Чтение онлайн

Найденный в детстве погон превратился для Джонни в фетиш, и ему это нравилось. Он стал носить его пришитым изнутри к правой штанине. В каком именно месте, я вам не скажу, потому что не знаю.

Проводив Сергея Сергеевича, сдав выпускные экзамены в училище и закончив очередную жалобу на приговор, весной 2014 г. я оказался не у дел. Чтение художественной литературы и занятия английским с соседом я в счёт не беру, так как первое – это само собой, а второе – это не для меня, а для Виктора Александровича. Мне абсолютно нечем было заняться, и я стал стучаться во все двери. Прежде всего, написал заявление в училище на следующий учебный год, на специальность «Электромонтёр по ремонту и обслуживанию электрооборудования». Потм стал наводить справки по трудоустройству в колонии и выяснил, что можно пойти работать в столовую – мыть посуду, чистить картошку, расставлять на столы баки с едой, потм их убирать, протирать столы, нарезать хлеб на пайки и т.п. Работа очень нудная и неинтересная, на полный рабочий день. Деньги платят только завхозу столовой и, может быть, нескольким поварам. Остальные работают бесплатно - либо в надежде на поощрение со стороны Администрации колонии, либо исходя из каких-то своих интересов: например, чтобы быть ближе к еде, - такая трудовая деятельность не фиксируется в личном деле.

На промзоне происходит то же самое: можно работать с утра до вечера за несколько сотен рублей в месяц. Чтобы занять должность, предусмотренную штатным расписанием и оплачиваемую в районе 2-6 тысяч рублей, нужно долго карабкаться по «служебной лестнице», терпеливо ожидая своей очереди, либо проявить какие-то качества и свойства, позволяющие перепрыгнуть через бесплатный труд.

Надо сказать, что неоплачиваемая работа в столовой или на промке если и влияет на вопросы УДО, то лишь в том плане, что вам в вину не ставится отсутствие трудовой деятельности, хотя в ряде случаев вас могут обвинить именно в том, что вы работаете бесплатно – с этим я позже столкнулся лично. От промки отвращает также и то, что в ней проскальзывают элементы рабства: ни о каком уважении к работающим со стороны Администрации речи не идёт; напротив, менты так смачно помыкают трудягами, что становится стыдно и за тех, и за других. А если требуется что-то сделать на продажу во внешний мир, менты становятся над вами чуть ли не с хлыстом. Малейшее возражение со стороны работающего осуждённого, пусть даже и конструктивное, может послужить поводом к репрессиям в виде ШИЗО, при этом Администрация напрочь забывает о том, что человек всё-таки работал – год, два или три, - кто сколько.

Помимо промзоны и столовой, зеки работают в клубе, в библиотеке, в телестудии, в пожарной части, на БПК, в санчасти, в парикмахерской, в помещениях КДС, на комендантском участке, в школе и в училище, на котельной и в Штабе Администрации. Про завхозов, дневальных и писарей, работающих по отрядам, упоминалось выше. В целом, при желании можно куда-нибудь устроиться.

Общение с работающими осуждёнными привело меня к выводу, что самая действенная их мотивация – убийство времени, хоть какая-то занятость. Работать, даже бесплатно, - всё же лучше, чем годами валяться на шконке в общежитии (бараке). Втянувшись в рабочий режим, осуждённый, как правило, находит и какие-то другие интересы: на швейном участке осуществляется пошив одежды для тех, кому это нужно; на деревообработке можно изготавливать мебель и сбывать её зекам здесь же, в колонии (тумбочки, столики, табуретки); можно, в конце концов, освоить или отточить специфические навыки работы, которые пригодятся впоследствии на воле, и т.п.

Я посетил электроучасток промзоны, и мне там очень понравилось: есть радио, диван, верстак, куча всяких инструментов и приспособлений. Приходишь туда, переодеваешься в робу и, помимо выполнения несложных обязанностей, делаешь, что твоей душе угодно: можно, например, изготавливать затчки – самодельные ножи для зеков. Эти заточки периодически изымаются во время шмонов (обысков) и, следовательно, требуют постоянного возобновления. Я сам дважды заказывал на промзоне такие поделки и дважды платил за них по три пачки сигарет.

К слову, сигареты – универсальная зоновская валюта: подстричься – одна пачка, постирать пакет белья – одна пачка (заработки работающих на БПК), тумбочка – от семи пачек, раскладной столик, который можно поставить в проходняке – от десяти пачек и так далее: шахматы, нарды, шкатулки, полки, трости, одежда… Делается всё, что можно сделать, и каждый работающий находит в своих занятиях какой-нибудь дополнительный смысл, помимо общественно-полезного времяпровождения.

