Чтение онлайн

Просматриваю отрывки прошлого. Казавшееся бесконечным счастье, а затем долгий путь вниз. Первые ссоры. Неудачные слова, мысли, поступки. Ксения права. Я сам тащу все это за собой, вместо того, чтобы смотреть в будущее. Ищу и нахожу повод разочаровываться и злиться вместо того, чтобы искать повод восхищаться и любить - как я делал когда-то. Да... нет никого, кроме меня, кто любезно предоставлял бы мне право на счастье. И нет никого, кроме меня, кто бы мешал мне это право использовать.

– Да, я понимаю, о чем ты.

– Знаю, - улыбается. И хочу напомнить тебе, что ты - все лучшее, что в тебе есть. Все счастье, которое можешь дарить другим, вся любовь, восхищение, ум, веселье, честность, творчество и мечты, - все это часть тебя, и никто не может это отнять, кроме тебя самого. Но в любом случае - ты в силах вернуть себе - себя. А злость, глупость, - это не ты. И любой человек - так же. Она - лучшее, что в ней есть.

От этих слов будто вырастают снова крылья, и многие проблемы остаются далеко внизу, уже решенные. Как не хватало мне кого-то вроде Ксении все эти годы. Кого-то умнее, мудрее, кто мог бы напомнить о главном. И... так странно, теперь уже не хочу быть для нее кем-то кроме друга. Но восхищаюсь ей даже сильнее, чем раньше. И какое же это волшебное ощущение, - ты счастлив, что в твоей жизни есть именно этот человек, что вы можете быть коллегами и друзьями, а большего тебе не нужно. Вернее - большего - неподходящее слово, потому что и так у тебя есть все. Это просто разные качества отношений. Любовь к друзьям и восхищение ими - не менее хороши, чем любовь в обычном смысле слова.

– Да... Теперь я знаю, что делать. Спасибо тебе! Ты не представляешь, насколько у меня все переменилось в душе.

– Ну, я догадываюсь. И я очень-очень рада за тебя. За вас обоих! И тебе спасибо. Мне тоже нужен был наш разговор, - улыбается.

– Я понимаю. И вижу, что тебе тоже не грустно.

– Удивлен?

– Был бы, если бы не чувствовал того же, что и ты сейчас.

Смеемся.

– Ну, и помимо остального, я рада, что могу помочь. Это вдохновляет узнавать новое, общаться, ведь когда твои знания и слова меняют чью-то жизнь, заставляют кого-то улыбаться или поверить в себя, ты понимаешь, что день прожит не зря. И да, можно любить человека просто как друга. Это твой выбор. И это не меньшее счастье. Так твоя жизнь вмещает множество чудесных людей, и никому не тесно. А время дарит все новых, что неизбежно, если не делаешь ничего просто так. Если цель твоих поступков и слов - обрадовать, поддержать, рассмешить, дать почувствовать себя хорошим и нужным, - то очень скоро твоей становится вся вселенная.

– Ты удивительный человек. Спасибо тебе, что ты есть! И такое ощущение, будто говоришь мне не что-то абсолютно новое, хотя, как кажется, эта идея чужда нашему миру, каков он сейчас. Но будто напоминаешь мне то, о чем я знал когда-то.

– Очень может быть, - улыбается.
– Так что теперь у тебя есть я, чтобы напомнить.

– Да.

Обнимаю ее на прощание. И не чувствую себя предателем. Ведь это - уже другое. Как может измениться ощущение жизни от нескольких слов.

– До завтра, Рустам.

– До завтра, Ксюша.

Смотрю ей вслед. Затем еще пять минут стою у воды, вспоминая разговор. Улыбаюсь. Будто долго блуждал от одной запертой двери к другой. А затем появилась она и открыла заветную дверь одним касанием, причем с моей стороны. И теперь свет заливает пыльный старый зал, и нужен лишь шаг, чтобы мрачные стены остались позади. И не только для меня. Даже для Ромы.

Возвращаюсь домой. Легко, весело, ведь с этого момента все будет иначе. Просто не может быть, как прежде.

Тихо открываю дверь в комнату. Сажусь у изголовья на ковер. Глажу ее по волосам. Открывает глаза.

– Прости меня, родная. Я опять тебя не слушал и не хотел понять. Это больше не повторится.

– Где ты был? С кем?!

– Был с подругой. Я вас познакомлю. Стояли у воды. Общались. Я думал о нас, помнишь, то лето в Алуште? Тихое место на берегу, и Юлька кидает камни в море. Ты была такой счастливой. Я хочу, чтобы ты снова была такой. И мы это можем. Мы можем даже больше. Вот увидишь. Я люблю тебя.

