Чтение онлайн

– Само собой, – пообещал Сергей.

Больше в номере делать было нечего, и он отправился следом за давно исчезнувшими Игорем и Радко. Но их не было видно – затерялись в огромной толпе.

Комов решил, что будет стоять на площади, пока не разойдутся люди, но они явно не собирались этого делать. Надежда никак не хотела умирать. По толпе стали разносить пирожки с мясом, раздавать их бесплатно всем желающим. Почти сразу же пронёсся новый слух: из Сербии приехало несколько машин, которые отвозили туда родственников из Косова. Так вот водители этих машин утверждали, что русские танки действительно идут по дороге. Они их обогнали.

– Они иду-у-у-т!!! – кричала толпа, эти слова эхом приходили с разных сторон, начиная походить на шум волн, на заклинание какое-то.

Сербы так верили в это, что поверил и Сергей.

Давно стемнело, наступила глубокая ночь, люди устали кричать, теперь они молча смотрели в ту сторону, откуда должны были появиться русские. Никто не уходил, как будто если он сейчас отправится домой, то мечта разрушится и русские танки повернут назад. Словно именно вера в то, что их ждут в Приштине, заставляет русских идти вперёд. Дети спали на руках родителей, может, и они видели в своих снах русские танки? Нет, подумал Комов, едва ли. Им снится совсем другое: сказочные звери, шоколадные берега, реки из газированной воды…

И вдруг, когда время приближалось уже к третьему часу ночи, где-то на окраине возник гул, он приближался, накатывался на центральную площадь, растекался по всему городу. Толпа расступалась, прижимаясь к тротуарам, к стенам домов, а в образовавшийся проход протискивались… российские БТРы!

Один, другой, третий, четвёртый… Казалось, им не будет конца и края!

Их забрасывали цветами. Все клумбы и цветники в городе ободрали, словно скосили, наверное, цветы вырвали из всех горшков, что стоят на подоконниках в квартирах и на балконах.

У Сергея ком к горлу подступил, происходящее так живо напоминало хронику времён Великой Отечественной войны! Тогда ведь точно так же встречали советские танки на улицах Варшавы, Софии, Праги… В голове отчего-то зазвучала песня из фильма «Офицеры»:

Имена миротворцев, вошедших в Приштину, наверняка, скоро сотрутся из памяти, да и сейчас их никто не знал, но о том, что сделали эти русские парни, ещё долго будут рассказывать в легендах.

– Ура-а-а! – закричал Сергей.

– Ура-а-а!! – вторил ему, не отрываясь от своей камеры, неизвестно откуда появившийся рядом Игорь.

– Ура-а-а!!! – срывал голос обнимавший журналистов Радко.

Этот победный клич подхватила вся многотысячная толпа, он объединял людей, вселял в сердца надежду и уверенность.

Откуда-то появились цыгане с бубнами, трубами, скрипками, заиграли, стали танцевать, и тут же в пляс пустились все. Обнимались, размахивали югославскими флагами, которые так похожи на флаг России. Ведь если здесь русские, жизнь продолжится!

Комов видел, что жителям Приштины очень хочется, чтобы машины остановились и те, кого укрывала от взглядов людей броня, вышли – их не отпустят, будут качать, хлопать по плечам, забрасывать цветами, им будут наливать ракию и сливовицу, предлагать сигареты, девушки будут целовать их в губы, их будут звать в дома, где уже накрывают столы.

Следом за БТРами ехали грузовые машины с солдатами. Они были в касках миротворцев. Выходило, что эти ребята совершили марш-бросок из Боснии – с северо-запада на юг – через всю Сербию и Косово, опередив тем самым американцев. В чью же светлую голову пришла эта мысль? Пусть теперь пендостанцы кулаки кусают! Они опоздали, fuck им всем!

Сергей заметил, что на бортах машин первая буква в слове КFOR [3] была нарисована совсем другим шрифтом, нежели остальные. Она вообще была написана от руки, небрежно, поверх буквы «В», которую стирали, да так до конца и не затёрли. Видимо, всё происходило в жуткой спешке, словно российские миротворцы, прознав, что в Косово собираются входить американцы, тут же бросились выручать сербов. Без приказа они бы, конечно, с места не сдвинулись, зато, получив его, сделали всё, чтобы выполнить. Из Боснии в Косово за одни марш-бросок? Мелочь! Они бы на своих БТРах и до Луны добрались, только прикажи!

Комов вдруг вспомнил, что сегодня 12 июня. День независимости. Очень странный праздник, смысла которого он не понимал. Это всё равно, что в Белграде будут когда-нибудь праздновать дату распада Югославии, радуясь, что Сербия освободилась от Боснии, Герцеговины, Черногории, Словении…

В колонне было порядка пятнадцати бронетранспортёров и ещё с десяток грузовых машин. Они, не останавливаясь, прошли через центр Приштины и направились в сторону Слатины, где располагался аэропорт. Захватив над ним контроль, российские миротворцы могли контролировать поставку грузов.

«Ох, что в мире начнётся, как же американцы и их прихлебатели завоют!» – улыбался Сергей.

Давно не ощущал он такую гордость оттого, что он – русский.

Всю оставшуюся часть ночи они пили вместе с болгарами, уж слишком хороший был повод. Утром Богомил и Живко встать с кроватей не смогли, валялись трупами, раскинув руки. Когда Игорь попробовал растормошить их, Живко сообщил заплетающимся языком, что нужно ещё немного поспать, а в Слатину они конечно же поедут. Но позже. От Богомила и этого добиться не удалось.

– Как знаете, – отстал от них Зубцов.

Им-то задерживаться никак нельзя было. По идее следовало бы уже уехать в Белград – перегонять сюжет, но без картинок того, как российские миротворцы обосновались на аэродроме Приштины, он был бы неполным.

До аэродрома было всего лишь семь километров. На асфальте валялись начинающие увядать цветы. Отчего-то это напомнило Сергею первый день после шумного праздника: веселье закончилось, скоро уберут все его следы и настанут серые будни – до следующего праздника.

Для миротворцев будни уже наступили. Похоже, мало кто из них спал, хотя после такого перехода, после нескольких часов, проведённых на жёсткой лавке в кузове грузовика, и солдаты, и офицеры должны были бы валиться с ног. Но у них было только несколько часов, чтобы закрепиться на аэродроме, потом придут другие миротворцы и могут попытаться россиян оттуда выбить…

Дорогу перегораживал БТР. Он занял своим корпусом обе полосы, а за ним миротворцы развернули мотки с колючей проволокой и опоясали ею весь периметр аэродрома. Комов заметил, что проволока была старой. Современную-то штампуют из одного куска, делая её сразу с острыми зазубринами, а на этой колючки были намотаны на проволоку. Вероятно, её сделали ещё во времена Советского Союза.