранительница. Кто я - уже все знали, ну и что Делика - "графиня-демоница", знал тоже каждый, и кажется, это даже все одобрили. Слушателям "академии", как я назвал нашу тренировочную площадку, я задвинул речугу в стиле - тяжело в учении - легко в бою. В конце речи подсластил пилюлю, пообещав по результатам недельного обучения выбирать три лучшие сотни, которые пройдя недельные тренировки абордажа, проведут между собой соревнования, и две лучшие из них, выйдут на двухнедельную охоту. Первый приз будет принадлежать им целиком. Найдя взглядом Ахыла, подмигнул ему, и напомнил что две серебрухи за ним. На что тот, не смутившись, ответил.

– Не сомневайся, атаман - наша сотня будет первой , в должниках Ахмыл долго не останется.
– и повернувшись к своим, добавил, - Сразу уговор - если попадется не шибко драчливая княжна - беру себе.

Взрыв хохота был ему ответом.

Неделю я и синеглазка, как прилежные школяры, постигали теорию и практику, бегали с фашинами, учились как правильно и легче их нести, чтоб они выполняли роль щита, куда их бросать, как после этого отходить... Карабкались по лестницам, падали с десятиметровой высоты на эти самые фашины. Снова карабкались и снова падали. Как самые тренированные и мотивированные, стали одними из лучших - впрочем, это воспринялось всеми как должное. Да, встретился с наместником Платоном - мой вариант паритета в виде снятия с острова равного количества войск как со стороны Халифата, так и с Византии, ему понравился - естественно, решение за императрицей, которой он обещал отписать немедля. На моем причале в Александрии нас как всегда встречал смотритель, и еще пара крепких парней при оружии. Их красно-синие одежды однозначно говорили о принадлежности воинов к гвардии Халифата. Такое количество встречающих говорило об отсутствии агрессивных намерений - скорее приглашение к разговору. Дед, гад, накаркал... *** Особым шиком на флоте считается швартовка в одно касание. Однако в этом маневре не все так просто. Корабль должен приближаться к причалу на максимально возможной скорости. Подойдя на точно выверенное расстояние к причалу, капитан покидает мостик, и четким ускоренным шагом направляется к трапу-сходне. И тут ОДНОВРЕМЕННО должны произойти четыре события: - касание причала, полная остановка судна, касание трапом палубы причала, нога капитана встает на первую ступень трапа. Немаловажная деталь - капитан на протяжении всего пути не должен ни притормаживать, ни ускоряться, а идти с постоянной скоростью. Если все выполнено четко, то зрелище просто завораживающее. На паруснике такой маневр выполнить невероятно сложно, но ребятишки в этот раз не подкачали, и я не дал маху. Гвардейцы, наверняка не раз наблюдавшие процедуру швартовки, были реально огорошены таким зрелищем. Так что когда я подошел к ним вплотную, они смотрели на меня, как на призрака. А тут еще одно чудо - Делика, в полном боевом облачении, застывшая за моим правым плечом.

Когда посланникам наконец удалось придти в чувство и сконцентрироваться на мне, прошла как минимум минута.

– Абу Али Аббас ибн Искандер?
– наконец разродился речью старший из пары, впрочем, продолжая косить на синеглазку. Дождавшись моего утвердительного кивка, продолжил, точнее отбарабанил, - Наместник Египта и командующий армией Такин ибн Абдалла аль-Харби аль-Хазари, властью данной ему светлейшим халифом - Абуль-Фадль Джафар ибн Абдуллах аль-Муктадир Биллахом, приглашает тебя после дхухра (утренняя молитва) в аль-Хамис (четверг) на беседу.

– Передайте, - имя наместника тоже отбарабанил без ошибки, - что моя душа возликовала от вести, что величайший полководец всех времен и народов обратил свое внимание на столь недостойного почитателя его талантов. И что я буду славить Аллаха, пославшего мне эту счастливую весть, и просить его приблизить столь желанный для меня день.
– судя по разинутым ртам, и по тому, что парни перестали косить на Делику, я понял, что слегка переборщил - но, как говорится, кашу маслом... Поэтому продолжил что-то в том же духе, в конце добавив, - Ну все, парни, мне пора - встретимся в четверг.

Обогнув застывших в ступоре гвардейцев, направился к выходу с пирса, где меня перехватил Вова - второй из моих художников-секретарей. Едва поздоровавшись, скороговоркой выдал мне последние новости, ради которых по заданию Деда уже второй день караулил меня на причале. Первая - приехала Инга с двумя десятками своих дворян. То, что она приехала, то есть приплыла, на неделю раньше срока, с учетом не регулярности рейсов местных перевозчиков - норма. НО - двадцать баронов в придачу!.. Но и это оказалось только цветочки! Приехала моя родня из Багдада - дядя, два его племянника с тремя дочерьми на выданье, и мама Аиша, тоже с родней по своей линии. При упоминании про взвод швабских дворян, я сбился с шага, а когда узнал про заезд многочисленной родни - и вовсе остановился. Я ведь рассчитывал на неделю полной расслабухи! И что теперь - мало мне приема у наместника, так еще, блин, такая толпа, жаждущая моего внимания и общения. Пришла даже мысль вернуться на Кипр, как будто и не было меня здесь, но тут же с досадой была отброшена.