Чтение онлайн

Села-посидела, но это положение никак не исправило. Нет, так дело не пойдет. И тут есть два варианта: либо я смирюсь и оставлю все, как есть, буду плыть по течению, как делала дома, либо что-то предприму, чтобы заставить мужа со мной считаться. Но что мне сделать?! Я слезла с кровати, обулась и принялась мерить комнату шагами. Сегодня никто из девушек со мной не сидел. Что ж, тем лучше! Меньше донесут! На глаза снова попалась та злосчастная тетрадь. Дома мне Кирилл велел не готовить сладости, а тут что же, я сама от этого откажусь? Чтобы досадить мужу? Назло бабушке не надену шапку и отморожу уши?!

Решительно устроилась за трюмо, открыла тетрадку и приготовилась записывать. В голове сразу всплыл рецепт зефира. Да, яблок тут нет, но пюре можно сварить из замороженных ягод. Агар-агара тоже скорее всего нет, но точно есть желатин. Я его видела, когда копалась в шкафах. Отлично! На желатине тоже получается прекрасный зефир!

Я строчила рецепты один за одним, они, как чертик из коробочки, сами выпрыгивали в голове. Перед глазами будто сами собой переворачивались страницы в моей книге для записей, иногда всплывали не они, а кулинарные книги, из которых я брала рецепты, или даже странички в интернете у моих любимых авторов рецептов. Вспоминалось все до последней запятой.

Прервала меня Сана.

— Мэлисса, — девушка поклонилась. — Уже накрыли к обеду.

— Спасибо, иду.

Вымыв руки, я отправилась за девушкой. Выйдя в коридор, поежилась. Разгорячившись и занявшись интересным делом, я даже слегка вспотела, или это в комнате стало почти жарко, и теперь холод в коридоре мгновенно прохватил до костей. В лицо мне будто кто-то бросил горсть ледяной пыли, но Сана словно ничего не заметила. Я случайно взглянула в окно и остолбенела: метель больше не снижала видимость до нуля. За окном было ясно. Висела полная луна. А на небе переливалась зеленовато-малиновая дымка. Она освещала пространство далеко вокруг. Оказывается, дом стоял на некотором возвышении и открывался прекрасный вид на заснеженное поле. Оно было неидеально ровным, кое-где были маленькие холмы, кое-где возможно рощицы невысоких деревьев. Переливы северного сияния играли на снегу. Я застыла, очарованная. Это было по-настоящему красиво. Очнулась только от холода, сковавшего руку, это я машинально оперлась о подоконник. От окна веяло морозом. К стеклу прикоснуться не решилась, побоялась, что палец к нему прилипнет, как прилипает язык к металлической поверхности на морозе.

— Мэлисса, вы идете?

— Да, Сана, иду.

Жидкий рыбный суп, в котором плавали редкие кусочки рыбы, два кусочка картошки и два кружочка морковки, а еще тарелка с куском отварной грудки размером пять на десять сантиметров даже без соуса подтвердили мои мысли о диете.

Я поболтала ложкой в тарелке, потом решительно ее отодвинула, сняла с колен салфетку и встала.

— Что-то не так? — растерялся слуга.

— Кто готовил мне обед?

— Повар.

— Проводите меня на кухню.

С собой я взяла тарелку с куриной грудкой.

На кухне царил управляемый хаос, стоял шум, что-то шкворчало, парило, кипело. Оглушающе пахло отварным мясом, чем-то копченым. Главный повар во всем этом выглядел адским дирижером.

Увидев меня, он поморщился, но тут же натянул улыбку на лицо. Подошла и ткнула тарелкой ему в живот.

— Кто готовил для меня сегодня все эти чудесные блюда?

— Эээ, — мужчина часто заморгал. Чтобы тарелка не упала, ему пришлось перехватить ее руками.

— Так кто? Почему так изменилось качество и количество подаваемых мне блюд?

— Так мэлисс велел.

— Что?! — ноздри у меня раздулись от ярости.

