По ту сторону погони
Шрифт:
– Разбойник? Этот человек разбойник?!
– Он самый. Стоило поманить перстнем, как он тут как тут со своим кинжальчиком. Хотел вскрыть мне шею, да сам стал добычей.
Нестерпимое желание выразить свой протест против произвола вампира угасло. Разбойники отравляли жизнь одинаково нечисти и людям. Смерть разбойника не так важна, как смерть невинного. Олак подошёл к найтмару и неуклюже взобрался на седло.
– Проповедь закончена, что ли?
– Этот человек преступник, вы правильно сделали, что выбрали его.
– Конечно, ведь дорожного разбойника никто не будет искать!
– само собой разумеющимся тоном воскликнула Эппо.
– Слышала, что особо ушлые вампиры получали награды и становились весьма успешными охотниками за головами. Шутка ли: и корм, и деньги. Но со мной будь спокоен, я не люблю светиться перед стражниками.
Остаток дня Эппо продолжила слушать его рассказы об ученической жизни, но теперь он старался не выбалтывать ничего лишнего. Когда он добрался до кровати своего номера в постоялом дворе, его непривычные к седлу чресла просто горели, того и гляди постельное белье подпалят, а голос окончательно сел. Единственным довольным и не болящим органом был желудок, который довольно урчал, переваривая поздний ужин.
Олак собрал волю в кулак и натянул на себя одеяло. Сейчас даже такое простое действие казалось ему пыткой.
«Баттори, Ван, сегодня я сделал первый шаг к вам. Завтра мы выедем за пределы территории вампиров, и тогда… тогда…» - Олак заснул, так и не завершив кажущуюся важной мысль, а на утро и не вспомнил о ней.
Глава 5
Момент, когда она осталась в гордом одиночестве, Эппо пропустила. Казалось вот только что троица подозрительных мужчин, не иначе как приятелей убитого ею разбойника, громко хохотала и звучно чокалась кружками, да какой-то запыленный путник, отсиживающийся в самом тёмном углу, составляли ей компанию – и вот, зал пуст, даже хозяина нет. А это означало лишь одно: сообщение передали кому надо, и каким-то особым чутьём, другие постояльцы почувствовали, что ей скоро понадобится уединение.
«Мужчины могут быть чуткими, когда захотят» - подумала вампирша, перебрасывая кухонный ножичек между пальцами. Ей и в голову не могло прийти, что именно эта лёгкость в игре с оружием и мрачное выражение лица, дали понять смертным, что на ближайшие пару часов лучше прекратить общение с зелёным змием. Ну а хозяин двора знал своё дело без подсказок.
В землях принадлежащим кланам нечисти, хорошо смазанные петли дверей – негласное табу. Половицы около входа тоже рекомендуется класть самые скрипучие.
Именно благодаря предусмотрительности людей, Вестнику не удалось войти бесшумно. Похоже, он прекрасно знал об этом, потому что направился к замершей женщине неспешным шагом. Снова незапоминающаяся внешность, кроме переливающихся под чёрной тканью одежды мускулов. Глаза по-прежнему скрывали странные очки.
– Я пришёл по вашему зову, глава клана Запятнанных когтей, - бесцветным голосом объявил Вестник.
Эппо наморщила лоб, силясь вспомнить, был ли он в числе троицы, сопровождавшей её к Князю. Так и не вспомнив, она перешла к делу:
– Не желаете пропустить стаканчик крови? – дела принято начинать издалека, что у людей, что у нечисти, и желательно с горячительного, тут состав напитков разительно отличается.
– Не пью на службе.
Настаивать бесполезно, да и острого желания угостить Вестника, Эппо не испытывала. Так, полагающийся реверанс гостеприимства.
– Полагаю, вы уже знаете, почему я позвала вас.
– Вас отрядили искать дочь нашего Повелителя, думаю, у вас возникли кое-какие вопросы. Мы удивлены, что они возникли… так рано.
