Чтение онлайн

Реджина сердито на неё глянула, но румянец, заливавший её лицо, был заметен даже в тусклом свете ночника.

– Я… - Реджина прикусила щеку, прежде чем продолжить.
– Мне нравится твоё присутствие в моей жизни. Нравится гораздо больше, чем это позволяет дружба. И я хочу, чтоб ты делала всё то, что перечислила.

– Да?
– Эмма улыбнулась шире и пододвинулась ближе, склоняясь к Реджине.

– Да.

– Ну, офигенно!

Реджина рассмеялась, её глаза сияли чистейшим, неподдельным счастьем. И Эмма могла только засмеяться в ответ и запечатлеть эту абсолютно счастливую Реджину в своей памяти, чтоб вспоминать этот момент в одинокие дни, которыми, она это знала, еще будет полно ее будущее.

Когда Реджина, склонив голову, слегка подалась вперед и коснулась губами губ Эммы, девушка перестала дышать. От неожиданности резко отпрянув, она шокировано ахнула:

– Что ты делаешь?!

– Делаю момент подходящим?

Улыбка расцвела на лице Эммы. Неуверенность, появившаяся в глазах Реджины, когда Эмма отскочила от неё, пропала, как только блондинка, хрипло рассмеявшись, осторожно, мягко и, в то же время, уверенно поцеловала её. Влечение, тлевшее всё это время, разгорелось, и одного прикосновения губ Реджины Эмме хватило, чтоб начать задыхаться от накрывшего её жара.

Ладонь Эммы легла на затылок Реджины, сильнее прижимая её. Цепочка, зажатая у девушки в руке, покачивалась, и кулон легонько стукался о ключицу брюнетки.

Реджина разорвала поцелуй - то ли в удивлении, то ли искушая Эмму. И когда она это сделала, Эмма не смогла удержаться и провела кончиком языка по пухлым губам женщины, чувствуя, как та улыбается. Смущенно улыбаясь в ответ, блондинка чуть отстранилась. Реджина прервала поцелуй, но мягкие губы обещали большее.

Прислонившись лбом ко лбу Эммы, Реджина тяжело дышала, как будто воздуха в комнате стало резко не хватать.

– Я никогда раньше этого не делала, - тихо призналась Реджина, продолжая пальцем гладить Эмму по щеке. Пальцами другой руки она теребила край футболки Эммы.
– Это ничего?

– Ничего, - кивнула девушка.

Эмма поднялась, полностью садясь, но при этом она оставалась так близко к Реджине, что, если б та чуть подвинулась, она могла бы оказаться в объятьях блондинки. Взгляд Реджины был мягкий, но настойчивый, теплый, манящий, и, в то же время, испуганный и настороженный. Эмма не могла поверить, что эта невероятная, прекрасная женщина отвечает на её чувства. Непослушными пальцами Эмма расстегнула цепочку и надела кулон Реджине на шею.

– Что ты делаешь?
– убрав ладонь со щеки Эммы, Реджина прикоснулась к кулону.

 - Он ведь мой, правильно? Тогда я могу делать с ним, что захочу, - Эмма нахмурилась, обнаружив, что застегнуть застежку вслепую сложней, чем расстегнуть.
– Я хочу отдать его тебе.

Реджина насмешливо закатила глаза, но позволила Эмме справиться с застёжкой и с торжеством в глазах провести пальцами по смуглой шее. На кулоне их руки встретились, и Реджина с надеждой спросила:

– Ты вернешься за ним?

Эмма улыбнулась, покачав головой, светлые локоны слегка перепутались с тёмными прядями.

– Я вернусь к тебе.

После первого поцелуя обеим было не уснуть, и они долго разговаривали. Беседа часто прерывалась, потому что то Эмма, то Реджина на мгновение замолкала, чтобы мягко прикоснуться пальцами к губам другой или легко поцеловать чужую ладонь. Обе были счастливы, что могут, наконец, это сделать. Эмма была не в силах поверить, что так долго отказывала себе в счастье прикасаться губами к устам этой женщины, и каждый раз, когда их поцелуи становились глубже, когда её руки, лаская, исследовали смуглое тело, Эмма мысленно клялась никогда больше не сдерживать себя в этом. Они уснули под утро, лёжа в обнимку, как героини подростковой романтической комедии, а когда проснулись, в воздухе всё ещё ощущалась зародившаяся этой ночью нежность и близость.

