Чтение онлайн

Еще несколько минут парочка уточняла родостовную тряпки, убедившись окончательно, что эта реликвия действительно позаимствована кем-то в памятном архиве.

– Ну и что нам это дает? Тряпку держала в руках Вивиан, а потом Клайд ею пыль сгребал. И в воде ее полоскали, и трясли, и бросали. Чей там может быть запах?
– недоумевал Сэйт.

– Во всяком случае, нюхачу поручили найти либо Клайда, либо Вивиан.
– мрачно сказал Кузьма.
– И как раз сейчас, когда… - он оборвал сам себя и вздохнул.

– А в последние месяцы где был Клайд, там и Вивиан.
– добавила Марусенька задумчиво.
– Знать бы еще, кто их ищет?

– Нужно уходить отсюда.
– рубанул рукой воздух Седди.
– Шпион вряд ли вот так насовсем помер от бульника. В выморок ушел, оклемается и побежит докладывать: так мол, и так, нашел что велели, да злые дядьки помешали. Ну и опишет нас, заодно. А нам это ни к чему, стало быть.

– А тыква?
– капризно дернула носиком Марусенька. Но ее уже не слушали. Гномы, эльфы и люди собирали заплечные мешки, передавали друг другу пустые миски, одеяла, ножи - все, что было небрежно разложенно у костра.

Когда гномишка горько разрыдалась, даже сдержанный Кузьма обернулся к ней с осуждением на лице. Но это был не капризный рев, а тихий обиженный плач. Марусенька стояла над последней тыквой, так задержавшей их в этих холмах. Оранжевая кожица медленно бледнела, таяла в воздухе. Тыква погибала на глазах.

– Он… он мою ты-ыкву-у уби-ил!
– она протянула подошедшим гномам узкий, хищный кинжал.

Не выносящая ударов и повреждений тыква, вне всякого сомнения, была погублена клинком, воткнувшимся в нее почти по рукоять.

– Ну, не плачь, Мусь, - утешил ее Кузьма.
– Смотри, кинжал-то какой богатый! С камушками, красивый. Чем тебе не урожай! Хочешь - продай, а хочешь возьми себе на память!

Гномишка утерла слезы и внимательнее пригляделась к клинку.

– Чем-то он запачкался!
– сказала она, показывая темную полосу на лезвии.
– Липкое что-то!

Аннарин не думал, что он может двигаться так быстро. Не в бою, не в опасности, прямо с полусобранным заплечным мешком в руках, он успел в прыжке выбить у гномишки кинжал, прежде чем она коснулась липкого вещества на нем. Никто не успел даже глазом моргнуть, а Аннарин уже втыкал раз за разом злосчастное лезвие в жирную грядку.

– Это яд.
– коротко пояснил он разинувшей рот гномишке.
– Потрогала бы - и все. Не просто все, а совсем все.

Марусенька кивнула и неожиданно икнула. От этого детского звука все взорвались смехом. Клайд достал из сумки пузырек с противоядием и тщательно промыл кинжал. Потом на всякий случай пролечил заклинаниями от отравления и гномишку, и эльфа.

– Ну и урожай у тебя вырос, племяшка!
– похлопал Кузьма по плечу оторопелую Марусеньку, держащую очищенный кинжал двуми пальцами, как дохлого элпи.

– Хороший урожай!
– ободряюще подмигнул ей Клайд.
– И мешки полны, и приключений… полные штаны. Теперь будем прятаться неизвестно от кого, а, Марусь?

– Известно.
– спокойно возразил ему Аннарин.
– Вас разыскивает лорд Торионел. Это его кинжал, я знаю точно. Особый кинжал для особого яда.

Сразу шесть пар глаз впились в его побленевшее лицо. Левмен испуганно округлила рот, Тиэрон нахмурился, Седди и Вокан взялись за секиры. Вивиан, дрожа, прищурила глаза, будто целясь в слишком далекую мишень и Сэйт, ухватившись за плечо Клайда, залился мертвенной бледностью.

