Чтение онлайн

Она боялась, что если сделает шаг, то упадёт на землю и уж тогда-то её точно заметят, и кто знает, что может произойти в таком случае.

— Я поняла тебя, — слёзно выдавила Лания. — Помогите снять с него куртку.

— Зачем? — Недовольно прищурилась Калеса.

— Нет времени, мы не успеем его и с места сдвинуть, он умрёт от потери крови, ты вообще это понимаешь? — прокричала в ответ академка, которая в жизни так не повышала голос.

Ребята помогли осторожно стащить рукава кожанки с Малера, хоть тот всё равно болезненно крючился на земле, заходясь рычанием. Нобилиа поднесла обе руки к его грудной клетке и подалась вперёд. Проблеск отчаяния и страха в глазах заставил Лауру ошарашенно отшатнуться и прикрыть рот.

— Малер! Не отключайся, Малер! — вскрикнула Нобилиа.

Лаура увидела, как по лицу академки расползалась душащая боль, та, что наступала перед осознанием того, что кто-то близкий мог лишиться жизни на глазах.

Судорожно зашевелив губами, Лания сосредоточилась, когда её ладонь перехватил Ингелео, остервенело и недоверчиво.

— Ты не помнишь, что с цветком сделала? Добить его решила? — прошипел Элисар, брезгливо отдёрнул руку и обтёр об штаны в тот же миг.

— Заткнись, понял, засунь язык в глотку и не доставай обратно! Будешь мне мешать, и я тебя превращу в тот цветок! — пригрозила Лания, оттолкнув от себя смутьяна. Лицо её исполосовали влажные дорожки. — Я не позволю ему умереть!

Перед глазами Лауры встала картина, как робкая рыжеволосая академка стояла с отсутствующим видом над почерневшим цветком, как дрожали её руки; вспомнила, как Нобилиа разбила другой горшок и села на корточки, цепляясь за волосы в обуявшем страхе. Тэнкальт совсем не понимала, как такая забитая девочка могла помочь хоть кому-то, ведь она не в состоянии помочь даже себе самой.

Лания выставила дрожащие руки, от которых. Казалось завибрировал поток ветра. От ладоней начал исходить желтовато-зелёный с малиновыми переливами свет, который устремился к ранам Малера; некоторые пряди на волосах блекло подсветились, но тут же погасли, вместе со светом.

— Нет, нет, нет! — В ужасе зашептала та, глядя на предавшие её руки.

— Что не так? — спросила Калеса, бросая растерянные взгляды то на потерявшего сознание отщепенца, то на его нерадивую спасительницу.

— Сил… их не х-хватает… после занятия и после тренировки… я не могу… не могу ему помочь. — Слёзы пуще прежнего покатились из глаз, она опустила голову.

— Нужно сделать хоть что-то! — разразилась Калеса.

Ближе подошёл Флатэс.

— Эльтен, Ингелео, хватайте его под руки и под ноги, может успеем отнести его…

— Куда ты нести его собрался? Вы может забыли сколько времени и во сколько медитрия уходит? — гневно спросила Люксальта. — Сейчас важнее остановить кровь!

Наблюдающая за всем Лаура, неотрывно смотрела на Ланию, которая с ненавистью оглядывала свои руки. Она вдруг вытерла лицо от скопившейся солёной влаги, всхлипнула и сделала ещё попытку. Лицо её стало непривычно серьёзным и напряжённым.

— Я тебя не брошу, — яро прошептала она. — Наш договор, распространяется и на меня!

Все замерли. Калеса хотела было, что-то сделать или сказать, но так и осталась с открытым ртом. Дара речи, как показалось, лишились все. Никто не мог ожидать от робкой трусишки не только потрясающего упорства, но и силы, которой, как все думали, у неё просто нет.

В груди у Лауры что-то ёкнуло, она затряслась всем существом, ведь когда тот же мягкий свет, вновь вырвался из рук Лании, из её носа потекли тонкие багровые струйки, устремившиеся к губам; глаза начали заливаться кровью, словно все капилляры разом полопались. Потоки энергии проскользнули в грудь Присфидума. Рыжие волосы Лании начали разлетаться вверх, пряди на локонах засияли серебристо-медными с земляничными оттенками также ярко, как и потоки её силы. Она натужно дышала и порыкивала. Кровь тем временем полилась и из глаз, а та, что шла из носа, пересекла губы и падала каплями с подбородка; на её плече вдруг начали вырисовываться алеющие пятна, пропитывающие ткань нежно-розовой кофточки, а вот раны Присфидума начали стягиваться на глазах. Нобилиа затрясло так сильно, что казалось, будто у неё припадок.

