Чтение онлайн

Мальчишки склонились над оружием. Нож Матвея выглядел очень солидно — с чуть изогнутой, хитрой формы рукояткой и толстым, с широким лезвием, клинком. Но всё же, было видно, что это больше инструмент, а не боевое оружие.

— С ружьём мы гостей и в самом деле не встречаем, — сказал Серый, изучая оружие. — Если они званые, конечно. Хотя милиция с оружием почти всегда ходит, даже у нас, где никаких врагов с самой гражданской нет. А дома у меня тулка есть, шестнадцатого калибра. И не затем, чтобы стенку украшать. Стрелять я хорошо умею. А вот ты, родной…

— А может, у него дома целый арсенал остался? — примирительно предположил Антон.

Матвей смутился.

— У меня и в самом деле ружья нет. Леса же вокруг нет, охотиться не на кого, а просто так зачем ружьё в доме держать? У нас же вообще никто оружия дома не держит.

— Это почему? — удивился Андрей. — А вдруг война?

— Так от Марграда до границы три тысячи километров. С кем у нас воевать-то? И на это армия вообще-то есть.

— А звери всякие?

— У нас лес на двести километров вырублен, — вздохнул Матвей, убирая оружие. — Какие звери? Вороны одни, да и те вялые. И мыши. Мне что — на мышь с ружьём ходить?

— А вдруг бандит? — не удержался Антон.

— Откуда? — Матвей удивленно уставился на него. — В Марграде вообще никаких бандитов нет. Столица же.

— А вдруг на вас нападет кто? — повторил Андрей.

— А кто? — лицо Матвея стало ещё более удивленным. — Ядерный паритет же. Оружие есть только у военных. Они и воюют, если вдруг что. А бандитов всяких и так далее давно нет. У нас, по крайней мере. В республиках-то бывают.

— А вам не стыдно? — вдруг спросил Сергей.

— Что? — Матвей непонимающе взглянул на него.

— Что за вас другие воюют. А вы на жопе сидите.

— Ну… — Матвей задумался. — Не стыдно. Наши ж в космосе воюют, им пионеры-герои нафиг не нужны. Будь ты хоть три раза доброволец — тебя всё равно назад завернут. Ну, пока сам военным не станешь. А это знаешь как сложно?

— М-да, — Серый помолчал. — Знаешь, чем свободный человек отличается от раба?

— Чем? — с искренним интересом спросил Матвей.

— У рабов нет оружия.

— Я не раб! — Матвей даже привстал, явно собираясь доказать это делом.

— Цыть! — вдруг прикрикнула Файму. — Ещё подеритесь мне тут! Тогда вам тут обоим рабство будет. Будете циновки мне плести отсюда и до заката, — по её хмурому лицу было видно, что она и впрямь готова устроить им что-то такое.

Матвей зло зыркнул на неё — но нарываться всё же не стал и опустился на подушки. Серый ещё пару секунд пристально смотрел на него — но потом тоже отвел взгляд. Верно, устраивать тут бой быков не хотелось и ему.

А всё же, это неправильно, подумал Антон. Когда девчонка всем командует. Только вот объяснять это местным смысла он не видел. В конце концов, они тут ненадолго, можно и потерпеть… хотя это и не в традициях (мягко говоря) пионеров. Но всё кончилось бы в итоге мордобоем — а сводить общение к вот такому Антону всё же не хотелось.

— Гулямы, мамлюки, илоты смотрят на тебя, как на осла, — продолжил, между тем, Матвей, обращаясь к Серому. Тот — неожиданно! — смутился. А, ну да, вспомнил Антон. Даже илотов спартанцы, бывало, вооружали. Так что оружие — это давно не критерий "раб-не раб". У тех же древних римлян полно было вооруженных рабов — не гладиаторов!..

— И вас это… даром работать не заставляют? — не удержался всё же Андрей.

— Нет. Кто будет-то? — Матвей удивленно взглянул на него. — Буржуев-то у нас в стране давно нет же.

— И зеков? — продолжал напирать Андрей.

— Ну, зеки есть, — признал Матвей. — Но работать их никто не заставляет, закон же. Туристы на Запад у нас тоже есть, но ограниченно. Там слишком легко… утонуть.

— В чем? — спросил Антон.

— Во вранье, — ответил Матвей. — Западная роскошь — это враньё же. Даже если просто западные голоса послушать — мозги через уши вытекут. Так оно обычно и бывает же, — дурачки слушают всякую чушь, крыша у них потом течет, выбегают на улицу с дурацким плакатом… и привет психушка. А я их и не слушал, я же пионер, всё-таки…

— И как вы там живете? — спросил Антон. — Раз воевать ни с кем не надо?

— А у себя и живем. Где жизнь нормальная. На Запад, конечно, только по обмену. В смысле, если наши туристы едут к ним, то ихние к нам. Чтобы всяких похищений не было.

— Брр, — Антона передернуло. Ехать таким вот туристом он точно не смог бы. — Других стран не нашли?

— Нет, — Матвей вздохнул. — Народных стран, знаешь, мало. И живут там небогато. Поэтому правило простое: или жди, что кто-то с Запада приедет или езжай дома на юг.

— Если вы там уже в космосе воюете, то что вам мешает вообще буржуев победить? — удивился Антон.

— Ну так в прошлой войне мы их как раз победили, — усмехнулся Матвей. — А на всей планете — ну, освобождение идет, только дело это, знаешь, не быстрое. А что до победы… можно пакостить буржуям не отходя от кассы. Просто нашел… ну, бандитов каких-то, дал денег, и воюют они, пока запала хватает. Или корабли по-тихому топить. Или политиков просто подкупать. Или ещё что.

— А, — такое вот Антон всё же мог понять. Хотя и не принять. Дома такой вот фигней не занимались, — хватало нормальных соседей. А если американцы теряли берега в каком-нибудь Вьетнаме… что ж, пара-тройка сбитых самолетов обычно заставляла их передумать…

— Видел я этих буржуев, — буркнул Андрей. — Сидят как в тюрьме в своём посольстве. Словно бандиты какие-то.

Матвей улыбнулся.

— Правильно. Можно загнать буржуев за забор и заниматься дипломатией в своё удовольствие. Ну, или занимать что-нибудь важное. Или — помощь нашим оказывать.

— А вдруг война начнется?

— А ракеты? И противоракетная оборона? У нас там, дома, в Народном Союзе, знаешь техника какая? Даже подводные поселения есть. Очень удобно. Когда начнется строительство космических колоний, нам почти не придется ничего менять.

— А у вас разве ещё нет? — удивленно спросил Антон.

Матвей вздохнул.

— Ещё не скоро. Пока что строится лишь первая промышленная станция. Потом Луну будем осваивать. Потом Марс. И так — пока всю Солнечную систему не освоим. Народная программа освоения космоса же. Весь проект рассчитан, примерно, на тысячу лет.

— А что потом? — сразу же спросил Сергей.

Матвей пожал плечами.

— Я не знаю. К звездам полетим наверное…

— А смысл так корячиться? — спросил практичный Андрей. — Если результата не увидишь? Тысяча лет — это, знаешь, много. Очень.