Чтение онлайн

Реджина зевнула, прикрыв рот кулаком:

– Чуть конкретнее, дорогая.

– Когда я приеду, я хочу сходить с тобой на свидание, - объяснила девушка.

Реджина, покраснев, застенчиво глянула на Эмму:

– Если не ошибаюсь, это будет свидание номер два.

– Верно, наше первое свидание прошло по классическому сценарию: кафе и кино, да?
– с игривой улыбкой блондинка добавила.
– К сожалению, вопреки классическому сценарию, не было поцелуев на заднем сиденье машины.

– Да, я смотрю, ты, солдат, только об одном думаешь. Не знай я тебя лучше, я бы подумала, что ты хочешь только мое тело, - пошутила Реджина.

Эмма хохотнула, но тут же с чувством сжала ладонь Реджины:

– Мне не надо было тебя видеть, чтоб знать, что ты офигенная.

На несколько долгих секунд они замолчали, почти не дыша, глядя друг на друга. Воздух наполнился напряжением и тоской, воспоминаниями и безмолвными обещаниями.

– Пассажиры рейса 436, пройдите, пожалуйста, к терминалу,– раздался над головами мужской голос из динамика, и сердце Эммы рухнуло вниз, она даже не успела подумать, что Реджина, наверное, чувствует то же самое.

Эмма позвала Генри и быстро поцеловала его, когда он галопом подбежал к ней. Она встала, закидывая рюкзак на плечо. Реджина тем временем уже успела подхватить их с Генри вещи. Мальчишка, предчувствуя расставание, взял их обеих за руки, и все трое подошли ко входу на взлетно-посадочную полосу, где уже стояли остальные немногочисленные пассажиры этого рейса.

Эмма с Реджиной и Генри стали в нескольких ярдах от остальных так, чтоб не ловить на себе любопытные взгляды, но достаточно близко, чтоб Эмма не пропустила последнее объявление на посадку. Эмма молча присела на корточки, раскрывая объятия для Генри. Малыш сразу подбежал к ней и крепко обнял за шею. Она не отпускала его целую минуту, пока, он не начал нетерпеливо выкручиваться. Разжав руки, Эмма взяла Генри за плечи и строго сказала:

– Вы с мамочкой должны присматривать друг за другом, пока меня не будет.

– Хорошо, - пообещал Генри.

– Не забывай каждый день говорить маме, что ты её любишь.

– Я буду.

Генри смотрел на неё во все глаза, ожидая следующего приказа, и голос Эммы смягчился:

– Я буду по тебе скучать, пацан.

Эмма еще раз обняла его и встала, глядя на Реджину. Брюнетка уже выбросила стаканчик из-под кофе в урну и теперь стояла, скрестив руки на груди. Поза была напряженной, почти настороженной.

– Эй, - Эмма попыталась улыбнуться, но не вышло.

– Эй, - привычно откликнулась Реджина.

Блондинка сжала её запястье. В глазах цвета темного шоколада плескалась та же тоска, что в её собственных.

– По тебе я тоже буду скучать.

Реджина грустно улыбнулась и подошла ближе к Эмме, но рук так и не разняла. Эмма быстро обняла её, прижимая к себе.

– Будь осторожна. Не делай глупостей.

За свою жизнь Эмма слышала много приказов. Какие-то из них были спорными, какие-то разумными и очевидными. Но этому приказу, произнесенному умоляющим голосом Реджины, она поклялась повиноваться слепо и не размышляя.

Однако Эмма Свон не была бы Эммой Свон, если бы призналась в этом Реджине. Так что вместо того, чтоб озвучить свою клятву, она саркастично бросила:

– Ну, ты ведь знаешь, что осторожность - моё второе имя.

Насмешливо закатив глаза, женщина мягко выбралась из объятий блондинки, но продолжала стоять всё так же близко.

– Знаешь, можно было бы составить список всех твоих опрометчивых поступков.

– Ну-ка, ну-ка, мне очень интересно.

– Видишь ли, даже если мы возьмём только этот месяц, этот список будет бесконечным, а твой самолёт уже почти взлетел.

Девушка послала Реджине притворно сердитый взгляд и мягко разняла её руки, положив их к себе на плечи.

– Я напишу тебе, как только приземлимся, - Эмма еще раз обняла её.

– И позвонишь, - напомнила Реджина.

– И позвоню, - покорно согласилась Эмма.

Они стояли в обнимку, и, хотя обе знали, что так нельзя, потому что их могут увидеть, в тот момент женщинам было наплевать на это. У них на счету была каждая секунда, и они хотели продлить каждое мгновение как можно дольше. Эмма запоминала запах Реджины, ароматы её крема и шампуня: сложное сочетание лаванды и пряностей. Реджина, задумавшись, в очередной раз заметила, как бешено колотится сердце, когда Эмма прикасается к ней. И как больно в груди от того, что она не может остановить время, чтоб блондинка никуда не уезжала, или наоборот ускорить его бег, чтоб девушка вернулась поскорее.

Раздался очередной сигнал для пассажиров, и женщины разорвали объятие. Глаза у обеих блестели от невысказанных слов и не выпущенных на волю чувств.

– Не вздумай петь «Leaving on a Jet Plane»,– Реджина легонько стукнула Эмму в плечо.

Та грустно рассмеялась, и уже хотела именно это и сделать - просто ради удовольствия немножко побесить Реджину ещё разок напоследок, но передумала. Вместо этого она прикоснулась губами к её щеке - точно так же, как сделала это меньше недели назад на пороге особняка и замерла на несколько долгих секунд.

– Будь офигенной, - нежно сказала Эмма, отрываясь от Реджины. Слишком быстро, по её собственным понятиям, но, надо быть честной, если она не отпустит женщину сейчас, то не сможет отпустить её совсем и уже никуда не полетит. Взъерошив волосы Генри, Эмма развернулась к выходу на трап и зашагала, не оглядываясь. Она не могла заставить себя оглянуться. Отдав дежурному билет, блондинка прошла через стеклянные двери.

И с каждым шагом, который делала Эмма под бодрые приветствия дежурных, желавших ей доброго утра и безопасного полета, девушка чувствовала, что уходит от самого лучшего, что было в её жизни. К моменту, когда она вошла в полупустой салон самолёта, где некоторые пассажиры уже пытались уснуть, всё существо Эммы было наполнено ужасом. Она прошла к своему месту у окна и прежде, чем убрать рюкзак на полку, достала Рекса и пачку фотографий. Найдя ту, которою искала, она спрятала остальные и, прижав снимок и игрушку к груди, села в кресло.