Чтение онлайн

А уж если ты в Египте или любой другой арабской стране хотя бы скажешь «спасибо» и «до свиданья» на местном наречии, то к тебе сразу менялось отношение в лучшую сторону. По крайней мере, так было с ним, за остальных он не ручался.

Подойдя, он коротко поклонился хозяйке, отчего та прикрыла глаза рукой, мол, опять ты за своё, дорогой гость, и сел на предложенное ему место. Тут же в его руке образовался бокал из жёлтого металла (неужто золото?), в который тут же налили янтарный напиток из серебристого кувшина с длинным изогнутым носиком.

Айюнар вновь поднялась со своего места и стала о чём-то вещать, обращаясь к своим людям и жестами показывая на Вадима. Сказать, что он почувствовал себя не уютно, не сказать ничего, но приходилось держать марку, поэтому он постарался изобразить на лице нечто среднее между чувством собственного достоинства и расслабленностью. Демонстрацию страха или излишней скованности он посчитал нецелесообразной.

– Если ты хочешь узнать, что я сказала, то ничего такого, что могло бы нанести тебе какой-то вред, - внезапно обратилась она к нему, всё также стоя с бокалом в руке. Говорила она при этом также громко. – Сказала, что ты наш гость из далёких земель, который попал в весьма затруднительную ситуацию, оказавшись в пустыне без должного снаряжения, и что ты пользуешься моим покровительством. Так выпьем же за знакомство!

Последние слова она произнесла, уже обращаясь не столько к Вадиму, сколько ко всем собравшимся и добавила ещё что-то на своём наречии, после чего все, у кого был в руках бокал, подняли его над головой и дружно выкрикнули что-то типа «на здоровье!» По крайней мере, именно эта дурацкая фраза из американских фильмов всплыла в голове у Вадима.

Видимо, здесь не приято чокаться, подумал Вадим, и тоже поднял бокал, после чего отпил содержимое, оказавшееся терпким, но невероятно вкусным вином. Здешние напитки ему однозначно нравились. Нет, они реально заслуживают уважения. Он сделал ещё один глоток.

Замечательное единение руководства с подчинёнными, нечего сказать! Хотя в здешней социальной структуре стоит ещё разобраться. Как минимум, уже понятно, что есть высокие начальники типа его благодетельницы, наёмники, типа Даута, всякого рода работники и прислуга. Пока что ничего нового или оригинального. Дальше будет видно.

Вадиму не было понятно, это вообще какое-то племя и Айюнар его возглавляет? Является ли она его вождём, или эта группа просто переходила с места на место с товарами, как обычные караваны или они обычные кочевники?

Айюнар хлопнула в ладоши и зазвучала очередная переливчатая мелодия, которую исполняли на струнных инструментах несколько человек, сидящих внутри круга чуть поодаль от своей начальницы. Один из музыкантов держал в руках, как определил для себя Вадим, что-то, очень похожее на флейту, а ещё один рожок. И да, были барабанщики, куда же без них на востоке, пусть и на таком, который располагается в совершенно другом мире.

Перед костром появилась девушка, лицо которой было скрыто полупрозрачной вуалью, так, что были видны только подведённые иссиня-чёрной тушью глаза. Сама она была одета в нечто похожее на многослойный разноцветный сарафан.

Музыка стихла. Девушка посмотрела на Вадима яркими глазами, и тот понял, что это выступление будет специально для него.

– Айна – одна из лучших танцовщиц в этих землях, - наклонившись, почти на ухо Вадиму прошептала Айюнар, и он уловил ненавязчивый аромат её духов и легкий запах алкоголя. – А может быть, и во всём мире. Смотри!

А что оставалось делать? Только смотреть! Тем более, что вино в бокале оказалось довольно крепким и вольно или нет, но Вадиму захотелось хоть каких-нибудь но развлечений. План оставаться трезвым и быть начеку давал трещину, не успев вступить в силу.

А ведь реально, какого лешего он вот так просто пьёт местное вино? Вдруг у него выработается такая же привычка, какая возникла у эскимосов к огненной воде? А какие варианты могут быть ещё? Он уже ел и пил местное. Законы физики здесь такие же, как на Земле, с примерами иного он пока не сталкивался, химические элементы такие же, значит и углеводы с белками должны быть примерно такими же. В конце концов, вон, исландцы научились употреблять в пищу арктическую или полярную акулу (или как там её), и ничего! А она так-то ядовитая!

Вадим попытался вспомнить название блюда, которое однажды ему предложили попробовать его скандинавские партнёры, и от запаха которого его чуть было не вывернуло тут же в кабинете, но не смог. Да и бес с ней, с этой гадостью!

Лучше вот съесть кусочек вот этого невесть чего лежащего на вычурно украшенном серебряном подносе и выпить ещё этого замечательного вина.

Тем временем, Айюнар элегантно кивнула, и раздались первые аккорды мелодии чужого мира. Вместе с ними первые движения сделала Айна. И да, у Вадима отпала челюсть. Хорошо, что он вовремя это заметил и закрыл рот, но вообще было, отчего так восхититься.

Дальше – больше. Музыка продолжала переливаться – музыкантам явно самим нравилось представление – Айна продолжала двигаться в такт, постепенно сбрасывая с себя слой за слоем надетых на неё покровов.

Незнакомая музыка, костёр, звёздная ночь, вино! Что ещё нужно, чтобы тревожность, которая сидела у тебя в подкорке всё это время из-за того, что с тобой произошло что-то из ряда вон выходящее, из-за того, что ты не смог вернуться домой, из-за того, что ты чуть не погиб в пустыне, наконец, отступила! И да, тревожность решила, что сейчас она, пожалуй, больше не будет мучить тебя, а пока пойдёт куда-нибудь куда подальше.

Изгибы тела танцовщицы заставляли думать о чём угодно, но только не о том положении, в котором по причине своего любопытства оказался Вадим.

В какой-то момент Вадиму показалось, что танцуя, Айна сливается с пламенем костра.

Постепенно открываясь, взору представало тело, расписанное чудным растительным орнаментом, нанесённым разноцветными пигментами, один из которых очень напоминал по оттенку земную хну, но более яркий. Среди других цветов были насыщенные лазоревый и золотой.

На запястьях и ступнях Айны дрожали и звенели золотые браслеты тонкой работы.

Танец длился несколько минут, в ходе которого Айна несколько раз приближалась к иноземному гостю, бросая на него горячий взгляд, и закончился практически полным разоблачением танцовщицы под всеобщие одобряющие возгласы большей частью, понятно, мужские.

Танцовщица удалилась также внезапно, как и появилась, а сброшенные одежды собрала прислуга.

– Согласись, она великолепна! – услышал слева от себя голос Айюнар Вадим. А потом голосом полным восхищения с нотками досады она добавила, – Даже я так не умею.