По следам смерти
Шрифт:
– Если дядя так к вам относится, тогда почему он решил оставить вам наследство?
– поинтересовался Джон.
– Они наследники по закону, - поправил его Шерлок.
– Но это не значит, что он включит их в завещание.
– Дядя никогда не говорил о завещании, - дополнил клиент.
– А большое наследство?
– поинтересовался Джон, беря со стола чашку с чаем.
– Где то миллионов пятьдесят, - пожал плечами Эдван.
– Точно не могу сказать.
Ватсон, который в этот момент, поднес бокал ко рту и сделал глоток, поперхнулся и закашлял. Шерлок взглянул на него и, сделав вывод, что максимум, что грозит другу, это поход к психиатру, повернулся к клиенту.
– Если вас хотят убить, то не понятно, зачем было тащить вас в дом Остина Уоллис, когда можно было это сделать где-нибудь на улице, выдав это за банальное ограбление, - произнес он.
– Может это выходка твоего дяди. Возможно, он решили оставить наследство только тому, кто не побоится приехать, - предложил Джон, радуясь что эта гениальная мысль пришла именно в его голову.
– Столько вопросов и ни одного ответа, - воскликнул Эдван, вскакивая со стула.
– Так что мне делать, ехать или нет?
Шерлок на минуту задумался, а потом спросил:
– А если ты приедешь с друзьями?
Молодой человек улыбнулся:
– Мне не говорили, что я должен приехать один.
Шерлок поднялся и обратился к Ватсону:
– Мы не нарушим твои планы, если уедем сегодня?
– У меня вечером свидание с Сарой, - ответил Джон.
– Вам повезло, - сообщил Холмс клиенту.
– Мы сегодня свободны.
Когда Эдван покинул комнату, Шерлок кинулся к окну. Через минуту он повернулся к другу:
– Вроде за ним никто не следил, - сообщил он ему.
Увидев на лице Холмса удовлетворённую улыбку, Ватсон понял, что перед детективом встала достойная его задача.
****
Эдван со своими спутниками, въехали в узорные чугунные ворота уже в темноте. Когда они проехали два ряда высоких старых деревьев, перед ними открылся широкий газон, обогнув который, машина остановилась около дома. Шерлок вышел из такси и осмотрел массивный фасад, который состоял из центральной башни, к которой примыкало два двухэтажных крыла. Все окна были темными, кроме двух на первом этаже и одно на втором. Джон и Эдван вытащили из багажника чемоданы. Ватсон расплатился с шофёром, и отпустил такси. Они подошли к двери, где молодой человек постучав, посмотрел на детектива, ища поддержку. Дверь открыла полноватая миловидная девушка. У нее были большие темные печальные глаза. Она производила впечатление, будто бы переживает какое-то ужасное горе.
– Мы хотели бы увидеть мистера Остина Уоллис, - произнес Эдван.
Женщина неприветливо осмотрела их.
– Как вас представить, - поинтересовалась она, не впуская их в дом.
– Эдван Сайдер, Шерлок Холмс и доктор Джон Ватсон, - сообщил ей детектив.
– Ждите здесь, - произнесла девушка, закрыв перед ними дверь.
– Хорошее начало, - проворчал Джон, - может, мы зря отпустили такси.
В этот момент распахнулась дверь, и они увидели невысокого седого мужчину с приветливым взглядом. Он был одет в черный фрак и белоснежную рубашку с воротником-стойкой. Так же на нем были элегантный галстук и перчатки.
– Извините, что вас заставили ждать мистер Сайдер, - произнёс он.
– Рози Холидей только месяц, как принята на работу и поэтому не знает вас.
Мужчина отошёл на пару шагов назад, давая возможность гостям войти в внутрь. Эдван представил мужчину своим спутникам:
– Это Луи Адомсон, дворецкий.
Принимая у гостей верхнюю одежду, Адомсон глядя на Эдвана, извиняющимся тоном произнёс:
– Вы не предупредили, что приедете, поэтому вам и вашим гостям придётся подождать, пока приготовят комнаты. Вы можете пройти в гостиную и присоединиться к остальным.
– Ты не знаешь, почему нас хочет видеть дядя?
– поинтересовался Эдван Сайдер у дворецкого.
Мужчина замялся.
– Я не знаю, что происходит, - наконец начал он, - где то час назад приехали ваши родственники и заявили, что их позвал мистер Уоллис. Но дело в том, что он уже неделю в коме.
Эдван недоверчиво посмотрел на дворецкого:
– Почему мне позвонили и сказали, что дядя хочет меня видеть, - удивленно произнес он.
– Я не знаю, - ответил Адомсон.
– Я хочу увидеть его, - заявил Эдван.
– Но он без сознания, - возразил дворецкий.
– Все равно я хочу его видеть, - настаивал молодой человек.
– Хорошо, - согласился Луи Адомсон, - я провожу вас. Его комната находится на втором этаже, в правом крыле.
Повернувшись к друзьям, он предложил:
– Вы можете пройти к остальным в гостиную.
На что Шерлок возразил:
– Мы пойдем с вами.
– Как вам будет угодно, - согласился дворецкий и повернувшись, пошел вперед.
Они поднялись по лестнице и прошли по коридору. Остановившись перед одной из дверей, Адомсон взглянул на своих спутников и открыл ее. Мужчины оказались в просторной комнате с высокими потолками, стены которой были обшиты деревом. В огромном камине, горел огонь. Посреди комнаты находилась двуспальная кровать под балдахином. На ней укрытый одеялом лежал мужчина. Женщина в форме медсестры, сидевшая в кресле около кровати, читала книгу. Увидев вошедших, она встала.
– Это сиделка Элиза Ким, - пояснил дворецкий своим спутникам.
– Врач приходит утром и вечером.
– Чем он болен?
– поинтересовался Шерлок.
– Онкология, - ответила женщина, не вдаваясь в подробности.
– Врач считает, что ему осталось не больше недели.
Джон видя как Шерлок оглядывал комнату, понимал, что друга больше интересовала обстановка чем больной. Луи Адомсон показал жестом, что им лучше уйти и мужчины покинули комнату. Спустившись по лестнице на первый этаж, они вошли в гостиную в тот момент, когда один из молодых людей, находившихся в ней, резко поднялся с кресла:
– Это ты все время настаивал дядю против нас, - воскликнул он.
– И я не думаю, что вам стоит находиться здесь.
– Это мой кузен Джек Брукс, - шепнул Эдван, Шерлоку.
Невысокого роста мужчина в бежевом костюме, к которому обратился Джек, покраснел от возмущения:
– А кто вы такие? Вы находитесь здесь только потому, что ваша бабка окрутила Альберта Уоллис. И это не значит, что вы получите наследство.
После этих слов в комнате наступила тишина. Было слышно, как часы отсчитывают время.
"Обратный отсчет перед бурей", - только успел подумать Джон, когда началось. Присутствующие в комнате женщины вскочили со своих мест.
– Мои кузины в своём репертуаре, - пояснил Эдван.
– А этот мужчина, друг дяди, Томас Лейман.
Пока девушки пытались сообразить, что им лучше сделать: высказать, что они о нем думают, или достаточно будет, просто выцарапать ему глаза, в комнату вошёл дворецкий:
– Господа кушать подано, прошу пройти в столовую, - произнёс он, не обращая внимание на скандал.