Чтение онлайн

– Выпри, - соглашаюсь я.
– Но, мой тебе совет, завязывай с орами на подчиненных. Это не действенная методика. Некрасивая. И бизнесу во вред.

Алексей, потирая подбородок, задумчиво смотрит на меня, будто пытается понять, к чему вообще относится мое замечание. Наконец, понимает. И начинает хмурится.

– Алина, я давно руковожу людьми. И понимаю, как и что тут работает.

Коротко и ясно - не лезь. Но я хочу, чтобы он меня услышал.

– Унижать криком других людей как раз и значит ни черта не понимать в принципах мотивации.

– Ты решила поучить меня менеджменту?
– Алексей переходит на подчеркнуто официальный тон.

– Нет, - честно отвечаю я.
– Просто хочу понять, как чуткий и внимательный мужчина, любящий и терпеливый отец, теряет все навыки нормального общения, стоит ему переступить порог своей компании.

Алексей молчит и не сводит с меня глаз. Кладу папку на край переговорного стола.

– В тебе море обаяния, Лёш, - с грустью замечаю я.
– Может, легче пользоваться этим преимуществом, а не силой своего командного голоса?

– Я тебя понял, - сухо отвечает он.
– Спасибо за участие.

Нет, не понял.

Едва сдерживаюсь, чтобы не присесть в реверансе. Только киваю и, развернувшись, ухожу.

Не стоило мне, наверное, учить его общению с персоналом. Имею ли я на это право? А, может, я просто включила стерву, когда увидела его бывшую жену так близко от него, и решила покачать права?

Глупо вышло. Зря я поперла напролом. Мне всегда не хватало той самой благородной выдержки, выдающей тихую, несколько лицемерную изворотливость за женскую мудрость.

Цепляюсь за мысль, чтобы не думать о последствиях нашего недопонимания. Иду к лифту, слушая, как все ещё всхлипывает бедная Марина. Ей, выходит, тоже не хватило мудрости?

А что, собственно, такое, эта женская мудрость? Всего лишь гордая, не лишенная нежности, снисходительность к мужскому уму и мужской горячности, подкреплённая многовековой верой в то, что мед в уши и масло в рот решат любые проблемы в пользу женщины. Не мудрость даже, а мужрость.

На дураках, может, и срабатывает. Только я не хочу считать своего мужчину дураком.

За этими мыслями даже не соображаю, как оказываюсь на улице. Спускаюсь с лестницы, на мгновение замираю, пытаясь вспомнить, где видела свою машину, как тут меня окликают:

– Алина!

И, опираясь о костыль, ко мне, подходит бывшая жена Лёши.

– Алина, верно?
– она снова заинтересованно оглядывает меня. Это бесит. Стояла, значит, здесь и ждала, когда я выйду.

– Да, верно, - стараясь сохранить остатки дружелюбия, киваю я.
– Простите, но не знаю кто вы. Мы знакомы?

Она едва заметно усмехается.

– Если только заочно. Я - жена Алексея, Анастасия.

Жена? Она издевается? С дружелюбием тянуть мне больше не хочется.

– Хм...
– морщу лоб, будто силясь что-то вспомнить.
– Вроде бы уже один брак как не жена. Или я ошибаюсь?

– Значит, вам обо мне известно...
– с многозначительной улыбкой тянет Анастасия.

– Конечно. Лёша любит рассказывать о детях, а у детей, как водится, есть мать.

– Полезное наблюдение.

– Вижу, что весьма.

– Алина, послушайте, - она отводит взгляд, смотрит куда-то вдаль.
– Мы явно не питаем друг к другу приязни, но...

Выдержав паузу, снова переводит взгляд на меня. Актриса больших и малых...

– Но нам нужно поговорить. Необходимо, я бы даже сказала.

– О чем же?

– Об Алексее и наших с ним детях...

Журналистская натура во мне щелкает пальцами - конечно! Но любопытство свое стоит попридержать.

– Не лучше ли обсудить все с самим Алексеем?
– спрашиваю я.
– Так ли нужен мне этот разговор, как вам?

– Судите сами, - она вздыхает и качает головой.
– Алексей слышит только то, что хочет слышать. А нам, я думаю, стоит познакомиться не под его наблюдением. Ведь нам есть, что обсудить... То, о чем он никогда не скажет.

– Но скажете вы?

Анастасия пожимает плечами.

– Вероятнее всего. Я не враг своим детям, и хочу, чтобы мы знали друг друга не с Лёшиных слов.

И я заглатываю наживку:

– Вы меня заинтриговали.

– А как вы меня интригуете!

– Приятно слышать, - я смотрю на часы.
– У меня есть час. Поговорим за кофе?

Она на машине, я на машине. Договариваемся подъехать к кафе, расположенному выше по улице. Все тихо и мирно, без лишней суеты, а у меня ощущение, что отправляюсь брать важнейшее в жизни интервью, и от моего умения задавать вопросы и интерпретировать ответы будет зависеть вся моя карьера.

Запрокинув голову, взглядом нахожу окна кабинета Алексея.

Что ж, посмотрим.

Я иду вдоль парковки, стараясь привести чувства в равновесие. Раздражение, негодование, настороженность - эта смесь перцев сделает предстоящий разговор только острее, а мне пыхать пламенем не к чему. Нужно крепко держать себя в руках. И поэтому...

Мысль обрывается на полуслове, потому что меня снова кто-то окликает. На этот раз мужчина.

– Алина!

Вскидываю голову и, не успев сбавить шаг, спотыкаюсь и падаю в объятья Ларионова.

– Какая неожиданность! Я уж и не чаял увидеть вас снова!

Опираюсь на его руки, но как только твердо встаю на ноги, тут же делаю шаг назад.

– Здравствуйте, - чинно здороваюсь, поправляя сумку.
– Действительно, неожиданная встреча. Рабочие будни?

– Да, они, будь неладны, - со вздохом отвечает Константин.
– Как бы я хотел плюнуть сейчас на все дела и предложить вам кофе!

– Благодарю, но я тоже спешу на работу.

– А здесь какими судьбами?

Всё-то тебе надо.

– Живу поблизости. Нагло пользуюсь местом для парковки.

– Ай-яй-яй! Вы, оказывается, очень непослушная мадмуазель!
– Ларионов пытается приобнять меня за талию, но я, уворачиваюсь выученным движением и даю деру к машине.

– Всего вам доброго!
– бросаю через плечо, не удосужившись даже обернуться.