Чтение онлайн

Он перестал улыбаться. Взгляд его остекленел, и в этом взгляде пряталась усталость и что-то тёмное — смесь злости и боли.

— Лив, — начал он тихо, но каждое слово било в неё, словно удар, — ты боишься меня. Ты боишься сказать «нет». И вот это — результат.

Она вздрогнула, внутренне протестуя, но голос предательски молчал.

— И да, эта ночь... — начал он, подбирая слова. — Я вёл себя не по-джентльменски. Если ты чувствовала страх, в этом была и моя вина. Я не снимаю с себя ответственность. Я сделал больно и этого не должно повторится.

Её глаза наполнились слезами, и голос едва слышно прорвался изнутри:

— Я не могла сказать «нет», потому что боялась, что будет только хуже. Ты сказал... Просил доказать... Что я могла после этого?

Он тяжело вздохнул, отступая на шаг, словно боялся повредить её ещё больше.

— А мы точно были в одной комнате? — сказал он с резкой, едкой усмешкой. — Потому что я слышал совсем другую историю. Ты говорила «да», Лив, и я слышал это как «да». А потом, оказывается, всё было иначе.

Лив хотела ответить, но вместо слов вышел лишь горький вздох.

— Хорошо, допустим, — продолжил он, поднимая руку к её щеке, — что я чудовище, которое бы переступило через твоё «нет», то скажи, почему ты всё ещё со мной? Почему живёшь под одной крышей с тем, кому, по твоему мнению, настолько плевать на тебя, Лив?

Её взгляд дрогнул. Она не знала ответа. Или знала — но не хотела произносить его вслух.

— Дверь всегда открыта. Ты свободна уйти. И я не буду тебя удерживать, хоть и очень хочу, чтобы ты осталась, — прошептал он.

В комнате повисла тишина. Лив почувствовала, как дрожь пробежала по телу, словно вокруг стало очень холодно.

— Что нам теперь делать? — спросила она еле слышно.

— Или мы продолжаем играть в «монстра и жертву», — сказал он, и уголки губ дёрнулись, — или признаем: мы оба попали в ситуацию, где никто из нас не знает, как быть. И решаем это. Вместе.

Он на секунду замолчал, потом взгляд его упал на её запястья.

— Я не знаю, как теперь к тебе прикасаться, — признался он.

Лив подняла на него глаза. В нём было и раскаяние, и гнев, и всё то, чего она боялась и к чему одновременно тянулась.

Она закрыла глаза, вдыхая его запах, и пыталась понять, есть ли в ней силы, чтобы что-то решать. Желание было. А хватит ли воли — она ещё не знала.

Между ними повисла пауза, казалось, в этой тишине можно было услышать движение воздуха.

— Хочешь, чтобы я всё исправил? — вдруг сказал он. — Тогда начнём с малого.

Она обернулась — он стоял уже ближе, держа в руке небольшую коробочку. Чёрная, гладкая, будто выточенная из самой ночи.

— Это тебе, — тихо произнёс он. — Я приготовил это ещё до... Открой.

Лив медленно взяла коробку. Внутри было ожерелье. Древнее, слегка вычурное, с чёрными бриллиантами в обрамлении белого золота. Камни сверкали глухо, почти зловеще. Украшение было великолепным... и тяжелым.

— Дориан... — она не смогла подобрать слов.

— Оно достойно тебя, — отозвался он. Его голос — почти торжественный. — Надень.

Она послушно подняла ожерелье и застегнула его на своей шее. Тяжесть камней легла на ключицы.

— Сегодня твой день, — сказал он. — У меня потом будет масса дел. Но этот — твой. Хочешь в город? Или предпочтёшь остаться в постели?

— В город, — ответила Лив. Голос прозвучал неожиданно твёрдо даже для неё самой.

Он кивнул с едва заметным удовлетворением. Потянулся, размял плечи — с ленивой грацией хищника, уверенного в себе.

— Тогда приходи в себя, красавица. Я скоро вернусь. Не скучай.

Дверь закрылась. Лив осталась одна. Ожерелье на шее пульсировало тяжестью, напоминая, что подарок может быть не просто знаком внимания, а ошейником. Она села на кровать и сжала кулаки, пряча дрожь. Он извинился. Он попытался объяснить. Он снова был обаятельным и тёплым. Но её кожа помнила, её страх не исчез.

«Я должна верить ему. Я должна...» — шептала она себе, как мантру.

Вдруг дверь снова распахнулась. Он вернулся — с театральным размахом, держа на руке несколько платьев.

— Ужас, что у тебя в шкафу, — с преувеличенной серьёзностью заявил он. — Катастрофа. Нечего надеть приличной девушке.

Лив моргнула, не сразу понимая, что происходит.

— Что?

— Вот, — он бросил платья на кровать. — Выбирай. Хотя, честно, я уже знаю, какое пойдёт лучше.

Она медленно взяла одно из них — чёрное, простое, но элегантное. Лёгкая ткань мягко скользнула по пальцам.

— Это слишком... ты, — покачал он головой. — Слишком закрыто, слишком безопасно. А с чего бы тебе прятаться?

Он подошёл ближе и поднял кремовое платье с глубоким вырезом.

— Вот это — да. Это говорит: «Я знаю о своём великолепии». Надень.

Лив хотела возразить, но его взгляд был слишком прямым. Не угрожающим. Просто... напористым. Как человек, уверенный, что лучше знает, что тебе подойдёт.

— Ладно, — сдалась она. — Но только потому, что ты настаиваешь.

— Умница, — произнёс он, и снова появилась его фирменная усмешка. — Переодевайся. Я подожду.

Она ушла в ванную, ощущая, как пылают щёки. Платье — красивое, но слишком открытое. Она вспомнила как оно оказалось в её гардеробе — это был подарок от Мар, когда та пыталась вытащить её из апатии после расставания со Стэнли. Тогда она так и не надела его. Не чувствовала себя достойной. Сейчас... тоже не чувствовала.

Она посмотрела в зеркало. Вырез открывал шею — где царапины ещё не побледнели. Лив быстро отвернулась, чтобы не успеть разреветься.