Чтение онлайн

Ощупав карманы, Персифаль не обнаружил в них своих кошелька, ножа и еще нескольких мелких и не очень ценных вещей. Кто-то похозяйничал и в его вещевом мешке. Утолив жажду и умывшись водой из кувшина, который стоял на маленьком столике в углу, он спустился в обеденный зал трактира.

Помещение зала было наполнено аппетитными ароматами, доносившимися с кухни. Трактирщика не было видно. Гостей обслуживала полная пожилая женщина. Персифаль присел за свободный стол. Ему тут же принесли тарелку с жареными яйцами, луком и ветчиной, крупный кусок свежего хлеба и горячий сладкий напиток из трав.

Яичница утолила голод, а настой немного унял похмельную головную боль. Покончив с завтраком, Персифаль узнал, где ему искать Епископа и вышел на площадь. Прямо напротив трактира на площади разворачивалось возведение чего-то поистине грандиозного. Повсюду стучали молотки и топоры. Скрежетали пилы. Рабочие, как муравьи, сновали кругом. Найти Епископа не составило труда, так как он, деловито раздавая распоряжения, находился в самой гуще стройки.

Персифаль кратко представился Епископу и рассказал о ремеслах, которыми владел. Тот тут же принял его на работу и зачислил в одну из бригад плотников.

Едва Персифаль успел приступить к работе, как протяжный зов труб огласил площадь. Строители отложили инструменты и потянулись к центру площади, где уже собрались и другие горожане. На каменный постамент взошел человек средних лет и худощавого телосложения в богато украшенных одеждах. На его руках красовались огромные золотые браслеты, по своему размеру больше похожие на кандалы. По обе стороны от него стояли стражники и трубачи. Человек развернул свиток и начал его торжественно зачитывать, хорошо поставленным звучным голосом.

– Кто это?
– шепотом поинтересовался Персифаль у стоящего рядом пожилого мужчины.

– Как кто?
– смерил тот Персифаля с ног до головы удивленным и вместе с тем насмешливым взглядом. Поняв, что Персифаль не местный, мужчина пояснил, - Это наш Глашатай, он же Великий Гимнописец. Человек на редкость одаренный.

– Похоже, он еще и очень богат, - прошептал Персифаль, разглядывая массивные золотые украшения на шее и руках Глашатая.

– Сказочно, - подтвердил горожанин.
– Он не стыдится своего богатства, и выставляет его при случае на показ потому, что заработал эти несметные сокровища своим талантом. Каждый, кто хочет выразить свою безмерную любовь к Дракону, может заказать оду, гимн или хотя бы стишок в честь государя. Так как все эти произведения выходят у Гимнописца просто великолепно, то и стоят они недешево. Никто не сможет сравниться с ним в искусстве восхваления Дракона. Желающих заказать ему нетленное творение множество. Деньги за эти шедевры текут в карманы Гимнописца неиссякаемой рекой. Таким образом, можно считать, что богатство Гимнописца - это символ любви горожан к нашему Дракону.

Тем временем Глашатай зачитал информацию о новостях в самом Городе и за его пределами. В целом, из этих сообщений можно было сделать вывод, что в Свободном Городе все хорошо, в то время, как в других городах люди мерзнут, голодают, болеют, воюют друг с другом, подвергаются гонениям и различным притеснениям. Вокруг бушевали ураганы, мор скота, грозили неурожаи и набеги разбойников. Только Свободный Город выглядел островком стабильности в океане различных напастей. Хотя это не было сказано впрямую, но подразумевалось, что своим благополучием жители Города, в первую очередь, обязаны именно Дракону. Это становилось понятно потому, что сообщения о состоянии дел постоянно перемежались подробным докладом о деяниях Дракона, и о его беспрестанной заботе о своих подданных. Свою речь Глашатай завершил информацией о прогнозе погоды на ближайшие три дня. Погода на праздник обещала быть хорошей, также благодаря стараниям Дракона. Скручивая свиток, Глашатай спросил собравшихся, есть ли к нему вопросы. Горожане поинтересовались вопросами уборки улиц, работы канализации и ценами на сено. Глашатай уверил их, что все эти вопросы, как и многие другие, находятся под неусыпным контролем Дракона, и, что все временные сложности будут вскоре благополучно разрешены. Ну, а причины временных трудностей, как известно, проистекают из козней и заговоров внешних врагов, которых нет нужды называть, потому, что они и так всем известны. Перед тем как покинуть площадь, Глашатай поздравил всех с наступающим светлым праздником Великой Потери Головы Дракона. Трубачи вновь вскинули горны и их раскатистым воем обозначили конец выступления. Процессия из музыкантов и стражников во главе с Глашатаем проследовала к массивным воротам замка и скрылась за ними.