Больше всего Эмму удивляло то, как мало между ними изменилось. Их улыбки и прикосновения всегда были искренними. Только теперь, оставаясь вдвоем, когда Генри выбегал из комнаты, они могли, наконец, уступить физическому желанию, терзавшему их неделями. Так что, стоило малышу пересечь порог и скрыться из поля зрения, женщины многозначительно улыбаясь, наклонялись друг к другу, переплетая пальцы, спеша сорвать ещё один поцелуй с таких притягательных губ.

Каждое новое прикосновение губ разжигало в Эмме огонь и в то же время словно обдавало холодом. Не было ничего слаще этих поцелуев, но всякий раз они оставляли на её губах легкий осадок горечи. Реджина была подобна ливню в жаркий солнечный день - неожиданному, освежающему, прекрасному и сводящему с ума, и Эмма хотела беззаботно бежать босиком под этим ливнем, подставляя спину палящему солнцу. Потому что каждый раз, видя улыбку Реджины, слыша её смех, прикасаясь к ней, девушка не могла не вспомнить о том, что расставание всё ближе. Она всегда знала, что всё хорошее рано или поздно заканчивается, но Реджину и Генри она не готова была отпустить. И если всё, что у неё остается до того, как разразится буря, - это краткий миг под летним ливнем, она будет шлёпать по лужам, не боясь простудиться.

Наверное, Реджина чувствовала то же самое, потому что она перенесла все встречи, кроме срочных, на следующую неделю и оставалась в Ратуше только до обеда. Они с Эммой обедали вместе в особняке или в маленьких городских кафешках и пабах, и блондинке нравилось, что, сидя за столиком, Реджина украдкой гладит ногой её ногу, и что они, не прячась, держатся за руки.

А по вечерам они забирали Генри и шли в парк или в игровой центр либо просто смотрели фильмы дома. Хотя, когда они пришли, чтоб забрать малыша из садика в понедельник, после дня рождения Эммы, им пришлось отложить свои планы, потому что дети окружили блондинку, спрашивая, умеет ли она летать и какие суперсилы у неё есть.

Это озадачило женщин, но потом они вспомнили, что Генри постоянно хвастается друзьям, что Эмма - супергерой. Сердце у Эммы сжалось, и она повернулась к Реджине, обратив на неё такие щенячьи глазки, что даже Генри было до них далеко. Брюнетка кивнула, соглашаясь задержаться. Эмма развлекала детишек, рассказывая о своей профессии, учила их правилам безопасности, и, конечно, они играли вместе, потому что девушка сама иногда вела себя, как ребёнок. Реджина стояла у стены и смеялась, наблюдая, как Эмма, став на четвереньки, забирается в небольшой стоящий во дворе домик. Реджине нравилось смотреть, как та играет с детьми, и, в то же время, женщина была не прочь поболтать с мисс Белл.

Каждый день этой последней недели пребывания Свон в Сторибруке, Реджина, Эмма и Генри старались не расставаться, проводя вместе почти всё время. И каждый день был как маленькое прощание с теми, кто стал Эмме друзьями. Руби и Тине удалость украсть блондинку на час, уговорив её на прощание посидеть в «Кроличьей норе». Но увидев, что Свон всё время поглядывает на циферблат часов, девушки отпустили её назад к мэру, чему Эмма и Реджина очень обрадовались. Каждую ночь они ложились в постель и разговаривали до рассвета, их время утекало как песок сквозь пальцы, и сон, казалось, утратил свое значение. Единственными свидетелями их разговоров были звезды, льющие свой свет в окно спальни Реджины. Ничто не беспокоило их, пока длилась ночь. Они были в безопасности - в маленьком мирке, ограниченном стенами спальни, и не было деловых встреч, к которым нужно готовиться, не было пустыни, которую нужно патрулировать. Только Реджина и Эмма, лежащие рядом, и звездное небо, слившееся с землёй.