Письма отца к Блоку
Шрифт:
Остаюсь Твоим доброжелательным отцом
Ал. Блок.
Переменил квартиру: в том же доме (Koszykowa, 29) — № 6.
Варшава — июль 1903 г.
Полученная карточка (с Твоим письмом) [80] почти не облегчила «зол», к<ото>рыми не во-время «душа моя наполнилась» (по песнопению из панихиды): очернив «золотокудрую» невесту (без «заставки» [81] — ибо, как свидетельствует «отвратительная» метрика церковная, не «неневестную»), она у «торжествующего» жениха обеливает не «житейские дела и подвиги», [82] а разве лишь «одежды (или «перья»), недостойные Подруги» [83] (чем в мундирный [84] век немудрено «приблизить к аду свою жизнь» супружескую). Несмотря на то, я собираюсь «полюбить Вас черненькими» — ради [85] фантастических еще внучат, способных (по тому же похоронному напеву) «проливать ко Господу молитву» и за мертвого — когда им после смерти «возвестят (его) печали». Так как Ты, «не чувствуя конца», считаешь только будущую свадьбу «непреложным (но не неотложным) фактом», то спешу, начав «за упокой», кончать «во здравие»: да процветет Твоя семейная [86] «лампадка» [87] — как эмблема «мудрой кротости» (внушенная «на небесах горящими паникадилами» [88] Вл. Соловьева), а не «ложной [89] мудрости», [90] против которой (олицетворяемой, в отличие от пушкинской — «вакхической», «морозным солнцем») [91] Ты заранее запасся «посохом из дуба»! К «ласковому шопоту», идущему от «вьюги», присоединится и сестрица Ангелина.
80
Речь идет о письме Блока от 28 июля 1903 г., в котором он пишет: «Посылаю Вам, наконец, нашу фотографическую карточку. Она вышла плохо, слишком темно» («Письма к родным», II, с. 88). «Золотокудрую», «Заставки», «Перья» — слова из стихотворения «Царица смотрела заставки…».
81
Над словом «заставки» Блок поставил вопросительный знак.
82
См. прим. 13.
83
Слова «Одежды… недостойные подруги» — из стихотворения Блока «Я вырезал посох из дуба…» (25 марта 1903 г.), которое было послано отцу в письме 24 апреля 1903 г.
84
Около двух последних строк на полях слева Блок поставил вопросительный знак.
85
Около этой строки слева Блок поставил вопросительный и восклицательный знаки.
86
Около, двух последних строк Блок поставил восклицательный знак.
87
«Лампадка» — слово из стихотворения Блока «Царица смотрела заставки…».
88
Из стихотворения Вл. Соловьева «На небесах горят паникадила…».
89
Над словом «ложной» Блок поставил вопросительный знак.
90
Слова из «Вакхической песни» Пушкина.
91
Слова из стихотворения Блока «Я вырезал посох из дуба…».
Август (месяц, а не император римский): и смиренный «символизм» [92] мой обращается скорее к «нищему», блуждающему «ради Бога» (в ожидании небесного блаженства), нежели к «приветному царевичу» Твоих стихов, которому пришлось бы «воздавать (и) кесарево кесарю», [93] (читающему уже четверть века государственное право древним скифам и особенно сарматам — при значит<ельном> проценте «вечных» иудеев), — т. е. например на брачном «пиршестве» (где «с нашей стороны» «избранных» будет более, чем «званных») [94] выпить, между прочим, за его здоровье, сильно пошатнувшееся ныне — после легочного воспаления и инфлюенцы.
92
Около этой строки слева и справа на полях поставлены вопросительные и восклицательный знаки.
93
«Отдавайте кесарево кесарю, а божие богу» (Евангелие от Матфея, 22, 21).
94
Ответ на следующие сообщения, содержащиеся в письме Блока от 28 июля 1903 г.: «На свадьбе будут очень немногие, мы посылаем даже не приглашения, а извещения». «С нашей стороны будут, кроме мамы, отчима…» (Далее Блок перечисляет остальных) «Из церкви мы поедем прямо в Боблово, а оттуда после соответственных пиршеств — на жел. дор.» («Письма к родным», II, с. 88 и 89). Александр Львович по-своему использует изречение из Евангелия: «… ибо много званых, а мало избранных» (Евангелие от Матфея, 20, 16).
13. <Варшава, январь — февраль 1904 г.>
Милый мой (так требует «размер» и слов, и чувств) Сашура!
Поздравляю Тебя с новым годом; также твою Маму и Супругу, с пожеланием здоровья. От души благодарю за письма. Относительно профессоров и «мистики» могу откликнуться пока одним евангельским стихом: «Non omnes capiunt (размер нарушен далее; он соблюдается на этом месте лишь в «словенском» (тексте) verbum istud» [95] — и стихами из пролога к Фаусту (неправильно переводимыми):
95
Не все понимают это слово (лат.).
