Почему бы и «Да»
Шрифт:
– Он мне никакой не нужен, – морщусь я, глядя на самого смертного моего врага, развалившегося на мамином диване. На лице Морева страдание. Лодыжка перевязана. Мама даже шину наложила этому проклятому подонку. – Чего приперся? Тебе тут не рады.
– И тебе привет, – оскалился отец Зои. – Видишь как поворачивается все. Я к тебе за помощью пришел. Я. К ТЕБЕ.
– Зря, – я скалюсь. Только теперь заметил, что помимо Морева в комнате находятся две женщины. Одна в возрасте. Но еще красивая и холеная. Вторая молодая, с капризной печатью на красивом личике. Все искусственные насквозь. Зоя ни на кого из них не похожа. Она живая и настоящая. Она другая. – Ты пришел ко мне, которого сам же приговорил. Что ты думал сделать? Хочешь угадаю? Ты думал, что я найду Зою, ты ее убьешь, а меня подставишь. Так ведь? Мент отомстил за смерть жены, убив дочь ее убийцы. Хотел загрести жар чужими руками, Морев? И наследство получить, и от меня избавиться. Двух зайцев одним выстрелом. Не продумал только крошечную деталь. Точнее, ты даже в самом страшном сне представить не мог, что Зоя вышла замуж за самый твой назойливый кошмар ну скажи, что я угадал.
– Угадал, мент. Доволен?
– Я еще раз задам вопрос. Какого х… – бросаю взгляд на Ленку, которая стоит у двери и жадно рассматривает гостей. – Лешего ты приперся в мой дом?
– Дароев нас приговорил, – кривится Морев. – Мы чуть ускреблись. Безопаснее всего было спрятаться там, где он не станет нас искать. У тебя, мент, он знает нашу с тобой давнюю «любовь».
– Тогда я тебя разочарую, дорогой тесть. Тут совсем вам не безопасно. Тебе так точно.
– Я могу помочь, Крылов. А потом…
– Потом я тебя посажу. Законопачу по полной. Надолго и в самый медвежий угол. По убийству нет срока давности. И в этот раз ты не избежишь наказания, – рычу я, глядя на маму, хлопочущую возле стола. Воздух пахнет крепким чаем. – Привыкай к этому запаху. Последующие лет десять будешь такой же напиток пить на киче. Ждет тебя чифирь, параша и неприветливые соседи. Я тебе гарантирую самый веселый барак, Морев. Мама лично проконтролирует. У нее там знаешь какие прихваты во ФСИНе? Закачаешься.
– Лучше уж чай на киче, чем деревянный пинжачок, начальник. – хмыкнул Морев. – Так что? Я помогаю тебе, ты спасаешь наши задницы?
– Сначала мне нужно спасти задницу еще одну, генеральскую. Мама, ты опять взялась за старое? Пашка провалился в яму. Надеюсь в этот раз ты не понатыкала в нее кольев?
– Неча шлятся по пазьму моему. Надо было натыкать. Шлындают тут всякие, потом граблей не найдешь. И Пашка твой тот еще гусь. Поди все огурцы мои пожрал, покуда я тут лясы с вами точу. Чтоб его там протащило с моих огурчиков, оглоеда, – буркнула мама и бодро поскакала к двери. Я уставился на Морева выжидательно. Ленка схватила со стола блин и запихала его в рот целиком.
– Говори.
– Дочь моя у Дароева? Ты тут. Значит… По всем прикидкам Артурки ты покойничек?
– Предположим, – ухмыльнулся я.
– Странно, что он не проверил. Но в последнее время трон качается под Дароевыми и этот олух стал делать кучу ошибок. Я бы сам лично контрольный тебе влупил, – ощерился мой тесть.
– Отвлекись от своих влажных фантазий и продолжай, мечтатель, мать твою.
– Следующий шаг Дароева, свадьба с Зоей. Но ты же и без меня это знаешь? Ты же умный.
