Чтение онлайн

Она промокнула глаза уголком платка. Время не пощадило ее. Когда Ролл видел родительницу в последний раз, она совсем не походила на фарлу, которая страдала всю жизнь. Теперь же, после кончины мужа, в свои 62 зимы она выглядела не лучше засушенных мумий в Кронулском склепе.

Ролл всегда помнил ее любовь к роскоши - дорогим платьям, бесценным украшениям и безмерным празднествам. Только благодаря ей Зидог засиял в великолепии, вожди соседних галерей лопались от зависти. На фоне мрачной атмосферы, поселившейся в залах и переходах, все это убранство смотрелось нелепым.

– Вот как, - безучастно произнес Ролл.

Он поковырялся заостренной палочкой в своей тарелке. Аппетит отсутствовал вместе с желанием разговаривать. В маленьком семейном зале они сидели вдвоем. Еда остыла, а лель загустел. Роллу необходимо было побыть одному, но мать вытащила его на аудиенцию, ссылаясь на нечто требующее его немедленного внимания. Мало ему было новости о предстоящем вступлении во власть.

– В ту ночь, нарушив клятву Кронулу, я зачала тебя.

Ролл быстро положил в рот кусок мяса с тарелки, заел зелеными ростками, продолжая набивать рот. Глаза остекленели, а зубы клацали от напряжения, пережевывая пищу.

– Жариться мне в горящих землях, пусть будет так. Прокляни меня. Ну что же ты молчишь? Посмотри на меня. Я убила обоих твоих отцов. Отравила - одного словом и второго ядом.

Лауда сжала губ в тонкую ниточку и подняла кубок.

– Презирай меня, убей меня, прокляни меня. Я не могу больше так жить!

– Ты закончила?

Воин поднялся и расцепил ее руку с кубком. Фарлу сморгнула слезы. Через них сын уплывал. Он был так похож на Орланда: ее любовь и грех. И все повторяется, ее сын хочет уйти. Нет, нельзя позволить ему оставить ее. Она не может лишиться единственного любимого фарлала в своей жизни. Вот оно, наказание Маравы. Проклятие Аквонунга.

– Презирай меня, но не покидай меня, Роланд, - взмолилась Лауда - Я ведь знаю, ты уйдешь отсюда.

Он подхватил ее на руки, поморщившись от сильного запаха леля. Несколько дней она заливала горе, радуясь, что завтра она сможет забыться также, как и сегодня.
– Мне все равно, от кого ты меня выносила. Хоть от самого Обена. Проклятье, я только что позвал это чудовище сюда.

Ролл выругался, чтобы отогнать обитателя горящих земель. Достаточно несчастий выпало на долю его семьи.

– О, мой сын...

– Помолчи. Самый искусный легендер был бы поражен твоим рассказом. Я надеюсь, завтра ты пожалеешь о той чуши, которую наплела сегодня. Пора очистить голову.

На помощь Роллу пришли трое слуг. Они приняли из рук воина нетрезвую ношу, чтобы отнести в верхнюю галерею. К счастью, Лауда к этому времени отключилась и не была в состоянии продолжать самобичевание. Он поднял соскользнувшую с ее ногу туфлю и надел обратно.

– Я хочу, чтобы ключ от ее комнаты был только у меня. Никого к ней не пускать.

Один из слуг поклонился, пока другие двое аккуратно поднимали хрупкую ношу.

– Собираешься запереть собственную мать?

Роллу не надо было оборачиваться, чтобы узнать этот скрипучий голос. И как старику удавалось следовать за ним? Он жестом отпустил слуг. Дверь тихо затворились.

– Я не видел тебя на кошаре, как ты вернулся так быстро?

– Мне льстит, что ты рад меня видеть...

– Я надеялся, тебе потребуется не одна зима, чтобы достичь Зидог и по устоявшейся между нами традиции выедать мне мозг.

Старый фарлал опустил капюшон.

– Я творение Стихий, их глаза и уши. Я могу быть везде. Они научили меня плавать, мыслить и говорить.

– Все мы из того же теста, старик. И это не объясняет твоего появления здесь.

– А разве ты ждешь объяснений? Я думал, жажда ответов кроется в ином.

– Что ж, присядь тогда, поешь и услади мой слух еще одной сказкой. Я наслушался за этот вечер. На целую жизнь вперед.

Ролл взял струнный черенок и мозолистыми пальцами перебрал незатейливый наигрыш.

– Начинай, а я тебе подыграю.

– Мне жаль твоего отца.

– Какого именно?
– огрызнулся воин. Фарлал выпрямил спину.

– Подумать только, я застрял в землях шалфейв, чтобы моя собственная мать успела прикончить Кронула. Напомни мне в следующий раз, чтобы я приказал вырвать твои конечности при приближении ко мне. Кстати, что на этот раз тебя привело сюда, старик?

– Не срывайся на мне. Я желаю тебе только добра.

– Зачем ты пришел?

– Не передавай право на престол сестре.

Ролл натянул струну и резко отпустил, выпуская боль наружу вместе с вибрирующим звуком. Все его внимание приковано к предсказателю.

– И как ты...?

– Твои мысли кричат, их не услышать очень трудно.

– Меня ничего здесь не держит.

– Фарлалами должна править железная рука и ясный разум. Конечно, иногда достаточно и ума, воин. Один раз я тебе уже это доказал.

– Напомни мне о твоем глупом поручении еще раз, и я сошлю тебя в Бриллиантовые пещеры. Может, холод подействует на тебя отрезвляюще?

– Поставь свою сестру во главе совета, но престол оставь за собой. Тебе нужно время. Ты должен вернуться и найти принцессу.

Старый фарлал вздрогнул. Ролл расколол инструмент о край стола. Музыкальный черенок разлетелся на куски, взяв последний аккорд.

– Я вернусь, но только для того, чтобы положить конец этой расе.

– Тебе нужна только одна шалфейя, - спокойно заявил старик.
– И с ее помощью ты осуществишь свои намерения.

В бешенстве Ролл вонзил черные когти в каменную стену. Со скрежетом пять полос образовались на стене, извергнув фонтан искр.

– Если ты не замолчишь, я не посчитаюсь с твоим статусом.

– Умерь пыл, воин. Твои угрозы меня не страшат. Делай, как я говорю. И ни в чем не сомневайся.

– А если я откажусь?

Жар ярости быстро ушел. Ролл с сожалением посмотрел на разбитый древний черенок.

– Твой выбор. Но разве тебе не нужны победы? Слава?

– Слава мне ни к чему, а вкус победы мне не интересен, - побежденным я никогда не был.

– Тщеславие - грех. А грехи - это ошибки. Ошибки порождают заблуждения, заблуждения - невежество.