Чтение онлайн

В тюрьме, как это ни парадоксально, немало хорошего. Мне, например, выдали рубашку под цвет глаз. Посылку или передачу от родственников вы можете получить из рук хорошенькой женщины. На пасху нам дают варёные яйца и куличи, и всё это очень мило, но самое интересное, что я открыл для себя здесь, – это шахматы. Я непрерывно занимаюсь ими на протяжении всего срока. Не спешите смеяться!

Как и большинство людей, не знакомых с этим чудом, я полагал, что шахматы – всего лишь настольная игра. Такая же, например, как нарды, шашки, монополия или такие картонные карты, по которым надо «ходить» фишками в зависимости от того, как вы бросите кубики (кости, зареки). Я знал, как передвигаются шахматные фигуры, как производится взятие фигуры противника, имел представление о рокировке и даже несколько раз пробовал играть в шахматы на воле, но в целом, как и многие, я считал это крайне скучным занятием.

В Петрозаводском ПФРСИ мне попался сокамерник, который считал, что умеет играть в шахматы. Это был киргиз по имени Абдукахор Ташкенбаевич, но все звали его просто Эдик. От безделья мы частенько играли, и я получил некоторый опыт. Абдукахор Ташкенбаевич озвучил мне шахматное правило, подтвердить или опровергнуть которое я смог гораздо позже: если ваш король доходит до любого поля противоположной горизонтали, то вы имеете право поставить пешку и попытаться провести её в ферзи. Так и играли. О таком понятии, как «взятие на проходе», мы даже слыхом не слыхивали. Абдукахор Ташкенбаевич всегда меня выигрывал, так как в шахматах я был ещё бльший дуб, чем он.

Сейчас я могу сказать, что мы оба – я и Абдукахор Ташкенбаевич – находились даже не на первом, а на нулевом уровне освоения этой потрясающей игры. Не знаю, пошёл ли он дальше: он остался отбывать своё наказание в ФКУ ИК-9 в Петрозаводске, а меня привезли сюда, в ФКУ ИК-17.

В наших двух отрядах (№№ 4 и 5), объединённых одним локальным участком, было в среднем около десяти шахматистов разного уровня, и поначалу я ни у кого из них не мог выиграть иначе, как по случайности. Одним из местных лидеров по шахматам был Джамбулат Исмаилович – весёлый и довольно заносчивый азербайджанец. Ещё был сухонький, беззубый, злобный старикашка Сергей Сергеевич. Он тоже неплохо играл и был единственным, кто соглашался играть со мной на регулярной основе при условии, что за каждый свой проигрыш я давал ему по сигарете. Мы начали играть в июне 2013 г. и играли каждый день вплоть до декабря, когда он освободился и уехал в свою родную Винницу в Западной Украине. Кстати, спустя полтора месяца после его освобождения, в феврале 2014 г., на Украине вспыхнули события, названные Евромайданом. Мы ещё шутили, что это, мол, Сергей Сергеевич организовал, не иначе…

По моим подсчётам, с июня по декабрь мы сыграли не менее тысячи партий. Летом мы играли с утренней проверки до завтрака, потм с завтрака до обеда, потм – тихий час, потм опять играли до ужина, и после ужина до отбоя. Иногда нас прерывал Начальник отряда Николайчук, когда ему требовалась моя помощь. Три раза в неделю я ходил в спортзал. С сентября я начал учиться в училище, но всё остающееся время посвящал шахматам и Сергею Сергеевичу.

Поначалу я с трудом выигрывал у него одну партию из двадцати, под конец выигрывал восемь партий из десяти и сам не заметил, как всерьёз увлёкся этой игрой.

Несколько слов о себе.

Помимо родителей и других важных факторов, мощнейшее влияние на меня оказала музыка.

Некоторые окружающие считают, что я меломан, хотя так и не скажешь. Одной из первых музыкальных групп, прорвавшихся в моё сознание и подсознание, была группа INXS - австралийская команда из шести человек, тяготеющая к new wave, и несмотря на то, что в дальнейшем мой плей-лист значительно утяжелился, мне до сих пор нравятся все их альбомы без исключений, причём и целиком, и по песням; и полностью, и по-раздельности. Такого эффекта сумели добиться ещё только пять исполнителей, и, вероятно, скоро добавится ещё одна группа.

