Луна проснулась. Город шумныйГремит вдали и льет огни,Здесь все так тихо, там безумно,Там все звенит, – а мы одни…Но если б пламень этой встречиБыл пламень вечный и святой,Не так лились бы наши речи,Не так звучал бы голос твой!Ужель живут еще страданья,И счастье может унести?В час равнодушного свиданьяМы вспомним грустное прости…1898
«Мы были вместе, помню я…»
Мы были вместе, помню я…Ночь волновалась, скрипка пела…Ты в эти дни была – моя,Ты с каждым часом хорошела…Сквозь тихое журчанье струй,Сквозь тайну женственной улыбкиК устам просился поцелуй,Просились в сердце звуки скрипки…1899
«Давно мы встретились с тобою…»
Давно мы встретились с тобою, —То было летом. Ночи знойМанил в аллеи за собоюИ звал любить и жить с тобой…С тех пор прошли года. ЗабытыМгновенья страсти. Чудный свет,Где мы цвели, далек, – и смытыВоспоминанья юных лет.Теперь зима. Дыханье югаОт нас сокрыто хладной мглой,Но ты, далеких дней подруга,Манишь, как прежде, за собой…Возьми меня опять с собою,Верни утраченное мнойИ верь, я буду жить тобоюИ умирать с тобой одной!..1899
«Помнишь ли город тревожный…»
К. М. С.
Помнишь ли город тревожный,Синюю дымку вдали?Этой дорогою ложнойМолча с тобою мы шли…Шли мы – луна поднималасьВыше из темных оград,Ложной дорога казалась —Я не вернулся назад.Наша любовь обманулась,Или стезя увлекла —Только во мне шевельнуласьСиняя города мгла…Помнишь ли город тревожный.Синюю дымку вдали?Этой дорогою ложнойМы безрассудно пошли…1899
«Ты была у окна…»
Ты была у окна,И чиста и нежна,Ты царила над шумной толпой.Я стоял позабытИ толпою сокрытВ поклоненьи любви пред тобой.Мне казалось тогда,Что теперь и всегдаТы без мысли смотрела вперед.А внизу, у окна,Как морская волна,Пред тобой колыхался народ.Поклоненьем горда,Ты казалась всегдаОдинокой и властной мечтой.И никто не слыхал,Как твой голос звучал, —Ты в молчаньи владела толпой.Я стоял позабытИ толпою сокрыт.Ты без мысли смотрела вперед,И чиста, и нежна;А внизу, у окна,Вкруг меня волновался народ.1900
«Завтра в сумерки встретимся мы…»
Завтра в сумерки встретимся мы.Ты протянешь приветливо руки.Но на памяти – с прежней зимыНепонятно тоскливые звуки.Ты, я знаю, запомнила дниЗаблуждений моих и тревог.И когда мы с тобою одниИ безмолвен соседний порог,Начинают незримо летатьОдинокие искры твои,Начинаю тебя узнаватьПод напевами близкой любви,И на миг ты по-прежнему – ты,Легкой дрожью даешь вспоминатьО блаженстве протекшей зимы,Отдаленной, но верной мечты,Под напевом мороза и тьмыНачинаешь дрожать и роптать,И, как прежде, мгновенную речьЯ стараюсь во тьме подстеречь…1902
Две любви
Любви и светлой, и туманнойРавно изведаны пути.Они равно душе желанны,Но как согласье в них найти?Несъединимы, несогласны,Они равны в добре и зле,Но первый – безмятежно-ясный,Второй – в смятеньи и во мгле.Ты огласи их славой равной,И равной тайной согласи,И, раб лукавый, своенравный,Обоим жертвы приноси!Но трепещи грядущей кары,Страшись грозящего перста:Твои блаженства и пожары —Все – прах, все – тлен, все – суета.1900
«Она стройна и высока…»
Она стройна и высока,Всегда надменна и сурова.Я каждый день издалекаСледил за ней, на все готовый.Я знал часы, когда сойдетОна – и с нею отблеск шаткий.И, как злодей, за поворотБежал за ней, играя в прятки.Мелькали желтые огниИ электрические свечи.И он встречал ее в тени,А я следил и пел их встречи.Когда, внезапно смущены,Они предчувствовали что-то,Меня скрывали в глубиныСлепые темные ворота.И я, невидимый для всех,Следил мужчины профиль грубый,Ее сребристо-черный мехИ что-то шепчущие губы.1902
«Она была – Заря Востока…»
Она была – Заря Востока,Я был – незыблемый гранит.Но мощным веденьем пророкаПылал в жару ее ланит.Ее глубокие пожарыТочили сердце мертвеца.Казалось – мощные ударыРазрушат камень до конца.Но, воспылав Ее зарею,Я воскресал на новый бойИ возносился головоюДо самой тучи грозовой.И там, бежав людского плена,Свободный, в гордости веков —Я чуял розовую пенуС Ее любимых берегов.1902
«Ей было пятнадцать лет…»
Ей было пятнадцать лет. Но по стукуСердца – невестой быть мне могла.Когда я, смеясь, предложил ей руку,Она засмеялась и ушла.Это было давно. С тех пор проходилиНикому не известные годы и сроки.Мы редко встречались и мало говорили,Но молчанья были глубоки.И зимней ночью, верен сновиденью,Я вышел из людных и ярких зал,Где душные маски улыбались пенью,Где я ее глазами жадно провожал.И она вышла за мной, покорная,Сама не ведая, что будет через миг.И видела лишь ночь городская, черная,Как прошли и скрылись – невеста и жених.И в день морозный, солнечный, красный —Мы встретились в храме – в глубокой тишинеМы поняли, что годы молчанья были ясны,И то, что свершилось, – свершилось в вышине.Этой повестью долгих, блаженных исканийПолна моя душная, песенная грудь.Из этих песен создал я зданье,А другие песни – спою когда-нибудь.1903
Незнакомка
По вечерам над ресторанамиГорячий воздух дик и глух,И правит окриками пьянымиВесенний и тлетворный дух.Вдали над пылью переулочной,Над скукой загородных дачЧуть золотится крендель булочной,И раздается детский плач.И каждый вечер, за шлагбаумами,Заламывая котелки,Среди канав гуляют с дамамиИспытанные остряки.Над озером скрипят уключиныИ раздается женский визг,А в небе, ко всему приученныйБессмысленно кривится диск.И каждый вечер друг единственныйВ моем стакане отраженИ влагой терпкой и таинственнойКак я, смирен и оглушен.А рядом у соседних столиковЛакеи сонные торчат,И пьяницы с глазами кроликов«In vino veritas!» кричат.И каждый вечер, в час назначенный(Иль это только снится мне?),Девичий стан, шелками схваченный,В туманном движется окне.И медленно, пройдя меж пьяными,Всегда без спутников, одна,Дыша духами и туманами,Она садится у окна.И веют древними поверьямиЕе упругие шелка,И шляпа с траурными перьями,И в кольцах узкая рука.И странной близостью закованный,Смотрю за темную вуаль,И вижу берег очарованныйИ очарованную даль.Глухие тайны мне поручены,Мне чье-то солнце вручено,И все души моей излучиныПронзило терпкое вино.И перья страуса склоненныеВ моем качаются мозгу,И очи синие бездонныеЦветут на дальнем берегу.В моей душе лежит сокровище,И ключ поручен только мне!Ты право, пьяное чудовище!Я знаю: истина в вине.1906