Чтение онлайн

– Ты не горячись, - попытался успокоить генерала Смирнов, - но, похоже, что всё идёт именно к тому, что мы уйдём. Как-нибудь запечатаем точку перехода, отключим генератор, и…

– И никакой гарантии, что никто не попытается нарушить Договор, ты это хотел сказать, - генерал перестал заводиться, но оставался угрюм.

– Да местные-то его будут блюсти, у них пунктик на таких вещах. Проблема может быть с другими. Сам знаешь, о ком я. Собственно для того ведь мы и здесь.

– Да, для того мы и здесь. Только если сайхеты и будут блюсти Договор, то насчёт остальных я бы не питал иллюзий. Кочевники сами по себе, и да есть ещё другие.

Генерал вернулся за свой стол, его примеру последовал полковник Смирнов и тоже вернулся на свой стул.

Евстафьев снова взял в руки текст Договора, снова стал его листать, но без какой-то особой цели, видно было, что голова его сейчас занята совсем другим. Наконец, он выдал:

– Нам нужен свой человек там, у них! Понимаешь? Без этого мы будем тыкаться, как слепые котята в коробке из-под обуви. Ещё и стройка пусковой площадки заморожена на неопределённый срок.

– Свой агент в их обществе? Было бы не плохо, Миша. Проблема, только в том, что никто из нас не владеет их языками в достаточной степени, чтобы не быть раскрытым первым же кочевником, - полковник сделал вид, будто вспомнил что-то важное. – Да, и мордой лица мы не вышли, если ты не заметил. Сколько бы мы не искали подходящий расовый тип на Земле, всё бес толку. А ведь такого человека всё равно пришлось бы готовить, и ещё, чтобы он работал за идею, а не тянулся за длинным рублём или долларом.

– Значит надо придумать что-то особенное, - генерал задумчиво постукивал пальцами по столу.
– Значит должно быть так так, чтобы кто-то из них работал на нас. Может быть, даже сам не осознавая этого.

– Серьёзно? – в голосе Смирнова звучало плохо скрываемое сомнение. – Ты сейчас сидишь и читаешь Договор. И думаешь, что тех, кто подписал такой документ, можно будет завербовать? У нас в «подвале» с десяток неучтённых бедуинов сидит, и никто из них до сих пор не раскололся и не пошёл на сотрудничество. Если честно, я даже не знаю, что с ними делать.

Генерал поднял указательный палец и покачал им в воздухе.

– Даже не поднимай тему…. – он сделал паузу, - пленников. Официально они мертвы, и только Богу известно, что произойдёт, если местные узнают об их существовании.

– Знаю. Согласно Договору, мы должны были передать все тела мёртвых, и всех выживших.

– Должны были. Но ты уверен, что они нам передали всех наших?

Полковник только покачал головой.

– Нет, не уверен. Однако, я смотрю на тебя, и сдаётся мне, что у тебя есть идея по поводу внедрения агента?

Генерал пристально посмотрел в глаза полковника. Потом откинулся на спинку стула.

– Думаю, что есть. Так себе вариант, конечно, но ничего другого больше в голову не приходит.

– Поделишься?

– После того, как встретим пополнение.

– Согласен, - кивнул Смирнов.

Он поднялся и приготовился уходить, как вдруг что-то вспомнил.

– Да, необходим решить вопрос с детьми.

– А что дети? Все, кто достиг пятилетнего возраста, должны быть вместе с матерями возвращены в Союз. Что касается личного состава, то каждый должен решить, готов он дальше находиться на службе под видом длительных командировок или нет. Условия понятны и доведены до всех.

– То есть предложение с гипнозом отпадает?

– Ты бы отдал своего ребёнка мозгоправу? Зачем? Никто не знает, к каким последствиям это может привести в будущем. Пусть уж лучше они забывают всё естественным образом, даром мы, что ли, здесь всё подгоняли под наши заставы в Средней Азии. Вон, даже чайхану отгрохали в бухарском стиле, да абрикосов понасажали.

– И даже часть личного состава аутентична, - вздохнул полковник.
– Ладно, Миша, пойду я готовиться к приёму пополнения. И ты не забудь речь подготовить.

– Давай-давай! Как обычно, на перроне.

– Даут, можешь объяснить, что происходит, - сквозь зубы процедила Айюнар.

Надо признать, что глава её охраны выглядел, мало сказать, озадаченным. Вадим не исключал, что Айюнар посетила та же мысль, что и его: Даут решил выкупить проход каравана за жизнь Вадима.

– Сразу скажу, речь о пришельце первыми завели дайхедды! – обрубил он сразу все инсинуации. – Это они сказали, что он, - Даут бросил жёсткий взгляд в сторону Вадима, - должен с ними встретиться.

– Что бл@ть?! – не выдержал Вадим, но Айюнар взглядом заставила его замолчать. Не хватало ещё, чтобы кочевники заметили раздрай в их рядах.

– Ты правильно всё услышал? Ошибки быть не может? – Встав спиной к кочевникам так, чтобы не было видно движения её губ, спросила Айюнар у Даута.

– Я прожил в кочевьях не один год, Айюнар! – в голосе Даута послышались нотки обиды и разочарования. – И язык дайхеддов знаю в совершенстве!

Она положила руку на его плечо, успокаивая. И Айюнар и Даут не сговариваясь, посмотрели на Вадима.

– Ещё раз, - тихо и с расстановкой проговорил Вадим, - я готов выпить любую сыворотку правды, если у вас такая найдётся, чтобы доказать, что я ничего не знаю ни о каких кочевниках, ни о том, что я должен с ними зачем-то встретиться! Можете меня обколоть чем угодно, только…

– Нет у нас времени на сыворотку правды! – прервала его Айюнар. – Да и не думаю, что ты что-то скрываешь. Даже если ты просто думаешь, что говоришь правду – сейчас не до этого!

– Эрхат датх эш! – раздалось со стороны полукруга.

– Они требуют, чтобы мы подошли, - сказал Даут.

– Ну, если требуют, то пойдём уже! – огрызнулся Вадим. – Задолбало уже оправдываться!

И он развернулся, собираясь направиться к группе кочевников. Айюнар незаметно одёрнула его за руку и пошла первой. Рядом с ней следовал Даут.

Остановились они шагах в пяти от собравшихся кочевников, и на какое-то время в воздухе повисла гнетущая тишина, казалось было слышно, как перекатываются подгоняемые ветром песчинки по барханам.

Первой заговорила Айюнар.