Чтение онлайн

– Что с моим мужем? – с трудом ворочаю языком. Павел отводит глаза. – Что с Тимом? Пусти меня к нему. Пусти.

– Увозите ее. Быстро.

Я хочу подняться, но сил нет. Качаюсь на волнах своего персонального кошмара. В пустоте, где нет ничего кроме рвущей на части боли.

Эпилог

Восемь месяцев спустя

Тим Крылов

– Товарищ генерал, вам звонят из дома, – на пороге кабинета возникает моя серетарша, и вид у нее странно взволнованный. Я с трудом поднимаюсь с места. Сердце, предательски пропускает удары. Все никак не привыкну, что у меня в нем нет больше осколка. Вытащили вместе с пулей после ранения. Дрогнула рука у Дароева, миллиметра не хватило ему до убийства. Оказывается все в этой жизни возможно. А я настоящий везунчик. И везение мое началось с появлением в моей жизни самой прекрасной. Самой взбалмошной. Самой шубутной и любимой на свете женщины.

– Соединяй. В чем проблема? – говорю я ровно. Мне больше нечего бояться. Я теперь счастлив и женат, прочно и понастоящему. Кольцо на моем пальце, кажется вросло в кожу. И это прекрасно.

– Проблема в том, что ваша мама проорала в трубку только адрес, я успела записать. Проверила в интернете, это адрес клиники акушерства и гинекологии. Зоя Дмитриевна рожает, – гаркнула секретарша. Я ухватился пальцами за стол, потому что ноги стали ватными, а шитое мое лоскутное сердце, кажется в груди перевернулось несколько раз. А я то, глупый. Думал, что в этой жизни больше ничто меня не напугает. Остолоп наивный.

– Машину мне, быстро, – почти проорал я, ослепнув от яростного ужаса. Боль. Моей жене больно, а я занимаюсь какой-то ерундой, вместо того, чтобы быть с ней когда ей нужен. Как она вызхаживала меня, все время пока я лежал в госпитале, не оставляя ни на минуту. Ей было тяжело, токсикоз. И я умолял Зою поберечь себя. Но она всегда была рядом. А теперь я нужен ей, но я на работе этой гребаной.

– Вы забыли свою клюку, – уже в спину крикнула мне секретарша.

Я скоро снова стану отцом. Отцом сына от самой любимой на свете женщины. И это невероятное чувство выращивает у меня за спиной крылья. Ну какая тут уж клюка может быть?

– Крылов, а ты куда? – словно гриб-боровик вырастает передо мной Пашка. Он еще не знает, но быть ему снова крестным. Хотя…

– Соблюдай субординацию, Пал Лексеич, – нервно хмыкаю я. – Я все таки старше по званию.

– Ой, вот я так и знал, что загордишься. Я чего пришел то. Там с мигалкой тачка. На ней поедешь, быстрее получится. Ой. Не кривись, сегодня разок можно отступить от принципоы. Ты генерал, или пес начхал? И поляну жду. Шутка ли, у генерала сын рождается. Не отмажешься. Чего смотришь? Уже весь главк знает. Так что разминай свой толстый кошелек, деточка. Давай, папаша, пусть все будет хорошо.

Все будет хорошо. Все у нас теперь будет хорошо.

Дароев получил огромный срок, по совокупности статей. Почти пожизненный. Отбывает его где-то на северах. Там же, где и дед Зои дожил свои последние дни. Старик умер через три месяца после всех событий от инфаркта.

Отец Зои, Дмитрий, потерял все, что имел. И для него это страшнее любой тюрьмы или смерти. Жанна ушла от него, забрала Марину, уехала куда-то и след ее потерялся. С Зоей он не общается. Да и она не горит желанием выидеться с тем, кто ее предал ради денег.

Мать Дароева, которая от своего сына открестилась еще на суде, работает на рынке продавцом. Опустилась, превратилась в неухоженную злобную старуху.

Гоблин все таки ушел в монастырь. До сих пор вспоминает с ужасом синекожего монстра из преисподней и замаливает грехи.

Павел стал моим замом. Хотя я бы лучше продолжил работу в поле, а не сидел бы в кабинете. Но теперь я вдруг осознал, что жить нужно не фантомной жаждой мести, а для семьи, для тех кого люблю. А жизнь сама все расставит по местам.

Степаныч ходит к Дуське Кривой смотреть телевизор. По вечерам ловит по селу рептилоидов и прячется от Ван Дамма и пасущегося Шухера.

Мама укрепляет наш новый дом, строит во дворе сарайку. Точнее гоняет бригаду рабочих, строящих нечто, больше похожее на бункер, способный выдержать ядерную зиму.

Ленка передумала про Ламборджини. Пошла в восьмой класс, избавилась от своих разноцветных косичек и стала похожа на… Зою. У них какая-то странная связь, которая крепнет день ото дня. А еще Ленка очень ждет братика.

Так все, я приехал. Я с Зоей. Мне некогда. Сейчас родится мой сын. Я обещал моей жене быть с ней рядом. Это очень ответственно и волнительно. Так, шапочка, бахилы, маска, полное обмундирование. Ну все пошел. Боже, ей же больно. Моей жене ужасно больно. Сделайте же что нибудь, мать вашу.

Зоя Крылова и все-все-все

– Ой, дундук. До седых… Этих самых… Погон дожил, и в обмороки валится. Горе. И за что нам дадены мужики? Явно же в наказание. Иди к жене, она вона целого мужука родила. А тут тобой врачам заниматься пришлось. Четыре кило. Да иди уж, – тихо бурчит где-то совсем рядом Леокадия Тихоновна. А я встревоженно оглядываюсь по сторонам, в поисках любимого мужа, который исчез как раз в тот самый момент, когда наш сын издал свой первый крик.

Наш мальчик, лежит у меня на груди. Такой серьезный. Лобик наморщил, губки бантиком сжал. Он прекрасен. Он маленькая копия моего любимого мужа. Он целая вселенная.

Знаете. Это так классно быть мамой сразу двух детей. Я мама и жена. И это такое восхитительное воздушное счастье. Но, где же мой муж? Я так хочу раздуться от гордости явив ему рожденного мной маленького бога.

– Боже мой, Зоя. Он восхитителен, – бледный Тим склоняется надо мной и я улыбаюсь.

Иногда нас такие сталкивают странные происшествия, что диву даешься. Как вот нас с Тимом например. Кто бы мог подумать, что наш случайный брак, станет целым миром. Что я научусь готовить. Да-да, я даже теперь могу пирожки сделать, и любимые Ленкины манты, а еще борщ. Борщ для генерала моего сердца. А главное, что я наконец пойму, что любить это невероятно очуменно.

Ну все. Тише. Пусть наше счастье пока будет только нашим.

– Поцелуй меня Тим, – тихо шепчу я.