Пленница тирана
Шрифт:
— Вот, видите, — говорил он, водя пальцем по диску с роглуарскими землями. — Это Стержень Пирамиды, вот их священная долина с храмовым комплексом. Она, конечно, чуть меньше нашей, но это оттого, что охранительный лес вокруг неё слегка поредел. А вот это, — палец картографа сдвинулся вправо, — место, где только что обнаружился новый всплеск маны. Отсюда до Каовельи добрая тысяча вёрст. Но ситуация, конечно, швах и если не принять меры, они могут и до долины добраться.
— Ещё бы понять, что они там вообще творят? — задумчиво проговорил Огайра.
— Да, понять-то их не трудно, мэй, — подал, наконец, голос, мнущийся в стороне советник. — Воюют они не на жизнь, а на смерть. Уже три клана вырезаны под корень, ещё два на грани исчезновения. И думается мне, не остановятся они, потому как народу у них много, а плодородных земель после войны с демоническим кругом мало.
— Ближе к теме, Пейт, — прервал советника Огайра.
— Кто-то из воинов заручился поддержкой мага, падшего, как вы понимает, но, судя по имеющейся картине, очень и очень сильного.
— Удастся ли его вычислить? — спросил Огайра.
— Возможно, у этэри это и получится. В Роглуаре ведь своих магов нет, — только ведьмы, да колдуны. А это работа того, в чьих жилах течёт не кровь, а сама мана, — предположил Пейт, тыча пальцем вниз.
— Думаешь, этэри ведут счёт всем падшим магам?
— Думаю, да.
— Хорошо, — тяжело вздохнув, проговорил Огайра. — Готовьте виману, полетишь в Валамар, предстанешь перед этэри и доложишь им о случившемся лично. Пусть они решают, как быть дальше.
Уже через час Пейт отбыл в священную долину Тедьюри с докладом, а Огайра вернулся на мостик, сел в кресло капитана и продолжил наблюдения за нижним кругом, где шла суровая война.
Маг провел на своем посту всю ночь. Он не сводил глаз с мерцающей маны, которая по-прежнему напитывала силой богов чахлые роглуарские земли, но, к счастью, не приближалась к долине Каовелья. Пару раз к нему заходил капитан их ковчега, приносил бодрящей настойки, справлялся о положении дел, а потом вновь удалялся, оставляя Огайру наедине с удручающими мыслями. На утро следующего дня вернулся Пейт, да не один, а со сменным магом.
— Сама ат-этэри Ерика требует вас на совет, — доложил он Огайре. — Вот, даже смену вам подготовила.
Пейт представил нового смотрителя за магическими нарушениями, — довольно молодого паренька, которому, наверное, как и Огайре когда-то, работа на огромном ковчеге, рассекающим просторы звездного Океана, казалась романтичной.
— Что, экзотики захотелось? — поинтересовался Огайра у юнца.
— Всегда мечтал увидеть вблизи звёзды и сверкающие тропы, ведущие к божественным чертогам! — с восторгом выпалил он, заглядывая за плечо Огайры, где в смотровом окне виднелись небесные всполохи.
— Да, звёзды и враждующие роглуарцы — зрелище увлекательное, — с иронией бросил маг. — Но местная кухня тебя разочарует, к тому же парить в Бескрайнем Океане месяц за месяцем довольно тоскливо.
Огайра порылся в своём столе, нашёл свёртки с инструктажем и, смерив мальца сочувствующим взглядом, протянул их ему.
— Изучай пока, я скоро вернусь, — кисло уронил он и пошёл прощаться с экипажем, который ему уже порядком надоел.
Виману ему подготовили быстро, он даже не успел ввести в курс дел своего приемника. По словам Пейта, Ерика просила не мешкать, поэтому Огайра оставил ковчег, улетев в родной Валамар, так и не проинструктировав новичка.
Он так ждал повода поскорее убраться из темной, практически необитаемой прослойки миров, а теперь, когда представилась такая возможность, был в смятении. Маг не знал, как преподнести свой отчёт: выказывать ли предположения насчёт того, кто мог оставить столь яркую метку, или же позволить этэри самим обо всем догадаться?
Конечно, эти терзания были бессмысленны и Огайра понимал, что скрыть проделки друга вряд ли удастся, даже если он утаит от служителей храмового комплекса свои домыслы.
Что Вольгер Грут учинил в Роглуаре, не могли знать наверняка даже Боги, но энергетический всплеск такой силы не сулил ничего хорошего, а это означает, что этэри будут вынуждены вмешаться в дела нижнимирян. И, скорее всего, попросят помощи у него. Вот только Огайра меньше всего хотел встревать в дела наставника, какими бы скверными они не были.
Валамар. 4 круг Пирамиды Сата.
Храмовый комплекс Доли-Яо, надежно укрытый в долине Тедьюри, был одним из величайших мест Валамара и Огайра почитал за счастье бывать в этом священном краю. Вот только сегодня он шёл на встречу к Ерике с тяжёлым сердцем, потому как не знал, чего ему ожидать от предстоящего свидания.
Когда он прибыл в главный храм комплекса — Гелиодор, оказалось, что совет уже созван, и заседание давно идет. Но Ерика всё же встретила его лично. Огайра заметил её высокую, стройную фигуру с замысловатой причёской, походящей на остроконечную башню. Она вышла к центральным вратам и нетерпеливо ходила взад и вперед, ожидая появления мага.
— Ну, наконец-то! — воскликнула она, когда Огайра поднялся по ступеням храма. — Долго же ты.
— Я не могу лететь быстрее, чем вимана, — напомнил ей маг. — Зачем вам понадобилось моё личное присутствие, Пейт обрисовал ситуацию недостаточно красочно?
— Хотела в глаза твои посмотреть, — проговорила ат-этэри, внимательно глядя на Огайру.
— И-и-и? — недоумённо протянул маг, пытаясь прочесть в тёмно-фиолетовых глазах женщины её потаённые мысли.
— Ты ведь считал витал магического облака, который накрыл собою десятую часть самых сочных земель Роглуара?
— Да, — признался Огайра, насторожившись.
— И ты знаешь, кому он принадлежит?
— Догадываюсь, — нехотя процедил маг.
— Я понимаю, это довольно трудная для тебя дилемма… Ты не хочешь оговаривать своего наставника. Но я не поверю, что ты не узнал его витал, когда пытался определить источник маны, разливающейся по нижнему кругу.
— Это почему?
— Да потому, Огайра, что Грут единственный кей в человеческих кругах, и его витал просто невозможно спутать с виталом обычного мага. Особенно тебе, ведь ты всё ещё привязан к нему, даже после того, как он оставил Валамар, обосновавшись в нижнем круге.
— Скажите честно, зачем вы меня позвали? Я должен выступить на совете и подтвердить участие Грута в роглуарских междоусобицах?
— Нет, Огайра, я хочу, чтобы ты помог нам понять, зачем он это делает. Ведь не просто же так сам Вольгер Грут рискует нарушить божественный кон, помогая каким-то там роглуарцам.