Чтение онлайн

Я слышала о женщинах, которые обезображивали себя, лишь бы избежать навязчивого внимания и защитить свою честь. Я даже достала кинжал, который носила на поясе по настоянию Абхи. Встала перед зеркалом, поднесла оружие к лицу. Представила, как нежная кожа покрывается сеткой шрамов, как глаза теряют блеск, как из красивой девушки я превращаюсь в чудовище, и опустила руку. Упала на колени, закрыла лицо ладонями. Плакала, жалела себя и с каждой слезой чувствовала, как боль потихоньку отступает.

К вечерней трапезе я не вышла. Сказалась больной. До боли в глазах вглядывалась в линию горизонта, ждала, пока появятся войска Фахди. Эти люди должны были стать спасением для всего Рудрабада и погибелью для меня. Но разве я могла поставить свою жизнь выше жизней тысяч людей, что населяли город? Мужчины и женщины, старики и дети – разве они заслужили смерти? Если все получится так, как того желает отец, они выживут, а я… Я тоже буду жить, как-нибудь, пока однажды моя душа не покинет это тело и не устремился в небеса, обретя свободу.

***

Не только я не спала. Во дворце до поздней ночи царило странное оживление. Слуги суетились до темна, выполняя многочисленные поручения Масуны. С кухни даже сюда долетели ароматы самых изысканных блюд. Мы будто готовились к встрече гостей, но последние не спешили одарить нас вниманием.

Отец уже праздновал победу, а горизонт был чист. Я не видела ни клубов пыли, которую поднимали всадники, не слышала звуков битвы. Лишь желто-красные шатры, освещенные пламенем костров, все так же несли свою стражу под стенами Рудрабад-калеа.

Вечером за мной пришла Валия. Разбудила, подняла с постели. Вместе мы отправились в зал для рукоделия. Все женщины гарема уже были здесь. Перед каждой стояла лампа с маслом и благовониями.

– Помолимся о спасении нашего города, – произнесла Масуна, открыла книгу и начала нараспев читать древние слова.

Мы повторяли отдельные фразы вслед за ней. От запаха сандала и мирры кружилась голова. Чувство голода мешало сосредоточиться, но ни одна из нас не проявила слабость. Мы молились до утра, позволяя себе лишь глоток воды, если чувствовали, что пересохло в горле.

Когда первые солнечные лучи вызолотили барханы Декхны, стало ясно, что чуда не случится. Масуна отпустила нас. В молчании мы покинули зал и разбрелись по комнатам. Все, кроме меня. Я вновь поднялась на террасу, надеясь застать там отца, узнать из первых уст том, что произошло и чего ждать. Кого он видел на горизонте, если союзники так и не явились?

Наместника там не оказалось.

Я спустилась в галерею, затаилась в одной из ниш, коих здесь было немало. В диван отец приходил только этим путем. Мы не должны были разминуться.

Рахим появился мгновение спустя в сопровождении Гази и еще нескольких советников. Я произнесла заклинание отвода глаз, пропустила мужчин вперед и пошла следом. Никогда прежде я не видела отца таким сердитым.

– Сын змеи и скорпиона! – воскликнул он. – Как Фахди посмел нарушить данное слово? Почему отступил?

– Наши лазутчики донесли, – поклонившись, произнес один из спутников отца, – что Повелитель песка…

– Кто? – взревел Рахим.

– Презренный пес, – исправился говоривший, отступив на шаг назад, – сам встретил их и вынудил повернуть обратно.

– Как? Я не видел, чтобы он собирал воинов.

– С ним был отряд в десять человек.

Не будь Повелитель песка нашим врагом, я бы восхитилась его смелостью. Отца даже в городе сопровождало больше воинов, хотя он выходил к подданным, а не на битву.

– О, лучезарный…

– Говори, – перебил наместник жреца Тахира, – что поведали тебе духи?

Сухой, сморщенный, как урюк, старик поклонился в пояс, ответил:

– Духам нужны подношения.

– Опять? Инжира и фиников оказалось недостаточно?

– Великий, ты просишь многое, значит, и отдать должен не меньше.

Мужчины подошли к дивану. Я снова спряталась в нише, выждала время и вернулась в свою комнату. Я услышала достаточно, чтобы понять: никто не придет нам на помощь. Жених, кем бы он ни был, не явится за мной. Мне бы радоваться, но на душе было тоскливо: нам никто не поможет, и угроза голода никуда не делась.

Стоило только подумать о еде, как рот наполнился слюной. Я ничего не ела со вчерашнего утра. Трапезу пропустила. Можно было, конечно, послать Валию, но я решила спуститься на кухню. Слуги нет-нет, да и выходили в город. Может быть, от них мне удастся узнать что-то новое.

Лишнее внимание мне было ни к чему, но и таиться я не собиралась. Прежде чем достигла нужной мне двери, почувствовала запах жареной баранины, хлеба, пряностей. Неужели, несмотря на события последних недель, кто-то устроил праздник?

Я прошмыгнула на кухню, взяла лепешку с сыром, чашку чая и поспешила на второй этаж. С галереи открывался хороший обзор. С террасы лучше, но туда дольше пониматься, а я и так сгорала от нетерпения. Выглянула из-за колонны и едва не закричала. На площади перед дворцом резали и жгли жертвенных баранов, бросали в костер пригоршни зерна и фруктов – все, чтобы задобрить бесплотных духов, которые, кажется, отвернулись от нас.

Я допила остывший чай, доела лепешку, не чувствуя вкуса. Решила вернуться, дождаться отца у дверей дивана и потребовать от него объяснений. Он должен понимать, что мы не можем позволить себе подобное расточительство, ведь пополнить запасы в ближайшее время нам вряд ли удастся.

Тахир меж тем поднял руки и обратил взор к небесам. Медленно обошел жертвенный костер по кругу. Я не слышала слов, но понимала, что он взывал к духам. Младшие жрецы вторили ему, не забывая подбрасывать в костер подношения. Мешок с зерном уже опустел, но что-то еще оставалось.

Торговцы закрывали лавки, ремесленники оставляли мастерские и спешили на площадь. Подхватывали слова молитвы. Вскоре гул голосов перекрыл другие звуки. Люди верили, что будут услышаны, и просили высшие силы о милости.

Мне же казалось, что духи давно оставили нас. Наши беды и чаяния не волновали их. Будь все иначе, разве враг окружил бы наш город? Разве нависла над нами угроза голода? Конечно, нет, если только не поверить в то, что Повелитель песка и правда заключил с ними союз. Если так, то…