— Лания, остановись! Тебе нельзя тратить столько силы! Лания! — закричала, подскочившая Люксальта.

Только Контрайн успела коснуться подруги, как из рук той, перестал исходить переливающийся свет, волосы больше не светились, а сама она повалилась прямо на сидящего рядом Ингелео, который противно скрючил лицо, но таки подхватил, глядя на неё нечитаемым взглядом.

Неподвижный до того времени Малер, открыл глаза, к нему кинулась Калеса, заключая в неуклюжие объятья. Только она его коснулась, как он болезненно зашипел и постарался отстраниться.

— Заберите её кто-нибудь, она меня сейчас всего кровью измажет, — взмолился Ингелео, крепко держащий Ланию, потерявшую сознание прямо на его плече. В его глазах снова что-то промелькнуло, что-то непонятное, когда он посмотрел на академке, но Лауре уже было не до него.

Схватившись за сердце, она пошатнулась. Грудь и голову раздирало с неимоверной силой, жалящее жжение заполнило её изнутри, рассудок точно помутился, перед глазами начало плыть.

Мгновение и она шумно упала на землю, стараясь то закрыть рот, то сжимая голову, что так и норовила расколоться надвое. Её окатил невероятный страх и волной захлестнули старые воспоминания, те, которые долгие годы держались под замком созданной ею клетки. Память точно разрывали снова и снова, вклеивая недостающие куски, глаза неистово пекло. Она даже понять не успела, как закричала, давясь слезами. Крепче прижимая ладони к раскалывающейся от боли голове, Лаура зарылась пальцами в чёрные волосы, отливающие бронзой и широко распахнутыми глазами посмотрела себе в ноги. Все мысли, все слова, вся боль и обиды — вырвались наружу, поражая всё на своём пути прутья клетки, подобно разгорающемуся пламени.

Тэнкальт отчётливо чувствовала, как теряет связь с реальностью и ничего не могла с этим поделать. Из-за проносящихся в памяти воспоминаний, она даже не заметила, как к ней кто-то подошёл, да и когда заметила, делать ничего не стала. Ей ни до чего и ни до кого, ведь болезненные картины прошлого, проносились в голове одна за другой, сводя её с ума.

— Пожалуйста… пожалуйста, прекратите это! — взмолилась Лаура, когда по щекам потекли холодные слёзы. Она не до конца соображала, что говорит и к кому обращается. — Я больше не выдержу. Голова… м-моя голова сейчас взорвётся!

Для чего и зачем она просит? Разве кто-то поможет? Разве кому-то это надо? Столько лет она справлялась со всем, как могла, столько лет ограждала себя и психику от ужасов воспоминаний и вот… не справилась. И почему?

«Из-за девчонки с поломанной психикой, сломалась и я? Неужели я так слаба… но тогда она сильнее меня, разве не так?» — единственная мысль успела пронестись в голове, пока Лаура видела себя саму в детстве, видела, как бесцельно бродила то по дому, то по лужайке, видела разъярённого отца, когда он нашёл её с каким-то мужчиной, снова пережила пощёчину и громкий скандал.

Сказать, что видеть погребённые воспоминания оказалось невыносимо, не сказать ничего.

На её плечи опустились руки, чуть сдавившие предплечья и некто затряс академку. Лаура отдалённо слышала голос, словно оказалась под водой, но не могла понять чей, кто так встревоженно её зовёт?

— Эй? Алё, приём! Приди в себя, ну давай же!

Вздрагивая, Тэнкальт вдруг поняла, что должна загнать воспоминания обратно. Она постаралась это сделать, но ничего не вышло. Лаура затрясла головой в отчаянии и начала стрелять глазами в разные стороны. Через просвет в кустах, она заметила рыжую копну волос, видела, что Лания постепенно приходила в себя, её пропитавшуюся багровым кофточку и руки, покрытые кровью отщепенца, которого так отчаянно пыталась спасти.