Я почувствовала, что в районе солнечного сплетения буквально костер разгорается.

— Мэлисс велел подавать вам самые легкие блюда. Сказал, что вы так хотите. Что нужна еда для молодой дамы.

Я сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, заскрипела зубами.

— Пожалуйста, прежде, чем делать что-то для меня, уточните у меня, хочу ли этого я. Я здесь, рядом! Меня устраивали те блюда, что вы подавали до этого. В конце концов, я супруга мэлисса Эрвила. Хозяйка здесь!

От каждой гневной фразы повар дергался и отступал на крошечный шажок, пока задом не уперся в раскаленную печь.

— Осторожно! — дернулась я к нему, с ужасом представив, какой будет огромный ожог и как будет мучиться несчастный повар — ни сесть, лечь на спину.

Солнечный Зайчик дернулся внутри. Повар ткнулся в печь, резко отпрыгнул, а потом ошеломленно оглянулся, зачем-то потрогал печь пальцем.

— Вы сильно обожглись! — я в панике чуть не сдернула с несчастного мужика штаны, чтобы проверить, насколько большой ожог.

Теперь повар отскочил уже от меня, оборачиваясь.

— Нет, мэлисса. Вообще не обжегся. Лентяйки! Вы что, дров не подложили?! Я смотрю, ничего не варится!

— Да как не подложили? — одна из помощниц растерянно заглянула в топку.

Обугленные дрова там лежали, но не горели. Ни единой красной искорки.

— Наверное, затухли.

— Ничего нормально сделать не можете! Безручки! Быстро растопите как следует!

— Так только что ж кипело.

— Вижу я, как у вас кипело! Печь уже совсем остыла! Простите, мэлисса. Вы скажите, чего хотите, подадут вам. Не до вас сейчас, смотрите, что делается.

— А чем у вас тут так пахнет, копченым таким?

— Так вон гороховая похлебка на копченых ребрах для слуг варится.

— Ее хочу! Еще чеснока несколько зубчиков и серого хлеба! — у меня рот слюной от одних названий наполнился.

— Эээ. Так для слуг же…

— А что, мне никак не хватит? Я не хочу никого объедать, конечно… Хоть маленькую тарелочку нельзя выделить?

— Что вы, мэлисса?! Конечно хватит! Но это же простецкая еда! Не для господ!

— Ну хочется мне. А когда, кстати, будет прием? — я жадно смотрела, как мне наливают похлебку в тарелку, не в маленькую, а в самую нормальную.

— Послезавтра. Вот ничего не успеваем, а тут еще… — он явно намекал на всяких мэлисс, которые ему мешаются. — Лентяйки печь по-человечески растопить не могут.

— Так давайте я вам помогу! Я дома часто матушке помогала разные приемы готовить. И знаю много интересных блюд! И умею красиво оформлять готовые блюда!

— Ох, — у него на лице были жуткие сомнения. С одной стороны, я заявила сегодня, что я хозяйка, а с другой, вдруг я чего-нибудь напортачу, уволят-то его, а не меня.

— Я поняла. Тогда в другой раз. Я вам в спокойной обстановке покажу, что умею. И на следующем приеме уже использую свои навыки.

— Да! Мэлисса! — обрадовался повар.

— Ладно, похлебку мою унесли. Пойду обедать, пока не остыла.

— Приятного аппетита! После приема вся кухня ваша!

Я обернулась и ласково улыбнулась повару.

— Она всегда моя. Как вас, кстати, зовут, голубчик?

— Исс Фантан, — растерянно ответил повар, на лице застыл испуг. Чего это он?

Какое наслаждение! Похлебка не успела остыть. Для вкуса в горох добавили немного чечевицы и мелкой фасоли, еще там были кусочки мяса, которые для меня соскребли с ребрышек. Она была густой, наваристой и фантастически вкусной. Особенно после того, как я полдня практически проголодала. Откусываешь небольшой кусочек от зубчика чеснока, кусочек свежего хлеба и заедаешь горячим супом. Прямо сама себе завидовала.