Чтобы попасть на промку, надо написать заявление на имя Начальника колонии и ожидать, когда освободится какое-то место. Есть и другие способы: договориться с сотрудниками Администрации или решить свой вопрос через бригадиров производственных участков.

Я ничего такого делать не стал, так как рассчитывал в будущем учебном году пойти учиться на электромонтёра.

Однако всё пошло не так, как планировалось.

В учреждении есть клуб. Он находится в здании Штаба, но имеет отдельный вход.

В клубе имеется кинопроектор и большой выдвижной экран: периодически показывают кинофильмы и образовательные программы, проводятся конкурсы и викторины, посвящённые праздничным и памятным датам. Скамьи могут вместить, если сесть поплотнее, до пятидесяти осуждённых. В клубе проводятся также информационные мероприятия с участием вольных организаций: приезжают сотрудники ЦЗН Мурманской области и рассказывают о том, какие рабочие нужны стране; приезжают различные социальные службы и рассказывают, какую помощь может получить осуждённый после освобождения. Недавно приезжала интересная женщина, Татьяна Валерьевна, инспектор по административному надзору одного из отделений полиции Октябрьского района г. Мурманска, и рассказывала о своих трудовых буднях и взаимодействии с поднадзорными. (Справочно: Административный надзор устанавливается после освобождения над террористами, педофилами и некоторыми другими категориями осуждённых, а также над теми, кто в период отбывания наказания был признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания.)

В клубе есть также небольшая эстрада. Концерты проводятся редко, хотя имеется вполне приличная звуковая аппаратура, гитары и синтезатор. Раньше была и ударная установка, но сейчас она куда-то подевалась. Подмостки используются преимущественно театральным кружком, который имеет явно выраженную религиозную направленность и в основном занимается постановками сцен из Библии.

В отдельном помещении внутри клуба располагается библиотека – очень востребованная принадлежность нашей колонии, без которой убивать время было бы гораздо сложнее. В рабочие часы в библиотеке постоянно присутствуют осуждённые – инспектируют стеллажи, ковыряются в книгах. Надо сказать, что читают почти все, даже некоторые блатные.

Шахматный кружок тоже базируется в клубе. Его организовал Евгений Михайлович, который отбывал уже второй десяток своего заключения, когда меня зачислили в колонию. Силами Евгения Михайловича и других энтузиастов был сделан специальный шахматный стол на четыре пары игроков, были куплены контрольные часы и несколько комплектов фигур, появилась огромная демонстрационная доска настенного исполнения с магнитными фигурами, а также информационный стенд, на котором отображаются результаты турниров и размещаются фотографии сильнейших шахматистов колонии.

Коротая весну 2014 года, я вступил в этот уже сформировавшийся шахматный кружок, и в мае принял участие в турнире, заняв предпоследнее место среди четырнадцати участников: я всё ещё находился на нулевом уровне, но зато пришла радостная весть о том, что Крым – наш.

По кабельным каналам нашего учреждения, помимо ПВР, часто показывают разные объявления. Например, о том, что Начальник УФСИН России по Мурманской области в такой-то день проводит открытую телефонную линию для родственников осуждённых. Или о том, что в помещении клуба состоится приём выездной комиссии каких-нибудь общественных деятелей. Объявления обычно транслируются в виде бегущей строки, и в начале мая 2014 г. мы все прочитали следующее: «В Пожарную часть ФКУ ИК-17 требуется специалист по обслуживанию пожарно-охранной сигнализации. Обращаться к Начальнику Пожарной части ФКУ ИК-17». Ротация этого объявления была настолько высока, что информация не могла пройти мимо ушей или глаз.

Поразмыслив, я отправился искать Начальника Пожарной части, и через недельку нашёл.

Когда вы заходите в кабинет к сотруднику Администрации, вы должны встать, построиться, чётко сообщить своё имя, отчество, фамилию и статью УК РФ, по которой вы осуждены; плюс необходимо озвучить срок лишения свободы, который вам назначен судом, а также начало и конец срока. В конце присовокупляете цель своего прибытия. Вот такой чисто тюремный доклад по ПВР.

Начальника пожарной части звали Олег Владимирович, и он получил исчерпывающие сведения обо мне в рамках цели визита. Я показал ему разные интересные удостоверения и «корочки», выданные другими государственными учреждениями, рассказал о своей профессиональной деятельности до осуждения и озвучил готовность поступить на работу искомым специалистом.