Чтение онлайн

– У меня уже возникает острое желание повесить их юристов, которые готовы спорить о каждой запятой.

– Стасик, успокойся, главное, что мы в целом договорились. Утрясем частности, и сможешь смело покупать себе квартиру. Я даже сам могу распорядиться, чтобы тебе ее купили.

Я видела, как Стаса покоробило от обращения "Стасик". Примерно так же, как меня коробило от вечных "Леночка", "девочка моя" или "красавица".

– Леночка ведь тебе помогает?

Я старательно сохраняла невозмутимость.

– Да. Очень.

– Значит, все у вас будет в порядке. Я на неделю уеду, надо съездить к нашим давнишним партнерам. Вот только пока не знаю - взять Леночку с собой, или оставить здесь.

Перспектива остаться с отчимом наедине меня не прельщала совершенно.

– Артем Викторович, я же в языках - полный ноль. А тут действительно война из-за каждой запятой. Тут надо так язык знать, что я и за пять лет не научусь.

Отчим посмотрел на меня, потом перевел взгляд на Стаса, и, наконец, сказал:

– Ладно. Девочка моя, тебе придется остаться здесь.

– Я не девочка, и не ваша, Артем Викторович.

– Лена, давай не будем сейчас...

– Если надо остаться, чтобы помочь с текстом, я, разумеется, останусь.

– Хорошо. Держите меня в курсе, как у вас все идет.

Когда он вышел за дверь, я подошла к Стасу и положила руку ему на плечо.

– Не кипятись. Он прекрасно знает, как тебя передергивает от этого обращения. И специально так делает.

– Как ты его выдерживала все это время...

– Просто я жила отдельно, и никогда к нему не обращалась. Мне легче, чем тебе - мне с ним работать не приходится.

– Это точно. Куплю квартиру, еще немного на него поработаю, и уйду к чертовой матери.

Я улыбнулась.

– А ты где живешь? С родителями?

– Нет. Снимаю комнату. С родителями я редко вижусь.

– Семейные проблемы?

Он помялся.

– Не совсем. Отец считает, что я должен сам найти место в жизни. Считать так он начал с тех пор, как мне исполнилось восемнадцать, и за полгода до этого он мне объявил о том, чтобы со дня рождения я жил своей жизнью. В общем - после дня рождения я собрал вещи и отчалил из дома.

Я покачала головой.

– Суровый у тебя отец.

– Да нет, он меня очень любит. И мать тоже. Просто мать серьезно болеет, и отец не мог ей лечение обеспечивать, да еще и меня содержать. Это скорее я слишком радикально к вопросу подошел. Из дома он меня не собирался выгонять, просто хотел, чтобы я начал зарабатывать себе на жизнь.

– Понятно. Кстати, ты заметил, что мы предоставлены сами себе?

– Заметил, но пока еще не до конца осознал. А что, у тебя есть какие-то планы?

– Не то чтобы планы... Просто теперь можно в более спокойном темпе работать.

– И то верно.

Мне безумно хотелось прижаться к нему, но я не знала, как он на это отреагирует.

Всю неделю, прошедшую с нашей прогулки, мы старательно избегали говорить о том, что я ему тогда рассказала, и о моих слезах. Всю неделю я старалась не думать о том, что он тогда стал для меня той поддержкой, которая мне была так нужна.

Всю неделю я старалась не думать о нем.

Выходило паршиво. Чем-то это было сравнимо с тем, чтобы "не думать о синей обезьяне", и чем больше я гнала от себя мысли о нем, тем больше их было.

– И у тебя будет время что-нибудь написать, - сказал Стас.

Я мысленно отвесила себе подзатыльник. Да уж, Лена, теперь перед тобой стоит крайне серьезный выбор - либо продолжать писать, либо потратить это время на него...

Господи...

Я ошарашено уставилась в зеркало. Хорошо, что он сейчас на меня не смотрит.

Нет, я что, всерьез решила завести роман? Похоже, что да. Интересно, а он согласится? Как бы это выяснить...

Ильта романов не заводила, да и если бы завела, то она с ее опытом мне точно не помощница. Подруг, которые бы помогли советом, у меня тоже нет... Наверное, Оксанка могла бы что-то подсказать, вот только наша с ней последняя встреча была не слишком...

Проклятье, да что я вообще понимаю в отношениях... Вот дуреха, столько времени занималась своей писаниной, а в реальной жизни совсем ничего не смыслю. Наверное, надо было хотя бы парочку парней в свое время завести, чтобы опыта набраться... Даже одного бы хватило...

– Лен...

– Да?

Спокойствие, только спокойствие, как говорил Великий Карлсон.

– Я уже давно хотел спросить...

– О чем?

– А у тебя есть кто-нибудь?

Привет, пятки, сказало сердце... Я все-таки ему нравлюсь. Господи, что делать-то...

– Нет. А что?

– Просто ты мне очень нравишься...

Господи, только не покраснеть... Это же будет черт знает что... Что он обо мне подумает...

– Ты мне тоже, - прошептала я.

– Что?

Так. Собраться. Держать себя в руках.

– Ты мне тоже нравишься.

Он улыбается. Проклятье, ну зачем он улыбается... эти его губы... и глаза... За что же мне такое...

– Честно?

– Да.

Он меня обнял.

Лена, ты попалась... Надо освободиться... или не надо? Как же рядом с ним хорошо... Так уютно и спокойно... Всю жизнь бы так и стояла...

– Знаешь, мне с тобой так спокойно...

– И мне...

Кто из нас это сказал, а кто ответил? Какая разница. Главное, что теперь можно прижаться к нему так, как я хотела.

Стук в дверь. Кого там принесло...

– Стасик, будь любезен, открой... Мне нужно с тобой кое-что прояснить...

Иногда я готова убить своего отчима.

– Лен, я...

Пришлось отпустить.

Стас открыл дверь, и впустил отчима.

– Стасик, скажи мне вот что...

Я подошла к своему ноуту, и принялась делать вид, что работаю, однако мысли мои были вовсе не о работе.

Так нельзя... Это безумие... Какого черта отчим приперся... И почему Стас его до сих пор не выпер? Ах да... он же на него работает...

Дверь за отчимом закрылась.

– Лен...

– Стас...

Смотрим друг на друга.

– Может...

– Может...

– Ты первая.

– Ладно... Может, нам не торопиться?

– Я хотел сказать то же самое. По крайней мере, до возвращения домой.