– Правда?

– Да.

Вижу ее улыбку. Обнимаю. Боже, я чуть было ее не потерял. А мог бы потерять и даже не понять, что произошло. И остаться правым с идеей, что надежды уже не было.

– А я уже думала, что все. И даже отчасти была рада. Устала от одиночества с тобой. От скуки этой, от злости. От нас. И я ведь тоже не железная. Мне и другие иногда нравятся. Те, кто ко мне неравнодушен. Кто видит во мне - меня. Правда, люблю все равно тебя одного.

– Я знаю. И мне нравились другие. Только это все - красивая иллюзия. А быть я хочу с тобой. Ты самая лучшая для меня. Прости, что так надолго об этом забыл и вынуждал тебя быть иной.

– Ну, я тоже хороша. Так что мы оба друг друга стоили. И когда нам было хорошо, и когда было плохо. Расскажи о своих мечтах, планах, о чем угодно. Я так давно с тобой не говорила. И как же я соскучилась!

– Я тоже! Да, у меня есть одна мечта, вот только что появилась. Чудесная мечта, и самое невероятное, что это и твоя мечта, и осуществить ее можно прямо сейчас. А уж как мечту назвать - подумаем потом.

Смотрит на меня широко открытыми глазами, и в них догадка и надежда.

– Руст, вставай уже! Сладкие сны смотрит тут, улыбается!

Открываю глаза и пугаюсь. Передо мной лицо Ромы с огромным фингалом.

– Господи! Кто тебя так? А... то есть извини.

Боже... так весь этот кошмар с хэппи эндом - сон?! Вдруг реальность начинает до меня доходить. Сейчас февраль. Я приехал вчера поговорить с Ромой об Анжелике, но он был пьян и мы подрались. Вскакиваю.

– Саша! У меня есть Саша, и я ее не терял!

– Конечно есть! А у меня - красота под глазом и завтра встречи с клиентами! То есть, встречи у тебя, пока моя морда лица не примет человеческий вид.

– Нет. У меня все-таки Саша. А встречи - у Дэна. Сейчас его обрадую срочной командировкой в Москву. Во сне он неплохо со всем справлялся.

– Во сне?

– Да...

В комнату забегает Ника.

– Пап! Ой! Что такое у тебя на лице?

– Да ничего страшного. Такое может иногда появиться, когда говоришь и делаешь то, что не следует.

– Ух-ты! Ничего себе!

Да уж. Появиться может и не только такое... И... теперь я знаю, что скажу Роме.

Анжелика

Бреду с Данькой на мне вдоль набережной, и будто вижу все впервые - и эту воду, и эти мосты, решетки, машины, здания. Ощущаю себя по-другому - так, как никогда прежде. В принципе, то, что произошло между мной и Ромой, не так уж и страшно - по сравнению со всей историей человечества, в которой каждый принимает участие от самого начала времен. Просто часто люди не помнят свои прошлые жизни. Но это не значит, что их нет. И нет никаких доказательств того, что человек живет лишь раз. В то время как убедиться, что это не так, - довольно просто... Даже я помню некоторые моменты. И так странно... вот идешь мимо незнакомых людей на улице - они впервые тебя видят, и ты их - тоже. Но это - лишь видимость. Просто сделали вид, что друг друга не знаем, нацепили новые тела, все забыли. Думаем, что со смертью тела всему конец. А это неправда. В этом свете меня умиляет смертная казнь. Допустим, тебя казнят на Гревской площади, объявив ведьмой. Толпы народа собрались смотреть. Никто не встает на твою защиту. Священник лицемерно читает молитву, отпускает твои грехи, будто то, что он допускает эту нелепую смерть - не является его собственным грехом - еще большим, чем все прочие грехи на свете. Роли распределены. Тебе досталась главная. А палач верит в то, что он должен быть палачом. А, спустя мгновение, когда ты уже смотришь на происходящее со стороны, и ясно теперь, что ты сама - никуда не исчезла, ты все так же можешь мыслить и воспринимать физическую вселенную, вот именно в этот момент понимаешь, что они ошиблись. Желая от тебя избавиться, они просто причинили тебе боль, испортили хорошее тело, и все. Это то же самое, как пытаться уничтожить одежду человека, думая, что так и его не станет. И теперь тебе хочется закричать, что они - несчастные глупцы, ведь ты все равно вернешься на эту же Землю, только уже никто не будет знать, где ты и как выглядишь. Хочется раскрыть им глаза, сказать правду. Да только говорить ты уже не можешь. А потом забываешь о том, что хотела сказать... но иногда выпадает шанс вспомнить все.