Письма с войны
Шрифт:
– Хорошо, что ты не спишь. У меня кое-что для тебя есть.
– Подарок?
– нетерпеливо спросил Генри.
Раскрыв ладонь, Эмма показала ему маленький значок в виде американского флага.
– Поздно уже, так что только маленький киоск открыт.
Генри не слышал этого объяснения. Взяв значок, он внимательно его разглядывал:
– Это игрушка?
Эмма отрицательно покачала головой:
– Помнишь, ты хотел такие же жетоны, как у меня с Августом?
– Генри кивнул, и Эмма продолжила.
– Вот этот значок вроде них, только его прикалывают на футболку, а не на шее носят. Я работаю на этих ребят, - объяснила Эмма, - и ты тоже можешь представить.
Генри гордо и радостно посмотрел на Реджину, которая ласково улыбалась, глядя на этих двоих. Мальчик оттянул свитер, чтобы Эмма могла прицепить значок. Блондинка с улыбкой бережно приколола флажок к детской толстовке и, аккуратно просунув руку под ткань, застегнула булавку. Закончив, она провела костяшками пальцев по щеке мальчика:
– Посмотри-ка на себя, пацан.
Генри поглядел на значок, опустив голову, и широко улыбнулся:
– Смотри, мамочка!
- Вижу, солнышко, - Реджина расправила его свитер, - ты тоже хорошо выглядишь.
Он радостно захихикал и сполз с коленей Эммы, побежав к креслу, на котором спал. Сейчас там лежало только пальто Реджины и Рекс. Схватив дракона, он вернулся к Эмме, протягивая игрушку.
– Рекс тоже хорошо выглядит, - Генри раскачивал дракончика из стороны в сторону, так что казалось, что тот пританцовывает.
– И он для тебя.
– Пацан… - попыталась возразить Эмма, но Генри забрался к ней на колени и настойчиво сунул игрушку ей в руки.
– Рекс хорошо обнимается, - пояснил мальчик, разводя короткие рексовы лапки в стороны.
– А вот прятки он не любит. Я его всегда нахожу, а он меня найти не может, я всегда хорошо прячусь. А ещё он прогоняет кошмары.
Последняя фраза задела Эмму за живое, и к глазам подступили слёзы. Не сдержавшись, она крепко обняла Генри и Рекса. Уткнувшись лицом в шею мальчика, она глухо пробормотала:
– Ты самый лучший, малыш.
Генри в ответ хихикнул:
– Я знаю, - и, отклонившись, провел пальцем по нашивке слева на груди кителя. На нашивке было написано «Э.Свон».
– Что это?
– Моё имя, - легко откликнулась блондинка.
– Давай покажем Эмме, как ты знаешь буковки?
– перебила Реджина, показав на первую букву на нашивке и дав Генри минуту сосредоточиться.
Генри старательно выговорил, хмуря брови:
– Э-э-э… С-с-с… В… О-о-о… Н…
– Умница, родной, - похвалила Реджина, с любовью глядя на сына. Эмма подняла ладонь и, когда Генри хлопнул по ней со всей силы, потрясла кистью, дуя на ладонь.
– Так что там написано?
Генри прищурил один глаз, размышляя:
– Эмма?
Реджина с Эммой засмеялись. Блондинка покачала головой:
– Там написано – «Свон». Это моя фамилия.
Быстро кивнув, Генри продолжал осматривать форму, пытаясь найти ещё что-нибудь интересное. Заметив шеврон на её рукаве, он провел пальцем по двум остроконечным нашивкам.
– А это что?
– Эти полоски говорят о том, что моё звание - капрал.
– А моё звание, какое?
Эмма никогда за словом в карман не лезла, но, услышав вопрос сына, Реджина призадумалась, что можно ему ответить, если вдруг блондинка станет в тупик. Реджина беспокоилась зря, полсекунды спустя Эмма уже отвечала на вопрос Генри:
– Помнишь, у тебя на щите было нарисовано яблоко?
Он кивнул, вспоминая:
– Это значит, что ты Миллс, как мамочка.
– Ага, - он радостно согласился и тут же просияв, добавил.
– У тебя тоже было яблоко, на мече, помнишь?
Реджина коварно усмехнулась, даже не пытаясь скрыть это за стаканом с кофе, и поддела Эмму плечом:
– Да, дорогая, на твоём мече тоже было яблоко.
– Значит, мы все – Миллсы, - решительно объявил Генри.
Мысль о том, чтобы сменить фамилию, всегда пугала Эмму, но теперь, когда эту идею высказал сын её девушки, сидящий у неё на руках, Эмма не испугалась и не напряглась. Её девушка, Эмма подумала об этом ещё раз и мысленно улыбнулась. В конце концов, стать частью чего-то большего совсем не страшно.
Она тихонько усмехнулась:
– Ну, не знаю, ребят, как по мне, так вы два Лебедя.
– Нет, - Генри покачал головой и засмеялся, прикрыв рот ладошкой.
– Я не птичка.
Женщины расхохотались, Генри, конечно, не понял игры слов, на которую намекала Эмма.
– Нет, конечно, ты не птичка, родной, - серьёзно согласилась Реджина, погладив его по спине. И, повернувшись к блондинке, тихо добавила:
– К тому же, я не собираюсь менять девичью фамилию.
Эмма многозначительно посмотрела Реджине в глаза, и, кажется в этот момент, они обе поняли, что их ждет совместное будущее, и робко улыбнулись друг другу.
– Но я тоже не хочу менять фамилию, - возразила Эмма.
– Ну, значит, мы с тобой в патовой ситуации, - тихо ответила Реджина, пожав плечами и не сводя выразительного взгляда с девушки.
Генри стало скучно, и, соскочив с коленей Эммы, он начал бегать по терминалу. Обычно Реджина не позволяла ему так себя вести в общественных местах, но они были в зале почти одни, за последние полчаса мимо них прошел только один человек. Так что, женщина не стала делать сыну замечаний, позволив исследовать новую для него обстановку.
– Ты, и правда, хорошо выглядишь, - Реджина погладила Эмму по плечу.
– Так поэтому я в армию и пошла. Я офигенно выгляжу в хаки, - пошутила блондинка.
Насмешливо закатив глаза в ответ, Реджина взяла её за руку, нежно проведя по указательному пальцу, по выемке между указательным и большим.
– Куда ты хочешь сходить?
– тихо спросила Эмма, глядя, как Генри носится от справочного киоска к мусорному баку и обратно.