Я знаю и загибаюсь от страха и бессильной ярости. Соваться в логово зверя без поддержки глупо. Если меня убьют, я не спасу мою жену и моего… Моего ребенка, еще нерожденного, но уже существующего и настоящего. И я в этот раз буду осознанным отцом. Я буду, если…
– Замуж Зоя выйдет за Артура, – вдруг подала голос женщина, до этого равнодушно слушавшая нас с Моревым. – Он организует камерную церемонию, чтобы все знали, что Зоя его жена. Красиво все сделает. А потом… Дня три у девочки есть. Он сказал, что некогда ему будет разводить антимонии. Зоя приговорена. Артур подстроит несчастный случай. Или еще что придумает. Она его опозорила, а такого Дароев не прощает. Ну и наследство…
– А наследство никто из вас не получит, – вдруг фыркнула Ленка, забрызгав весь стол вареньем. Замолчала, окинула всех победоносным взглядом. Народ безмолвствовал, как говорил классик. – Думаете чего ба свалила так резко? Не дядю Пашу же спасать. И огурцы у нее давно отошли уже. Она последние скормила хряку своему еще неделю назад.
– Лена, – перебил я поток льющейся из дочери, ненужной информации.
– Чивой? В энтом годе огурцы вообще фуфло были, так ба сказала. Ну и…
– Да заткни ты уже этот фонтан идиотизма. – не выдержал Морев, я сжал кулаки. Никто не имеет права орать на моих женщин. Вообще никто, а уж тем более чертов убийца.
– Я сейчас тебя заткну, – прорычал я. Мать Зои, точнее мачеха, радостно хмыкнула. Сестра Зои равнодушно отвернулась.
– Дочь надо воспитывать. Ремнем ей всыпал бы пару раз. А не брызгать тут злостью и мужеством своим. Крылов.
– Вот ты и навоспитывал свою. Меня не учи. Ремнем я тебя отхожу если еще раз позволишь себе повысить голос на мою дочь. И вышибу к черту из дома моей матери. Поедешь прятаться куда-нибудь в другое место.
– Ой. Да ладно вам. Все равно никто эти огурцы не жрет, кроме дяди Паши, а он… – продолжила Ленка фонтанировать щенячьей глупостью. И ведь специально выводит всех из себя. Прекрасно понимает, что все на взводе и ждут от нее объяснений. Но девочки определенно нравится театральщина. Надо будет провести с матерью беседу. Ребенка она сделала своей копией во всем. Разве что мамуля не носит розовых дредов.
– Лена, пожалуйста… Что сделала Зоя. Почему ты сказала про наследство? – стараясь не сорваться в крик, простонал я. Даже как то я понимаю сейчас насупившегося Морева.
– Так, а чего? Тут к ба дядя Фима приезжал, ну этот, которого она шкуродером зовет. Ну как приезжал. Ба ему позвонила и сказала, что если он не приедет, она ему оторвет его старые бубенцы. И…
– Лена, умоляю, не надо подробностей.
Ефим Карлович Кацман старый мамулин приятель, и я уже знаю, что сейчас услышу. Фима стряпчий. Дорогой и очень хороший. Он не проиграл в своей жизни ни одного дела, а составленные им документы эталонны и их не сможет оспорить ни один другой адвокат ни в одном суде мира. Стоят услуги Фимы баснословно. Но у мамы на крутого Кацмана есть непонятное мне влияние. Старый хитрюга готов есть с руки моей мамули. И если то, что я подозреваю, правда, то у меня совсем мало времени.
– Ну, короче. Если Зоя это… Ну… Все денежки, за которыми так охотится этот козел, – кивнула в сторону Морева, играющего желваками, Ленка, – достанутся… барабанная дробь…
– Крылов, хочешь я тебе ремень подарю? Классный, от гуччи, – почти прорыдал Морев. – Там сам решишь, девчонку выпороть им, или меня придушить.
– У меня есть армейский. – вздохнул я обреченно. Времени нет совсем. Пашкины архаровцы не успеют. Надо действовать. И действовать срочно.
– Это самоубийство, Крылов, – хмыкнул Морев. Мысли он что ли читает мои, старый пес. – Хотя… А давай. Сколько проблем решится сразу, одним махом.
Глава 21
Глава 21
Зоя
Завтра свадьба. Завтра новое пальто, блин.
Мать Артура крутится возле меня, поджав губы. Подкалывает булавками чертово, омерзительно шикарное. Платье. Не то, в котором выходили замуж все женщины рода. Иглы она втыкает мне в бока, определенно не случайно. Ей нравится как я подскакиваю и взвизгиваю. Судя по тому, что в ее глазах мерцают искры злорадства, она мне мстит. Мстит неприкрыто, потому что я это вижу и чувствую всем своим естеством.