Пленница по имени Никто
Шрифт:
– Понятия не имею, - с дрожью в голосе шепнула я и сделала ещё один шаг назад.
– А у меня есть одна догадка...
Проклятье, дальше за спиной начинались колючие кусты ежевики. Один из шипов больно впился в бедро, и я замерла, давая графу возможность наступать. Была надежда, что я опять прожгу дыру куда-то, но пока ничего не менялось. Птицы пели, природа шелестела, Шантарро издевался.
– Не трогай меня, - попыталась я быть грозной.
Попытка не увенчалась успехом, получилось жалобно и слишком тихо. В ответ мне только рассмеялись. Обидно было до слёз, будто меня застали за каким-то постыдным занятием. Шантарро даже отступил на шаг, и я попыталась отскочить от него. Зря. Я забыла про то, что этот человек не умеет играть честно.
Запястье с силой сжали, и граф развернул меня к себе. Можно было его пнуть. Оттолкнуть, плюнуть, в конце концов, в наглую рожу. А я отчего-то замешкалась. Только испуганно сжалась, когда он обнял. Он меня даже не удерживал, так почему я продолжала стоять на месте как идиотка?
– От себя бежала, Майри? Да?
Я продолжала молчать, чувствуя странную слабость в теле. Хотелось плакать, хотелось спрятаться от Шантарро, упасть в траву и разрыдаться. И не хотелось, чтобы он отпускал. Чем больше я думала, тем сильнее запутывалась в собственных желаниях. И чего-то вспомнился Лука и его вопрос :«А ты точно хочешь сбежать от Шантарро?».
– Я тоже пытался сбежать. не вышло, - шепнул маг.
Он говорил как-то странно, и взгляд у него сделался мутным, будто пьяным. В этот раз меня никто ни к чему не принуждал. Не было сил отталкивать его или бить. Меня затягивало в черноту его глаз, и все мысли и сомнения почему-то исчезали. Поцелуй был упоительным, будто глоток холодного вина в жаркий день. Г олова кружилась, и даже колени ослабели.
В какой момент я сама повисла на шее мага, я пропустила, просто так не хотелось, чтобы он отпускал, разжимал руки, лишал своего тепла. Жар в теле мешался со стыдом, злостью и горечью поражения. Он не принуждал, не заламывал руки и не связывал. Мой порыв был настолько искренним и желанным, что я сама испугалась своих эмоций.
Я слышала, как сбивалось его дыхание и сердце грохотало в груди, почти так же громко, как моё. Руки сильнее сжимали талию, и поцелуй становился всё более и более жадным. Я была не настолько наивна, чтобы не понимать того, что происходило с Шантарро.
Следом за пониманием ситуации пришла и горечь осознания того, что я сделала. Кто я ему, а он мне? Из интерьерной куклы я просто превращусь в постельную грелку. Всё. Поцелуй горчил, и эта горечь просачивалась глубже в сердце. Ни к чему самообман. Глупости.
Я с силой упёрлась руками в грудь Шантарро, он на удивление легко отпустил. Мы, наверное, оба сейчас казались пьяными. Дышали тяжело, словно после забега.
– Я вам не игрушка, - шепнула я, отворачиваясь.
– Не игрушка, - со странной интонацией произнёс мужчина и разжал объятия.
За её реакциями было наблюдать приятно. Майри шагала рядом с Роаном и старательно делала вид, что ей нет до него никакого дела. И украдкой разглядывала мага, кусая губы. Хотела казаться злой... только вот теперь притворяться не имело смысла, когда всего час назад она сама прижималась к нему в поцелуе. Таких случайностей не бывает. И от этого становилось приятно и тепло на душе.
– Деревня точно в той стороне?
– устало спросила девушка, вглядываясь вдаль.
Науро опередил хозяина с ответом. Отлепился от тени соснового ствола и яростно кивнул, ткнув пальцем куда-то в сторону зарослей колючих кустарников.
– Точно в той стороне, - подтвердил пантомиму тени Роан, - только с определением расстояния у Науро проблемы. Он движется не всегда через одну реальность.