Горожане начали расходиться, а строители, вернувшись на свои места, продолжили оставленные ими занятия. Работа шла очень быстро, и сооружение росло прямо на глазах. Кроме Персифаля, тут же трудилось больше двух сотен других рабочих. Среди них Персифаль узнал несколько человек из вчерашней очереди у городских ворот. Похоже, что многие из строителей прибыли в Город на заработки как раз в преддверие праздника.

– А что мы строим?
– поинтересовался Персифаль во время перерыва у присевшего рядом плотника.

– Сразу видно, что вы не местный, - усмехнулся тот в ответ.
– Мы строим трибуны для зрителей, ведь завтра самый радостный и долгожданный праздник в году!

– Ах да, - вспомнил Персифаль.
– Ведь завтра День Дракона!

– Не День Дракона, а День Великой Потери Головы Дракона, - поучительным тоном поправил рабочий.
– Мы чествуем не Дракона, а жертву, которую он принес на благо Свободного Города. Наш правитель отличается скромностью и никогда бы не одобрил торжеств в свою честь. Если вы заметили, в Городе нет ни одного памятника или монумента в честь Дракона.

– А как же его изображения, которые видны повсюду?

– Это не изображения Дракона, - терпеливо объяснил строитель.
– Это герб Свободного Города. Даже странно, что вы не видите разницы между тем и другим.

Персифаль не стал спорить, хотя и вправду не понимал разницы.

– Две головы, смотрящие в разные стороны - это символ нашего единства. А третья шея - символ жертвы, которую готов принести каждый из нас на благо Города, - продолжил пояснения плотник.

– А для кого трибуны?
– продолжил беседу Персифаль.

– Для всех нас, для горожан и гостей Города, конечно!

– А почему строительством руководит Епископ?

– В нашем городе зрелищами и духовностью ведает один человек - Епископ. И поэтому у нас все зрелища высоко духовны, а духовность - зрелищна. Кроме того у него хороший опыт в строительстве, ведь уже двадцать лет он руководит строительством нашего Городского Кафедрального Собора.

– До Епископа строительством трибун занимался другой человек, - добавил сидящий рядом рабочий, пуская кольца дыма из длинной костяной трубки, - но Дракон изгнал его за воровство и поборы со строителей. И назначил на его место Епископа, человека с деловой хваткой и кристально чистой репутацией.

– Да, да, - поддержал их еще один строитель.
– До Епископа мы подвергались непомерным поборам. У нас отбирали десятую часть дохода. Епископ навел порядок в этом деле, и теперь мы добровольно сдаем всего лишь пятую часть заработка на строительство Собора.

– Но ведь это вдвое больше, чем десятая часть?!
– удивился Персифаль.

– Да, но зато мы знаем, что эти деньги идут на благое дело - строительство Городского Собора, - и с этими словами рабочий указал на великолепный дворец справа от Замка.
– Наш Епископ настолько честный и бескорыстный человек, что у него даже нет своего собственного дома. Он все это время вместе с семьей живет прямо в незаконченном Соборе, чтобы быть ближе к стройке и руководить ею.

– Этот дворец не похож на собор, - изумился Персифаль.
– И выглядит он вполне завершенным.

– Да нет, что вы, - закачали головами рабочие.
– Уверяем вас, он по-прежнему не достроен, ведь Епископ продолжает собирать с нас по одной пятой всех доходов. Да и службы в Соборе пока не начались.

К этому времени перерыв закончился, и плотники снова приступили к делу. Работа шла до самых сумерек, и с наступлением темноты трибуны были полностью построены и украшены к грядущему празднику.