Далее следуют коллективы второго эшелона. Бльшая часть творчества данных музыкантов укладывается в моё мировоззрение. Например, первые два альбома Faith No More в целом слабенькие, и не совсем мне по душе, а далее – нравится всё подряд. Во втором эшелоне находится около дюжины исполнителей или чуть больше.

В третьем эшелоне – несколько дюжин. Необходимым условием попадания в данную категорию является наличие хотя бы одного альбома, который понравился бы мне целиком, но бывают и исключения: например, Kiss. Ни одного альбома этой группы я не стал бы держать в своей коллекции. Однако, внимательно прослушав всю их дискографию, я составил себе надёжный сборник, который оказался настолько большим, что я не могу этого игнорировать, и вынужден зачислить данных хулиганов в третий эшелон.

Учёные одного из западных университетов утверждают, что, используя специальную методику, энцефалограмму любого человека можно переложить на музыку, и эта музыка будет коррелировать с той музыкой, которую одобряет данный индивидуум. Если это действительно так, то верно и обратное: по музыке, которую слушает какой-либо конкретный человек, можно составить приблизительное суждение о его энцефалограмме.

Вот так.

То, что положено, называется «положнякм».

Когда я приехал в лагерь, у меня первым делом изъяли почти всю вольную одежду и выдали то, что положено: костюм для осуждённых мужчин, верхнюю куртку, зимние штаны, две рубашки, двое трусов, две майки, две пары носков, одеяло, матрац, постельные принадлежности и т.д.

Костюм для осуждённых состоит из штанов, в которых можно выходить на построение, и куртки лёгкого покроя, которую все называют ‘лепнем’. В целом костюм сконструирован и сшит так, будто разработчики хотели опровергнуть поговорку о том, что «подлецу – всё к лицу». Костюм чёрный и вполне самодостаточный, но элементы отделки просто нелепы! Две белые полоски пришиты к штанам спереди под обеими коленками. Две полоски пришиты к карманам лепня, ещё одна полоса – на спине вдоль лопаток, и ещё две спереди - по бокам примерно вдоль ключиц. Как ни встаньте, как ни распрямляйте плечи, всё равно будет казаться, что вы сутулитесь. И в любом случае у вас будет идиотский вид. Зимняя верхняя куртка называется ффаном. На фофанах тоже пришиты эти дурацкие полоски. Никакой функции, кроме опознавательной, они не несут.

Блатные и некоторые другие модники терпеть не могут положняковую одежду и надевают её крайне редко, предпочитая вольные вещи или индивидуальный пошив на швейном участке промзоны учреждения.

В колонии вам положена шконка, значит шконка – положняк. Еженедельная баня – тоже положняк. Передачи от родственников (лимиты) бывают положняковыми и дополнительными (поощрительными).

Хорошим и, можно сказать, классическим примером положняка является так называемый гигиенический набор, который каждый осуждённый получает ежемесячно совершенно бесплатно. В набор входят следующие компоненты:

– > 50 г. мыла. Мыло низкого качества, как будто пластмассовое, мылится плохо. Мы кладём это мыло в умывальной комнате и используем для мытья рук после туалета.

– > зубная паста, 30 г., в тюбике. В последние годы нам дают пасту «SilcaMed» производства компании «Дентал-Косметик-Рус». Нормальная обыкновенная паста. Раньше давали «Орбиту» и периодически зубной порошок. До поступления в тюрьму я никогда в жизни не видел зубного порошка.

– > туалетная бумага, 1 рулон (25 метров), производства ФКУ ИК-5 УФСИН России по Владимирской области. Бумага самого низкого качества, которое только можно себе представить; при разворачивании она рассыпается в прах прямо в руках. Для успешного использования по назначению её нужно сложить минимум в 4-5 слоёв.