Der Herr:…
Von allen Geistern, die verneinen,
Ist mir der Schalk am wenigsten zur Last.
Der Menschen Thätigkeit kann allzuleicht erschaffen.
Er liebt sich bald die unbedingte Ruh;
Drum geb'ich gern ihm den Gesellen zu,
Der reist und wirkt, und muss, als Teufel, schaffen, [96]
что относится, быть может, и к «непроходимым (ех cathedra) [97] сальностям».
96
Эти слова господа, обращенные к Мефистофелю в «Прологе на небе» из «Фауста» Гете, приводим в переводе Б. Л. Пастернака:
… Из духов отрицанья ты всех мене
Бывал мне в тягость, плут и весельчак,
Из лени человек впадает в спячку.
Ступай, расшевели его застой,
Вертись пред ним, томи и беспокой,
И раздражай его своей горячкой.
(Гете. «Фауст». М., ГИХЛ, 1960, с. 51)
97
с кафедры (лат.), т. е. во всеуслышание. Ср. слова Мефистофеля о Вагнере «С вершины кафедры он объявляет // Всему, что было раньше, пересмотр» (там же, с. 343).
В «классической Вальпургиевой ночи» оба Грифа [98] (не умеющие «Zeus zu amüsieren») [99] утверждают, что «der Garstige gehӧret nicht heirher», [100] и вот — мне кажется (вполне изолированно), что Ты напрасно порождаешь лишние («бесовские») недоумения своим абсентеизмом в отношении к отнюдь не демоническим родным — особенно в столь «близком» новом здании электротехники, вмещающем не олимпийских, но, конечно, и не адских громовержцев (интересный материал для дальних писем, для дальнейшего житейского самообразования, пожалуй, и для далеко хватающего вдохновения — по части русского «земного духа»); на ноябрьском погребении несчастного двоюродного брата (моряка из Порт-Артура и Владивостока) [101] мог бы разом повидать и Олю (из корейского Сеула) [102] и Марианну (из готовящейся «вновь отбунтовать» Варшавы). В первых числах января был «дядя Ваня» — вицегубернатор в Кишиневе [103] (где, согласно утверждению и Брюсова, жил Пушкин): у него уже две дочери — замужние (одна венчалась в сарафане с молодым помещиком в косой рубашке — близ Уфы; другая производит православное потомство «na Wolyniu» — впрочем, не от «смешанного» брака — с пожилым военным); и «едва (во цвете лет) увидевший свет» [104] Никса [105] напрактиковался на Урале (о к<ото>ром помышлял и Д. И. Менделеев). [106]
98
«Классическая Вальпургиева ночь» — сцена из второй части «Фауста» Гете. Персонажами этой сцены являются духи греческой мифологии, в том числе — грифы («первый гриф» и «второй гриф»), олицетворяющие темные стихийные силы.
99
Забавлять Зевса (нем.).
100
Мерзавец здесь совсем не ко двору («Фауст», указ. изд., с. 365).
101
Речь идет о Николае Петровиче Блоке (1881–1903).
102
Ольга Николаевна Качалова (1879–1940) — двоюродная сестра Блока, в первом браке Штейн. Выйдя замуж в 1901 г., жила в Сеуле, где ее муж был сотрудником посольства.
103
Иван Львович Блок (? — 1906) — дядя Блока, брат его отца.
104
Перефразированы слова арии Гремина из оперы П. И. Чайковского «Евгений Онегин»: «… И юноше во цвете лет, едва увидевшему свет…».
105
Николай Николаевич Качалов (1883–1961) — двоюродный брат Блока, химик и технолог. Впоследствии — член-корреспондент Академии наук СССР, крупный ученый, организатор производства оптического стекла в СССР.
106
В 1899 г. Д. И. Менделеев возглавлял научную экспедицию на Урале по обследованию уральской металлургической промышленности и изучению минеральных богатств края. Результат работы экспедиции был изложен в обширном труде «Уральская железная промышленность в 1899 г.», изданном в 1900 г. под ред. Д. И. Менделеева.
Ангелиночка все там же: выдержала корь и наживает помаленьку истинное просвещение (одна из женских ныне привилегий); а «в одну любовь (широкую, как море) мы сольемся (кажется не) вскоре». [107]
Собирался в Петербург зимою и весною, но придется, вероятно, отложить до осени; теперь изнемогаю от борьбы с предубежденною безграмотностью польской типографии и со своими неразборчивыми (вследствие моей разборчивости) манускриптами. [108] Желал бы знать заблаговременно дни Вашего отъезда и приезда, [109] а равно другие данные, препятствующие или содействующие свободному обмену мыслей. Было бы недурно Тебе встретиться с ученым переводчиком Шекспира — А. Л. Соколовским: [110] он — двоюродный племянник моей матери (имевшей также общее, еще сибирское родство с Феозвою Ник<итичной> Менделеевою); [111] я встречал его лишь в детстве.