– Ха, друг мой, не против, нет? – получив утвердительный кивок, Эппо продолжила: - Друг мой, я целый день, причём буквально, слушала истории о наших беглецах, и мне уже кажется, что я знаю о них всё, вплоть до цвета исподнего. Их блохастый дружок так хорошо осведомлён, что я не удивлюсь, узнав, что он держал свечку при каждом их поцелуе и прочем романтическом действии, - при разговоре с подчиненными Князя не следовало прямо говорить напрашивающиеся догадки, чем могли заниматься Баттори и Ван наедине. – Так вот: у меня возникли закономерные сомнения в достоверности сведений, в той части, где упоминается, как Ван убил шестерых вампиров из Клана Однокрылых. Даже учитывая воображение мальчика, минус два оборотня, и плюс одного, как минимум, вампира от пересказчика, и приукрашение первоисточника… Два взрослых вампира против неоперившегося юнца паладинов? Кто в это поверит? Если только сплетники не перепутали безмозглых гулей с настоящими вампирами, - Эппо фыркнула. – В общем, мне нужны настоящие сведения о способностях мальчишки.
– На самом деле вампиров было пятеро, чутьё не подвело вас.
Практически переставшее биться сердце вампирши на секунду остановилось и заработало в ускоренном темпе. Она стиснула рукоять кинжала, чтобы скрыть охватившую её панику. Погибло пятеро взрослых вампиров из клана первоклассных бойцов, в чьих навыках она удостоверилась лично в последнем столкновении с оборотнями! Задание Князя только что заиграло новыми красками: мрачными излюбленными тонами Смерти, знаменитейшей художницы всех времён и народов.
«Вернуть дочь – говорил он, - глупая подростковая любовь – говорил он… Кем бы ни был этот Ван, но он определённо не человек! Либо…» - внезапная мысль помогла справиться с паникой. Всему есть логическое объяснение, стыдно пренебрегать простой истиной.
– Ваши источники не поведали вам, что в тот момент делала Её Темнейшество?
Для бойца ближнего боя невозможно управиться с большим количеством противника: они же не будут послушно ждать, пока он ответит на атаку первого нападающего. Единственное, что может хоть как-то продлить последние секунды жизни несчастного – это несогласованность действий, опытные воины умеют этим пользоваться и порой даже выживают. Но всё меняется, когда в дело вступает магия, рушащая баланс мира холодного оружия. Баттори являлась магом, возможно, заслуги Вана были плодом их совместной работы.
– Уж не хотите ли вы сказать, что дочь нашего повелителя могла обернуться против своих подданных? – вопрос Вестнику не понравился. Он немного сдвинулся с места, на котором стоял, и на его лицо упала зловещая тень от люстры: - Леди Эппо, кажется, вы не понимаете иерархию вампиров и её особенности, что не удивительно, учитывая ваше происхождение.
Прежде чем Вестник разразился лекцией или попытался убить её, Эппо подняла руки вверх, нацепила самое глупое выражение лица и примирительно сказала:
– Да будет вам, у меня и в мыслях не было очернить госпожу Баттори! Вы правы: я многого не знаю об истинных вампирах, ведь я обращенная простолюдинка, четыреста лет выполняющая роль «девочки на побегушках», так что не всегда получается выражать мысли правильно… Я всего лишь хотела спросить, накладывала ли госпожа заклинания поддержки?
Этого посланец Князя не знал. Как и не знал, текущее местоположение беглецов. Эппо показалось, что Вестник сделал что-то не так в своей верноподданнической вспышке, и, стремясь скрыть ошибку, стал неразговорчивым. Вот именно в таких моментах и проявлялся её особый навык в добыче информации: в момент эмоциональной неустойчивости, Эппо интуитивно понимала то, что хочет скрыть собеседник. Что-что, а слушать она умела, и именно это умение не раз вытаскивало из передряг и спасало её жизнь.