Майри снова вздохнула и уставилась себе под ноги. Шли они уже второй час. Первый час был потрачен на то, чтобы Майри вдоволь наигралась в попытку прожечь дыру между мирами. Попытка оказалась тщетной. Потом появился Науро и сообщил, что в Гриммо у всех истерика и паника, а особенно у Россо, так как исчезновение двух граждан Гриммо привело в действие все сторожевые маяки. Да, действия Майри были далеки от норм магии и вообще от всего, что было ранее известно про переход между мирами. Даже магам нужны были постоянные бреши в пространстве или, как чернокнижникам, - сокращение пути через тень. Так что ясно, отчего такая реакция маяков.
Осмотревшись и сверившись с информацией Науро, Роан понял, что вывалились они в мир людей. Но в совершенно неизвестной ему местности. Варагосса размещалась на том месте, где в этом мире были пустоши, а сейчас путники брели через лес. И это удивляло. Значит, Майри не только перенесла их в мир людей, но и сместила точку перемещения. Как? Второй вопрос был «куда идти и как вернуться?».
Через тень вернуться бы не получилось при всём желании. Точнее, сам Роан добрёл бы до Гриммо. Устал бы, выдохся, но с горем пополам дополз бы до нужной точки. Всё же срезать путь и отмахать полную дорогу через мир смерти - это не одно и то же. Срезать путь до деревни в одиночку он тоже мог без труда. Но в обоих вариантах препятствием для рывка была Майри. Майри не прошла бы в тени и пяти шагов. Это было ясно ещё с того раза, когда Роан протащил её по краю мрачного мира. Да и тени. от парочки он бы отбился, но не от тысячи же.
Оставалось одно - топать по усыпанной сосновыми иголками земле туда, куда указывал Науро. Он же почтовым голубем метнулся в Гриммо и обратно сообщить их местонахождение и позвать подмогу. Дойти до деревни без лошади и припасов одно, а вот отмахать пешком расстояние до ближайшего портала - дело иное. Тем более если отчёты Науро перевести в нормальный вид, то выходило, что деревня не так и близко. А портал ближайший и того дальше. Вскоре тень сообщила, что «армия спасения» уже грузится в телегу и выдвигается навстречу Роану и Майри. Стало спокойнее.
– Всё хотела спросить, - оживилась Майри, видно было, что её затянувшееся молчание нервирует, - как вы понимаете Науро? Он же не говорит.
Роана молчание, тишина и одиночество никогда не раздражали. И не угнетали. Он настолько привык к ним, что даже не замечал.
– Я его слышу, - всё же ответил маг, - это не голос, скорее понимание самой сути ответа.
– А кто он?
– снова оживилась Майри.
В её глазах опять вспыхнул тот озорной огонёк, который так будоражил Роана. В этой девушке было подлинным всё, даже любопытство и гнев.
– Я не знаю, - честно ответил Роан, - просто это первая тень, которая откликнулась на мой зов. Скорее всего, какой-то сирота-подросток, которому не хватало друга при жизни, как и мне. Науро стал первым и на долгие годы единственным моим другом. Потом уже появился Лио.
Майри внимательно слушала, изучая взглядом то, как тень мечется от ствола к стволу, указывая путь.
– А с чего вы решили, что он сирота?
– удивилась девушка.
– Почувствовал, - честно произнёс маг.
Майри замолчала и опустила взгляд. Роан с досадой понял, что девушку успели проинформировать про его прошлое. Что же, рано или поздно, а Майри узнала бы о том, что Роан хоть и граф, но давний изгой в Гриммо.
Они пошли дальше, пока из-за густых зарослей не стал доноситься шум воды. Это была река, а ещё за лесом начинались горы. Каменные громады упирались в небо, сверкая снежными шапками далеко под облаками. А Науро появился на противоположной стороне реки, вынырнув из-за камня.
Река с грохотом неслась с гор, сверкая на солнце камешками, лежавшими на дне. Искрящаяся, чистая и опасная, не глубокая, но коварная. На другой берег предстояло перебраться по выступавшим над водой камням, и задача казалась не такой уж и сложной, пока Роан не ступил на один из камней.