Чтение онлайн

Андрей где-то оставил галстук: это было заметно по характерно примявшемуся воротничку. Теперь две не застегнутые верхние пуговицы оголяли шею. Которую Маша имела возможность целовать, вдыхать запах кожи… Какого черта ты такой красивый и такой чужой? Сейчас, когда она исподтишка любовалась этим мужчиной, ей не верилось, что их тайные встречи были на самом деле. Может это ее больная фантазия? Сама сочинила сказку и поверила в нее? А бедный Нагорный даже не в курсе, что у него что-то было с ассистенткой.

— Мария Владимировна, у вас есть вопросы к… — профессор открыл зачетку, чтобы узнать имя студентки. — Екатерине Игоревне?

— Н-нет, — запнулась под его серьезным взглядом Маша.

— А у меня есть. Вы читали монографию Терещенко?

— Да, конечно, — быстро ответила староста.

— Хорошо. Назовите три основных методологических приема, веденных Терещенко. И порассуждайте вслух, почему я задал этот вопрос именно вам. Как он связан с вашим билетом? Пожалуйста.

Студентка минуту молчала, собираясь с мыслями. Эта минута полной тишины показалась Мариам пыткой. Андрей, в отличие от нее, не таился и откровенно рассматривал ее профиль. Девушка нервно теребила косу, при этом касаясь запястьями своей груди. Мужчина перевел взгляд на надпись на футболке. «Если вы это читаете, значит, умеете». «О, да, я умею», — подумал профессор, мысленно представляя Мариам без этой черной тряпки с дурацкой надписью.

Как назло грудь девушки то и дело едва заметно подпрыгивала, когда Маша неловко ерзала на стуле… Сама она не обращала на это внимание, а вот у мужчины, сидевшем в полуметре от нее, заметно увеличивался п… пульс, что мешало ему объективно оценивать ответы студентов.

У ассистентки пересохло в горле и от волнения начали дрожать руки. Конечно же, она пропустила мимо ушей ответ на дополнительный вопрос. И когда Нагорный уточнил, согласна ли Мария Владимировна с таким вольным пересказом монографии Терещенко, она была вынуждена кивнуть.

— Хм, тогда я вам советую перечитать труды классиков, — почти шепотом, чтобы не слышали студенты, сказал ей Андрей. — И вот это.

Профессор положил перед ней конверт. Маша сжала его и болезненно поморщилась, будто только что получила пощечину. «Я не виновата, что ты одним своим присутствием заставляешь мой мозг отключаться!». Ей хотелось ответить на его колкое замечание в подобном тоне, но она никогда бы не решилась спорить прилюдно.

— Возьмите зачетку. Кто готов ответить следующим?

Лица менялись и менялись, и Марии начало казаться, что группа внезапно увеличилась в несколько раз. Их же было всего пятнадцать человек! Почему зачет так долго тянется? Андрей Евгеньевич задавал много вопросов, и в какой- то момент Маша заметила, что он гоняет студентов только по семинарским вопросам, а своих лекционных тем не касается. Решил отомстить ей через студентов? Показать, как она плохо вела семинары? Ну, давай, посмотрим, кто из нас больше "накосячил" в первом семестре! Когда перед ними сел следующий отвечающий, Мария Владимировна начала спрашивать его лекционный материал, заметив боковым зрением, как улыбнулся профессор.

— Вы решили отыграться на студентах? — шепотом спросила Маша, не глядя на Андрея.

— Я похож на того, кто так делает? — удивленно приподнял бровь мужчина. — Вы, Мария Владимировна, не лучшего обо мне мнения… К вашему сведению, данная дисциплина внесена в программу государственного экзамена. У нас с вами остался один семестр, чтобы подготовить их. Первый семестр мы уже упустили, занимаясь совершенно другими делами…

При упоминании «других дел» Мариам снова почувствовала, как ее щеки покрываются румянцем. К счастью, студент не заметил смущения ассистентки. Его больше волновал его зачетка.

Таким образом, экзаменаторы запугали триста девятнадцатую группу до такой степени, что проходивший мимо аудитории декан Вавилов даже остановился спросить, что тут происходит.

— Там просто жесть! — ответил Михайленко и показал пальцев на двери.

В этот момент из аудитории практически выбежала ассистент Мария Владимировна Петрова, на ходу перекидывая через плечо сумку. Следом вышел Андрей.

— Иди, догони мою ассистентку и скажи, что она должна присутствовать на сегодняшнем собрании, — быстро проговорил Андрей, выглядывая из-за плеча товарища.

— Ага, бегу, волосы назад, — огрызнулся декан и попытался пройти к своему кабинету.

— Леха, я серьезно.

Немного подумав, Вавилов изменился в лице.

— Да ладно?! Это она что ли?! — чуть ли не заорал он. — Та самая, которая..?

— Она-она. Не ори только. Ты ее заявление об увольнении подписал?

— Да. Но оно пока у меня на столе лежит. Что, совратил девочку?

— Скорее она меня, но это уже неважно. Заявление можешь порвать, она остается. Давай, иди.

Декану удалось догнать Мариам уже на выходе из корпуса.

— Мария Владимировна, остановитесь на минутку. Я забыл вам сказать, что через час, в аудитории номер триста пять, состоится собрание трудового коллектива нашего факультета. Выступит председатель профсоюза, и я пару слов скажу о наших внутренних проблемах.

Только Маша начала открывать рот, чтобы отказаться от этого предложения, Вавилов замотал головой:

— Нет, не спорьте. Явка строго обязательна. Вы пока являетесь сотрудником университета. Ваше заявление я еще не подписал.

— Понял. Принял, — отрапортавалась Маша и понуро поплелась обратно.

"Чудны дела твои, Господи", — усмехнулся Алексей Егорович, глядя девушке вслед. Перекидывая через плечо рюкзак, она выронила их рук телефон и перчатки, и, вздохнув, привычно поползла собирать свои вещи. Она была совершенно обычная, ничем не примечательная. Неловкая, рассеянная, со скатывающимися на кончик носа очками и запутанной, тонкой косой. Девушка остановилась в дверях и посмотрела на Алексея Егоровича. Непонимающе нахмурилась и вышла на крыльцо.

Нет, что-то в ней точно есть. Но что именно Алеша не знал. А вот Андрей это разглядел. Наверное, это и есть любовь. Еще немного постояв на вахте, Леша вернулся в свой кабинет и долго смотрел на телефоне фотографии жены. Сучка ты, Лора! Но такая красивая…

Через час Маша вошла в аудиторию номер триста пять через дверь на галерке. С верхнего яруса было видно практически все помещение, за исключением первых рядом, отделенных деревянной ширмой, и нескольких мест, скрытых колоннами. Девушке не доставило труда отыскать взглядом седой начес бабы Гали, которая чинно восседала рядом с секретарем кафедры, и доцента Смирнову, местонахождение которой всегда было легко определить по ее заразительному смеху. Нагорного не было. Наверное, пришел на зачет, чтобы посмотреть в ее наглые ассистентские глаза, показать, что он все знает, а потом со спокойной душой уехал домой.