107
Перефразированы слова из стихотворения А. К. Толстого «Слеза дрожит в твоем ревнивом взоре…»: «В одну любовь мы все сольемся вскоре, // В одну любовь, широкую, как море…»
108
А. Л. Блок имеет в виду пространные программы своих лекций по курсу государственного права, которые печатались в «Варшавских университетских известиях».
109
В письме от 30 декабря 1903 г. Блок сообщал отцу: «Весной, по всей вероятности, мы рано уедем в Шахматово…» («Письма к родным», I, с. 99). А. Л. Блок, видимо, интересовался точной датой отъезда сына в Шахматово и возвращения в Петербург.
110
Александр Лукич Соколовский (1837–1915) окончил Александровский лицей в 1857 г. и занялся изучением и переводами Шекспира. Первый его перевод — «Король Генрих IV» (1860). Для предпринятого Н. А. Некрасовым и Н. В. Гербелем собрания сочинений Шекспира перевел двенадцать пьес. В 1898 г. вышло полн. собр. соч. Шекспира в восьми томах в переводе и с комментариями А. Л. Соколовского.
111
Феозва Никитична Менделеева (рожд. Лещева, 1826–1906) — первая жена Д. И. Менделеева.
Нынешнее наше стихотворство (не «участвующее» в небрежно-прозаическом «неведении» возводимой даже в средний род «грамматики», к которой относилось у Тебя «последнее») — полезная или «приятная» (совсем ее как «итог» и не для трудно обелимой «жалкой» репутации экзаменаторской) журнальная макулатура будущей утонченной поэзии (с «science conquise» посредством «chanson grise»: Verlaine, цитируемый тонически — без или с? «e muet»): в нем много смелых музыкальных оборотов сжатой речи (главная — «avant toute chose» — заслуга символистики), и мало еще (при достаточной отточенности) точного «значительного (соответственно обширному диапазону звуков) содержания». Сошлюсь для подкрепления на замечание «Антона (кто он — кстати?) Крайнего» в июньской книжке «Нового пути» (стр. 230) по адресу милейшего «Андрея Белого», [112] по-видимому, очень «обожающего» (к счастью, псевдонимно) — своего почтеннейшего (не заклеванного — по-французски) математика — отца: «сентябрь (121 — 2). [113] Твой «юбилейный» Кант «сидит за ширмой» [114] (там же и — «окошко») в слишком переносном смысле (как приличествует разве только «свечке», да и той «не надо»), очевидно чересчур «влюбленно» охраняя собственную «(сморщенную) кожу» — вместо «шкуры» (по свидетельству Карамзина до старости румяной, словно у какой-то «строгой» к чертям «дочки»); [115] а его показываемые в Дрездене довольно стоптанные башмаки («судя не свыше» [116] их) едва ли облекали «крохотные (напр<имер> в сравнении с Мариею-Терезиею, коей туфли — рядом) ножки»: общей уменьшительности тона лично я сочувствую. И «черный человечек» (увеличенный по новой корректуре Грифа: [117] «приношу» за таковую «благодарность») трогательно «плачет на дворе», к<ото>рый «на заре» бывает заперт для всех «бегающих»: это не мешает «подходить рассвету» — из-за горизонта, но не «вместе с человеком» и не вверх (скорее вниз) по «лестнице», притом ведущей ведь к «вечерним фонарям» (не в «style moderne», а керосиновым): образчики придирчивой провинциальной критики; и проч. — Ce qu'il nous faut à nous «(по вечерам — по вечерам)», указано отчасти у Guyau: «L'art au point de vrie sociologique» (р<усский> п<еревод> 1891 г.). [118]
112
В письме от 15 февраля 1904 г. Блок ответил: «Антон Крайний — сборный псевдоним, большею частью — m-me Гиппиус, изредка — Мережковский» («Письма к родным», I, с. 112). А. Л. Блок имел в виду статью З. Гиппиус, подписанную этим псевдонимом, в разделе «Литературная хроника» («Новый путь», июнь 1903 г.) — «Два зверя», в которой автор, критически оценивая московских символистов, печатающихся в изданиях «Скорпиона» и «Грифа», между прочим, затрагивает и прозу Андрея Белого. Отдавая должное его таланту, автор статьи упрекает А. Белого в расплывчатости и бессодержательности.
