Чтение онлайн

— Да, — процедила через зубы, уже прикидывая, каким синяком обзавелась на полживота. — Сейчас передохну только.

— Приношу свои извинения, — Эрмис приблизился неспешно и произнёс всё так, словно я по его вине раут на танцах пропустила, а не изображала на беговой дорожке раскоряку пару минут назад. Его деланному раскаянию не поверил никто.

Рядом послышался скрип зубов, но Тиноб сдержался, лишь ближе прижал себя ко мне. Именно так. Думаю, осторожничал просто, мало ли куда меня саданули. Магистр телопридвижение не оценил. Он так зло взглянул на парня, прямо в глаза, что будь я в другом состоянии, обзавелась бы проблемами с некоторыми системами человеческого тела. Но Тиноб взгляд выдержал и даже положение руки не изменил. Гарэд Совел, не сводя с моего спутника глаз, сообщил мне:

— В пять утра жду на дополнительной тренировке. Теперь — свободна. Эрентор отведи её в лекарское крыло, пусть магистр Эскул осмотрит на всякий случай. А теперь вы, голубки мои… — боевик обратился к оставшимся на поле парням, отметив очевидное — все они молча смотрели на наши с Тинобом однонаправленные «обжимания». И взгляды были весьма красноречивые. Сейчас все молчали и поедали нас взглядами, крайне внимательными с разными «оттенками серости».

— Он сделал это специально, — прорычал Тиноб, едва мы вышли за ворота стадиона.

— Руку убери, — попросила я, уже полностью придя в себя.

Парень спустил хват ниже, но не отцепился. Собственно, такое положение мужской руки мне не мешало, но придавало уверенности при ходьбе, и я больше не настаивала.

— Но Санжар сказал, что…

— Санжар с ним в связке, — перебил меня Тиноб. — А своим «неудачным» наступлением просто подал знак Эрмису. Всё, как по нотам, разыграно. Эрмис не оборачивался, а значит для всех, не видел тебя. Следовательно, не виноват.

Тиноб поддержал меня, предотвращая мою попытку оступиться и не позволяя идти быстро. Я была благодарна ему за поддержку, а еще больше, вот за такое участие в моей ситуации. Это так трогательно, когда за тебя переживают. Незаметно скосилась на парня.

— Убью, — глухо произнёс Тиноб.

А? Первый шок развеялся. Поняла, что это не мне адресовалось. Всё-таки Тиноб обо мне заботился и это было, как никогда, важно для меня.

— Все ведь обошлось, — примирительно пожала пальца парня. — Не обращай внимания. Много чести. Ну, похожу с синяками немного.

— Ты просто не понимаешь! — внезапно вспылил парень. — Он же тебя убить хотел!

Я все-таки оступилась и сбилась с шага и дыхания.

— Что?

— Удар ведь пришелся в печень, я прав?

— Д-да.

— Это один из немногих ударов, способных убить даже крупного, сильного самца. И он отсроченного действия. Но раз удар пришёлся по касательной, есть шанс, что всё обойдётся.

— Убивает? — неуверенно переспросила.

— Да.

— Это такая особая стратегия избавляться от разных проблем?

— И сопутствующим им личностям.

— Я всё же думаю, что это случайность, — я действительно хотела в это верить.

— Не будь дурой, Зира, — парень перехватил обе мои руки и развернул к себе. — Эрмис не из тех, кто забывает обиды. А ты оказалась его ахиллесовой пятой. Из-за тебя он лишился своего статуса, почёта, тёплого места и всеобщего обожания. Ты его, по сути, мордой в грязи втоптала, а сама сухой из воды вышла. Я на досуге разузнал о нем, фрукт еще тот: либо под себя подминает, либо житья совсем не даёт. — Тиноб всё сильнее сжимал мои руки.

— Мне больно, — попыталась отцепить мужские пальцы.

— Извини, — парень словно очнулся и сразу отстранился.

— Если это так опасно, почему декан ко мне лекаря прямо на стадион не вызвал? Или сам не сопроводил к нему?

— Удар не достиг цели. Как я и сказал, видно, прошёл по касательной. Или соскользнул в последний момент. Думаю, что сейчас кое-кому приходится очень сильно доказывать свою невиновность мэтру Совелу. Он сразу просёк, что тебя пронесло, вот и разрешил мне тебя сопроводить. А вот пронесёт ли кого-то другого? Это ещё вопрос.

— Откуда тебе это известно?

— Что?

— Ну, об ударе. Что по касательной, — с трудом сглотнула.

— Ты жива. Магистр сам этому удару обучает. Так что лапшу надеть ему на уши не получится никому.

— А-а.

Дальше мы шли молча. Подумать было о чём.

Магистр Эскул, слушая наше повествование о моём очередном «приключении», сначала посерел, потом позеленел от злости. А затем выругался, искренно и заковыристо, едва осмотрел моё пострадавшее левое подреберье. Он пропальпировал весь живот, и вроде было все, как полагается, но хмурость с его лица никуда не исчезла.

— Я пришлю тебе микстуры, — сообщил, зло сверля меня взглядом, словно это я себя так «угораздила». — И никаких тренировок в ближайшее время. — Прошипел он. — Твой организм еще после отравления не восстановился.

— Но, декан Совел…

— Никаких «но», иначе я тебя попросту запру здесь на всё время спячки. И да, порядочные змеи спят. Чего тебе то не спиться?

Покаянно опустила голову: а что я мэтру скажу? Только всё равно завтра с утра придется топать на встречу с магистром Совелом. Своё распоряжение он ещё не отменял. Нужно будет сообщить ему запрет лекаря.

Тем временем магистр Эскул выпроводил за дверь моего сопровождающего, а меня чем-то напоил, смазал и велел два часа лежать, не вставая. Пока я лежала, он методично промассировал мне все конечности, прохлопал, простукал и понажимал отдельные участки в разных местах моего тела. Ощутимо так понажимал, вызывав легкие электрические прострелы через всё тело и болезненные гримасы на лице. Лекарь на мои кривляния посмотрел так, словно говорил: «А чего ты хотела? Вляпалась — терпи!» И я терпела. За всё время наших взаимодействий магистр Эскул меня ни разу не подводил. Так что, не смотря на все неприятные ощущения, я терпела и полностью доверяла мэтру.

Отдельное внимание магистр уделил время моей голове. Его манипуляциям подверглась вся черепная коробка, уши, лицо. Нетронутыми остались только глаза. И это вызывало некоторые опасения, так как во взгляде напротив я увидела признакам некоторого ехидного обещания. Но пронесло. А может просто у страха глаза велики и невысказанные обещания в глазах лекаря мне только померещились. Однако, под конец всей процедуры я попросту находилась в нирване, а моё тело словно заново родилось. Но весь момент блаженства испортил магистр.