Чтение онлайн

Но мужчина как-то странно взглянул на Аринар, потом его глаза блеснули удивлением, и он исчез.

— Древний мешок с костями, — прошипела Аринар, поморщившись от воспоминания недавнего приступа вожделения. — С твоей помощью я отомщу всем, кто встал у меня на пути. И бывшим, и нынешним. И этой белобрысой занозе, если выживет.

— Кто ты? — низкий, вибрирующий голос вырвал меня из плена умиротворяющих волн.

— Что?

От неожиданности распахнула глаза. Перед глазами появился силуэт стройного, широкоплечего мужчины. Свет бил ему в спину, снижая мою способность нормально лицезреть говорящего. Чёрные, смолянистые волосы спадали на плечи тугими завитками или мне это казалось. Я присмотрелась. Лежать на качающей тебя волне и рассматривать мужчину было не комильфо ни в каком виде. Я встала.

Вода рябила и немного волновалась, но это совершенно не мешало стоять на её поверхности. Возможно, это и не была вода, а какая-то странная пружинящая субстанция. Не суть. Сделала шаг вперёд и отклонилась от назойливого светила. Теперь смогла рассмотреть лицо говорившего.

Смуглая кожа оттеняла резкие, чуть заостренные черты лица мужчины. Осторожная заинтересованность во взгляде с примесью силы. Да, как-то не по себе находить таких вот индивидуумов у себя под боком нежданно-негаданно. Красив, как дьявол. Спокойный, как гранит на могилке. И кто такой, интересно?

Голова закружилась, я покачнулась. Мужчина среагировал мгновенно, поддержав под руки, полностью реальный, а не виртуальная проекция чего-то там, но точно не моего сознания, пусть и неадекватного в данном случае. Почему неадекватного? А где вы видели, чтобы на волнах кто-то стоял, а не тонул в них, за исключением пары персонажей? Вот и я об этом. Мужчину, видимо, этот вопрос не волновал совершенно. Он задумчиво рассматривал меня с ног до головы. Его интересовали мои глаза, волосы и… запах.

— Ты очень похожа на мою далекую знакомую. Очень похожа.

В свою очередь и я с мужчины глаз не спускала. Удивительно, но его черты также кого-то мне напоминали. Смутно, но всё же. Неожиданно для меня самой пришёл на память образ. Отец! Я вздрогнула. Привидится же такое!

— И кого же? — спросила резко осипшим голосом.

Но мужчина молчал. Его дыхание стало тяжелым, в глазах появилась боль. Он притянул меня ближе, очень близко, непростительно близко для незнакомца, заставив утонуть в его черных, как ночь, глазах. Тугой вьющийся локон сполз с плеча, вырвав меня из завораживающего омута очей, и повис упругой спиралью. Теперь я смотрела на него, на самый его кончик локона. Он мерно покачивался, передавая всё смятение духа мужчины.

Что-то очень важное промелькнуло в моём сознании. Но зацепиться и выудить это нечто на поверхность, не удавалось. Время вдруг потеряло рамки. Я почувствовала себя вне его, словно существовала в данный момент сразу во многих местах, расплываясь множественными образами в танцующем вихре. Мужчина коснулся моего лица. Я охнула, пронизанная разрядом тока. Тело выгнулось. Перед глазами замелькали картинки, одна за другой. Калейдоскоп изображений прокручивался со скоростью света, чтобы под конец этого испытания я смогла выдохнуть:

— Драгон?!

Мужчина замер. Я смотрела на него широко распахнутыми глазами и не знала, что ощущаю. Вернее, ощущений было так много, что я не могла их классифицировать. Одно знала точно: ни страха, ни отторжения не было.

Сама не знаю, зачем потянулась в ответ. Дотронулась в ответ лица мужчины. Его глаза полыхнули огнем, мгновенно отобразив эмоции.

— Я даже не надеялся тебя повстречать, дитя, — его голос осип. — Я чувствую в тебе свою кровь. Но ты так юна, что я… теряюсь. Ты — моя дочь?

— Нет, — поспешила ответить. В кругу рук этого мужчины было уютно и безопасно. Назвать его дедушкой язык не поворачивался. — У Вас родился сын, мой отец.

Брови мужчины взлетели вверх:

— У меня был сын?

— У Вас есть сын. Мой папа жив до сих пор. Есть еще брат. Младший. Но, кажется, он больше человек, как мама.

— Человек… — эхом отозвался Драгон.

Запоздало перед глазами промелькнула картинка обгорелого мужчины с обломками костей вместо крыльев за спиной. Я вздрогнула от ужаса, таким реалистичным показалось изображение. Меня прошило фантомной болью. Я застонала и вцепилась в вполне живую, крепкую плоть. «Дедушка» насторожился:

— Что с тобой?

— Извините, сейчас пройдет, — яркая голограмма расползлась подобно акварельным пятнам на влажной бумаге.

Мужчина приподнял меня над собой, как пушинку, и всмотрелся:

— Ты видящая?

— Д-да, — не стала отрицать. — Вам, наверное, было невыносимо больно. — Прошептала я. Он догадался, какие картинки я сейчас видела.

— Ради этой встречи, я прошёл бы всё заново. Как зовут тебя, дитя?

— Зира.

На лице Драгона отразилось беспредельное удивление:

— Идущая к звездам…

Какое-то время мы еще общались. Мужчина жадно слушал о моей жизни, о судьбе Офелии, о моём отце, о том, как я попала на обучение и, собственно, в этот мир тяжелых волн.

— А как Вы на меня наткнулись?

— Не наткнулся, — тепло улыбнулся «дедушка». — Я почувствовал нечто близкое, родное. Правда, не мог понять, что именно. Теперь понимаю. В тебе откликнулась киноварь на мою, хоть и призрачную, кровь.

— Вы довольно-таки реально ощущаетесь, — я смущенно покраснела. Драгон нахмурился. — Что-то случилось? — Осторожно поинтересовалась.

— Да, уже давно. Одна гадкая особа оказалась рядом, когда я испустил дух. Она украла его, моё последнее дыхание. Теперь я пленник, пока не исполню её желаний.

— И что? Ничего нельзя сделать?

— Нет. Но два желания она уже успела загадать. Одно я исполнил, одно исполню, как время придет. Так что только одно в запасе у неё и осталось.

— Что ж, не всё так плохо. Главное, чтобы потом Вы стали свободным.

— Буду. И смогу уйти в Мир Спящих. Может, — он помолчал, — встречу там… может простит меня, наконец.

— Она давно уже Вас простила. Я знаю это так же точно, как вижу Вас сейчас, — постаралась уверить мужчину, понимая о ком говорит мой собеседник. Но он всё равно продолжал смотреть недоверчиво. — Мы общаемся с Офелией. Довольно часто. Она, так сказать, шефство надо мной несёт. — Улыбнулась я. — Чтобы чего не случилось.

— Это… правда? Но почему она здесь?

— Правда. На второй вопрос мы ответа не знаем. Знаете, она сама жалеет, что не выслушала Вас тогда. Очень жалеет.

Меня вдруг сгребли в охапку и так крепко сжали, что мой смертный час помахал ладошкой за плечом мужчины.