113
Вероятно, указаны страницы журнала «Новый путь» 1903 г., в сентябрьском номере которого напечатана статья Андрея Белого «О теургии».
114
В письме от 30 декабря Блок послал отцу шесть стихотворений, в том числе — «Иммануил Кант (Сижу за ширмой)». В 1904 г. исполнилось сто лет со дня смерти Канта (1724–1804).
115
По-видимому, Александр Львович, говоря о румяной коже Канта, вспоминал описание встречи с немецким философом в «Письмах русского путешественника» Н. М. Карамзина: «Меня встретил маленький, худенький старичок, отменно белый и нежный» (Н. К. Карамзин. Избр. соч. в 2 томах, т. I. М., 1964, с. 100).
116
Намек на стихотворение Пушкина «Сапожник».
117
В письме от 30 декабря 1903 г. Блок послал отцу стихотворение «По городу бегал черный человек…» В альманахе «Гриф» (М., 1904) вместо уменьшительного «человечек» (ср. «Стихи о Прекрасной Даме». М., «Гриф», 1905) напечатано «человек».
118
Речь идет о книге французского философа и историка Ж. М. Гюйо «Искусство с точки зрения социологии» (СПб., 1891).
Молодости свойственна известная (напрасно порицаемая или одобряемая) «сумма» нерасчетливости, почему и «сум(м)очка» презренно — тленно— благо-родного бумажного добра, имеющая быть врученною «почтенному и одновременно «проклятому» (по Пушкину же) Соломону» [119] (Нейманну — 500 р.: подчеркиваю автора прилож<енной> квитанции), способна пригодиться частью в предстоящем (не венецианском и, надеюсь, не «ломбардном» — затянувшемся раз навсегда при опоздании архиепископа Амвросия из Рима) «карнавале», по прошествии которого сжигается «il re dei'pazzi» [120] и опять берутся за какое-нибудь «умное (в церковном или светском смысле) делание»; с этой, несколько ретроспективной (за отсутствием определенного «проспекта») точки зрения — «под старость лет», однако не (частица), заменяющая твой винительный падеж — родительным), «забыв святого» (ныне снова приуроченного к бренной «плоти»), можно и «в конце письма поставить (carne!) vale» [121]
119
Соломон — ростовщик, о котором с гневом говорит Альбер в «Скупом рыцаре» Пушкина.
120
царь дураков (итал.) — карнавальное чучело.
121
Каламбур: в цитату из «Евгения Онегина» вставлено «carne», что буквально значит «(плотью) будь здоров» и складывается в слово «карнавал».
Любящий Тебя отец Ал. Блок
Варшава. 1904 г. Январь — февраль.
Уведоми, пожалуйста, о получении. [122] Письмо (или «послание») мое, задержанное обстоятельствами времени, не согласуется уже ни с наступившим «мясопустом», [123] ни с японским «мясом пушечным»; подобно всем мертворождаемым творениям, оно (не мясо, а писание) авось когда-нибудь «восскреснув оживет» — во свете общей мировой «гармонии» (sub specie acternitatis), [124] что «обелит» и чернила (прочитать их следует пораньше — пока черны или темносеры, как «тужурка», выражающая «мрак вседневной жизни».
122
В письме от 15 февраля 1904 г. Блок сообщал отцу: «Я получил деньги, благодарю Вас очень за них и за длинное и интересное письмо» («Письма к родным», I, с. 111).
123
Имеется в виду масленица («мясопуст»), начавшаяся в 1904 г. со 2 февраля.
124
С точки зрения вечности (лат.).
14. Ноябрь 1904 г. [125]
Поздравляю с древним зимним Праздником (Noёl)! [126]
Благодарю за присланную книгу
Со «стихами о Прекрасной Даме». [127]
Но, смотря в нее,1* все «видят фигу»
И готовы чувствовать себя в Бедламе.
Мое (другой размер) «духовное родство»
Мне лично страха не внушает;
Скорее кровный смысл его
125
Письмо на отрезном купоне денежного перевода (100 р.).
126
Рождество (франц.).
127
29 октября 1904 г. Блок писал отцу: «Сегодня получил наконец свой первый сборник, который посылаю Вам» (VIII, 111).
Для публики меня смущает…
— Напрасно, говорят мне, Вы
Еще даете деньги сыну:
Ведь он теперь, в виду молвы,
Богаче Вас на половину (?).
Профессорское имя — верный клад:
«Кривлянью на распутьях»2* [128] — род рекламы;
«Как летом вкусный лимонад»3* [129] ,
Раскупят рыцари мудреной «Дамы»!
Не доверяя распродаже —
128
Цитата из стихотворения Блока «Я был весь в пестрых лоскутьях…» (апрель 1903 г.).
129
Цитата из оды Г. Р. Державина «Фелица».