– Кто ты такой, Грэн Кайн тебя побери!
– воскликнул Клайд, видя реакцию своих друзей.

– Аннарин Торионел, к вашим услугам!
– ответил эльф, смахивая бисеринки пота с абсолютно бескровнойго лба.

Вокан исчез в густой поросли так бесшумно, будто был духом леса. Седди покачал головой и вздохнул. Еще совсем недавно лучшим следопытом среди братьев считался он сам. Отец забрал его в караван сразу после Праздника Новых Мечей, и к лесу верхнего материка Седди был привычен так же, как и к холодным гулким коридорам шахт.

Теперь, конечно, ему уже так не бегать. Нельзя сказать, что он совсем обуза для друзей, но даже Марусенька, вон, косится на него с жалостью.

Впрочем, кроме стрелявшей глазами Марусеньки, никто больше на гнома не смотрел. Спешные сборы стали привычными за последние дни. Объединенная общей угрозой пестрая толпа, долбившая тыквы на полянке в горах, разом превратилась в сплоченный отряд. Планы составляли и обсуждали на ходу. Рассиживаться, зная, что у врага есть верховые страйдеры, и даже драконы, было черезчур самонадеянно. Уходили не по дороге - по холмам, через дикие рощи, порой пробиваясь с боем, порой усыпляя монстров на своем пути.

На ходу решили и вопрос с караваном. Кто-то ведь должен был отправиться туда, где их ждали родные, рассказать о плаванье, о товарах на складе, и о новой напасти.

Лемвен и Тиэрон отказались наотрез. У этой парочки все еще бурлило желание отомстить за отца и Доникора, и они не сомневались, что оставаясь рядом с теми, кого ищет Торионел, рано или поздно они встретятся с ним лицом к лицу. Седди теперь был ходок тот еще, тем более по лесу. Да и на складе большую часть товара они положили на имя Вокана - братец со всеми кладовщиками был на ты, и умудрялся порой получить скидку там, где другой получал только очередную наценку.

Потому-то старший брат Сеодора сейчас пробирался по заросшему кустарником оврагу, выводящему к перекату на Ирисной реке. Там начиналась тропа, вкруговую выводящая к хутору гусятников. Караванщики обнаружили ее пару лет назад, и искренне надеялись, что больше никто этой дороги не знает. Там-то Вокан надеялся пробраться к своим, избежав любопытных глаз в городах и на крупных трактах.

А отряд двигался дальше на северо-восток, обходя стороной не только крупные поселения, но даже охотничьи заимки в лесу. Цель их путешествия - заброшенный торговый форпост - была выбрана в надежде на то, что об этом месте все давно забыли. Описание форта и безопаного пути к нему нашел когда-то в эльфийской библиотеке Сэйт. И запомнил - просто, на всякий случай. Описание составили когда-то купцы, покидавшие Приграничье во время Огненного Мора. Кузьма обеспокоился, но подхватят ли они там древнюю заразу, но Вивиан заверила его, что мор был наслан заклятием, и сохраниться столько веков никак не мог.

Почему-то вышло так, что караванщики, которых было столько же, сколько Марусенькиных друзей, считая ее саму, с самого начала оказались в отряде «на новеньких». Опытные путешественники и следопыты, они последовали за Кузьмой и Клайдом, они слушали советы Сэйта и рассуждения Вивиан, как какие-то новобранцы. До сих пор у них был свой путь, своя тайна и свой враг. И вдруг оказалось, что есть кто-то, у кого счет к общему врагу длинее, путь запутаннее, а тайна… еще не раскрытая, она явно стояла за всеми действиями новых товарищей. Теперь же, после ухода Вокана, караванщики остались в меньшинстве, и незаметно перешли под негласную опеку друзей. Марусенька старалась держаться поблизости от Седди, в то же время не показывая ему, что готова в любую секунду подхватить увечного гнома. Клайд даже покосился на подружку несколько раз, удивленный ее молчаливостью. Между Марусенькой и Клайдом, тоже держа Седди в поле зрения, двигался Кузьма. Кряжистый гном разговаривал мало, и только по делу.