Чтение онлайн

Тычок между лопаток — папенька постарался привести доченьку в чувство — и голубоватые от напряжения пальцы выпустили ткань белого кителя. Ольга тихонько выдохнула. Ей ли не знать, какими вздорными бывают девочки-подростки, особенно балованные. Она и себя помнит в этой поре, и дочку Анечку. А Раим, подражая королю, взял Олину вторую руку и поднес к губам попеременно оба кулачка — жест для Нрекдола невиданный, но такой обычный для этих двоих.

— Готовы ли вы принять меня супругом, госпожа? — тихо спросил он. Но вокруг были маги, поэтому и вопрос, и тихое ответное «да» слышали все, кому было интересно.

А потом началось пустопорожнее брожение по залу. Ольга под руку с Раимом, Серафима с Эриком, а Эльзис благородно мучился с Ууной. Эрик тихонько отпускал довольно едкие комментарии о встреченных подданных. Серафима смеялась открыто и свободно, отчего величество номер два просто балдел, а оные подданные негодовали и завидовали. Ха! Да половина присутствующих мужчин не отказалась бы от компании такой экзотической женщины. А с дамами совсем просто: эта землянка раздражала! Она вела себя вроде бы нормально: осанку держала, на спутнике не висла, говорила с умеренной громкостью, а больше слушала. Но она смеялась! Смеялась, не стесняясь показывать зубы! Вполне, кстати, красивые, что раздражало дам еще сильнее. Они-то, согласно неписаным правилам, элегантно улыбались вполгубы и, в крайнем случае, дробно хихикали, что должно было означать заливистый хохот. Такой вот эстетический выверт. Бывает. Наши красотки во времена оны и не так извращались. Фижмы и турнюры вспомним и пожалеем бедных нрекдолок.

Постепенно три пары разбрелись по залу. Эльзис заговаривал то с одним, то с другим подданным, решая какие-то свои вопросы, а больше дразнил и стравливал клановых, которые готовы были передраться за его внимание. И тщательно отслеживал тех, кто подобной ажитации не поддавался и вел себя сдержанно. Чаще всего это были представители родов первой волны переселенцев с Апрола, а потому прямые конкуренты королевскому дому. А то и открытые враги. Эльзиса интересовали другие, не такие родовитые и, как следствие, очень небогатые. Зато амбициозные и энергичные, готовые службой добывать привилегии, а не выклянчивать их. Присутствие Ууны у локтя венценосной особы никто не замечал. Через некоторое время Элизис, утомившись светскими обязанностями, передал девицу с рук на руки папане и при свидетелях приказал ближайшие полгода уделять делам клана, не тратя время на столицу. Только потом Эрик узнает, что рачительный папаша задвинул дочу в ближайший альков и ломанулся не на выход, а разыскивать Раима…

— Господин лавэ, — давешний неприятный господин преградил путь Ольге и Раиму, которые как раз увлеченно обсуждали домик-шале в горах, куда они будут удирать от забот насущных. И где все будет по-земному.

— Это отец Ууны. Слушаю, — Ольга кивнула, принимая пояснения и отмечая для себя, что стандартным представлением Рэм не озаботился, даже имени господинчика не назвал.

— У нас с вами остались незаконченные финансовые дела, господин лавэ, вы не находите? — Раим молчал, побуждая неприятного типа говорить дальше. — До конца контракта моей дочери еще пять месяцев. Вы разрываете контракт, как я понимаю? — Раим все так же молча кивнул. — Я желаю получить компенсацию за сегодняшний позор моей дочери и положенное ей содержание за оставшееся по контракту время!

Шенол, похоже, дара речи лишился от такой наглости, вот же неприспособленный. То, что в семье Шенолов-Вадуд житейское и практичное будет женской зоной ответственности, было понятно с самого начала. Пауза затянулась, и тогда не выдержала Ольга.

— И во сколько же вы оценили свои… хм… неудобства?

Папаня на пару секунд подвис — землянка посмела голос подать, но взял себя в руки и заявил:

— Дом, в котором проживает сейчас моя дочь согласно контракта.

— Что за дом? — спросила Ольга у Раима игнорируя папаню.

— Неплохой дом в хорошем районе.

— Обычный домишко, — вклинился заботливый папаша, продавший красавицу дочь по краткосрочному контракту. Оля не обратила на него внимания.

— Сколько комнат в домишке? — уточнила она.

— Не помню, дорогая. Дом достаточно большой, чтобы с удобством разместить благородную даму со штатом прислуги и десяток ее гостей.

— Водопровод?

— Все как в крепости.

Ага! Значит, хороший район, все удобства, штук пятнадцать-двадцать господских покоев, плюс служебные помещения. Наверное, еще и садик имеется.

— Нет, — вежливо и сухо заявила Ольга, глядя папане в глаза. Папаня взгляд принял, и с его лица стремительно стекло «баптистское благообразие».

— Тогда я подам иск о неисполнении контракта в королевский арбитраж!

— О, прошу вас, сделайте это как можно быстрее! — ответила землянка все с тем же вежливым безразличием.

— Оля?! — отмер наконец Раим.

— Мы подадим встречный иск за ненадлежащее исполнение контракта, только и всего. Когда ты последний раз навещал девушку?

— Месяцев восемь назад.

Ну да, ну да… приблизительно в это время Олю произвели в звание управляющей крепостью. Раим получил теплый благодарный взгляд: какой он все-таки немыслимо щепетильный, хранил целибат, пока она не решила этот вопрос своей волей.

— Вот видишь, дорогой. На лицо вопиющее неисполнение контракта. Что там девица обязалась делать? Заботиться о твоем комфорте и потакать мужским потребностям? Сколько можно стрещить с этой семейки за уклонение от исполнения обязательств, как думаешь?

— Но позвольте! Господин Шенол был в провинции, а моя дочь в столице!

— Вот именно, любезнейший! По какому праву она оставалась в столице, когда ее место было подле держателя контракта?

— Но ей никто не предлагал…

— Не предлагал? — уточнила Ольга у Раима. Глаза ее смеялись.

— Не предлагал, — развел руками тот.

— Вот! Значит, аррата Ууна и в столице плохо выполняла свои обязанности, раз ей даже переезд не предложили! Вы еще желаете домишко в столице, любезнейший? Или разойдемся, как нгурулы в пустоте?

«Любезнейший» предпочел развернуться и уйти, пока не попался на глаза королям. Его опала началась полчаса назад, а они с дочерью еще не покинули дворец.

— Ты интересовалась вопросом? — Раим с каким-то умилением всматривался в лицо Ольги.

— Конечно.

— И потому тихо-мирно ждала, пока срок контракта истечет?

— Ну, я понимала, что пока на тебе эти обязательства, ты ничего кардинального в отношении меня предпринимать не станешь, такой уж у тебя характер.

— И ничего не требовала даже намеком.

— Такой уж у меня характер, — улыбнулась Оля. — Не переживай, не так уж я и страдала. Нам, работающим женщинам, страдать некогда.

— Ты даже Эрика работать вынудила.

— Не нравится — пусть на троне сидит, а в моей крепости работают все! — с пафосом заявила Ольга и зашарила глазами по толпе, чтобы убедиться — вредного величества нет поблизости. — Знаешь, я бы постояла где-нибудь у окошечка и выпила бы чего-нибудь тонизирующего.

— Угощения там и там, — Раим указал на боковые двери в большую залу, — но если хочешь, постой здесь, а я принесу тебе попить.