Чтение онлайн

В 1-й главе мы выдвину ли тезис о том, что фильмы и телевидение одновременно отражают «реальность» и конструируют ее. Как заметил итальянский романист и критик Умберто Эко, они не транслируют идеологию;

они сами являются идеологией. Фильм «Кличка» представляет собой ярко выраженную идеологию. Сидни Бристоу, играющая главную героиню, обнаруживает, что руководство секретной службы SD-6, которому она подчиняется, вовсе не секретный отдел ЦРУ, а враги свободного мира. Таким образом, оказывается, что она фактически находится на службе у противников Америки. Сидни ищет помощи у настоящего ЦРУ и становится двойным агентом: ее миссия — закончить дела в SD-6, параллельно сообщая ЦРУ о своих открытиях. Но ни Сидни, ни зрители не могут провести различие между целями и ценностями отдела SD-6 и целями и средствами настоящего ЦРУ. Вскоре Сидни выясняет, что ее отец, с которым она уже давно не общается и который официально работает на SD-6 — не только двойной агент ЦРУ, но также частный детектив ФБР; что ее мать была наемным убийцей КГБ и что секретные агентства всего мира пытаются любой ценой отыскать книгу 500-летней давности, в которой итальянский изобретатель эпохи Возрождения сделал рисунок с изображением светокопировальной технологии XXI века!

Сидни, как и сама Америка, обладает двойственной личностью. Ее обычное «я» — воплощение невинности и добродетели: она постоянно о чем-то тревожится, старается улучшить свою успеваемость в колледже, угодить страдающей от неразделенной любви соседке по комнате, скучает по своему молодому человеку, злится на ушедшего из семьи отца, думает о матери и отвергает ухаживания своего бестолкового друга-репортера. В своей обычной жизни Сидни много рефлексирует. Пока она сидит, забившись в угол дивана, внутри нее идет напряженная душевная работа. Но как только Сидни отправляется выполнять свою миссию, она превращается в сражающуюся машину. С помощью новейшей технологии, выведанной ею в отделе SD-6, она борется как Терминатор: бьет ногой по подбородку, прыгает с небоскребов и попадает антенной от автомобиля в глаз нападающему. Она абсолютно спокойна и полна решимости, даже когда мерзкие люди, ведущие допрос, вырывают ей клещами коренные зубы. В конце каждой серии Сидни оказывается в смертельной опасности, которую она затем преодолевает с абсолютной невозмутимостью и феноменальным профессионализмом.

В рамках сериала Америка — это весь мир. Действие фильма стремительно переносится из Лос-Анджелеса в Каир и Москву, в Рим и Оксфорд, в Тоскану и Женеву, в Мадрид и Сан-Паулу, из бухарестской психиатрической лечебницы в аргентинскую пампу и снова—в Лос-Анджелес. Лругие страны — это окрестности Америки, в которых действуют «другие» люди, злодеи — враги ЦРУ и SD-6. И где бы ни оказалась Сидни по долгу своей службы, везде все выглядит, как в Лос-Анджелесе (место, где снимался фильм), за исключением мелких нюансов, таких как колоритная одежда местных жителей. Куда бы ни посмотрела Сидни, всюду открывается один и тот же вид. Неудивительно, что она передвигается по всему миру, словно по заднему двору своего дома, и возвращается с каждой миссии, как из похода в овощную лавку. Ее враги рассредоточены по всему миру, имеют разный цвет кожи: арабы, китайцы, русские, кубинцы — тайная сеть, опутывающая весь мир.

В сериале «Кличка» нет идеи, что Америка стремится управлять миром; в фильме преподносится как нечто само собой разумеющееся то, что она управляет миром. Национальные государства, географические границы, политические структуры не важны; значение имеют только группы враждующих кланов, преследующих свои интересы на мировой арене. Нет соревнующихся сил, потому что есть только одна сила, один источник законности и порядка. При таком положении вещей не имеет смысла говорить об империи и американском империализме; подобная риторика и система анализа безнадежно устарели. Обычным империям нужны колонии. Империализм приводит к созданию доминирующей метрополии, стремящейся завоевать рынки и навязать свое правление отдаленным странам. Сегодняшний мир — это продолжение американского общества, в нем почти всеми людьми и социальными группами приняты американские культурные ценности. Фактор расстояния, как это наглядно показывается в «Кличке», потерял свое значение. За исключением так называемых экстремистских государств, не существует больше «отдаленных стран», на которые должен «оказывать влияние» обычный империализм. Америка — это уже не старомодная империалистическая власть, ищущая «сферы влияния» и борющаяся с другими империями; это сверхдержава, не имеющая аналогов. Неудивительно поэтому, что в «Кличке» мир воспринимается частью Америки. Америка — это мир; мир — это Америка.

Если мир—это Америка, то напрашивается вывод, что интересы Америки должны совпадать с мировыми ин тересами. И все те, кто действует вразрез с ее интересами, по сути оказываются противниками процветания и безопасности мирового сообщества. Это государства или группы лиц — грабители, негодяи и преступники; и их нужно как можно быстрее привлечь к ответственности. Такова логика американских военных интервенций последнего столетия. Действительно, Америка совершает вооруженные вторжения на территории других государств так же легко, часто и непринужденно, как отважная контрразведчица Сидни, совершающая подвиги во всех уголках земного шара. Соединенные Штаты отправляли свои войска в далекие страны — Китай, Корею, Вьетнам и Индонезию, и по соседству—в Коста-Рику, Гватемалу и Гренаду.

Давным-давно, еще в 1823 году, президент Джеймс Монро создал систему, получившую известность под названием «доктрина Монро», что сфера американского влияния отныне — запретная зона для европейского колонизаторства, которое будет теперь рассматриваться Америкой как «угрожающее нашему миру и безопасности». То, что происходило в обеих Америках, всегда непосредственно касалось США, поэтому трудно найти латиноамериканскую страну, не пострадавшую от вмешательства Соединенных Штатов. Совсем недавно, в 1973 году, в Чили, Соединенные Штаты свергли демократично избранное правительство Сальвадора Альенде, поставив на его место правого военного диктатора генерала Аугусто Пиночета. Альенде к тому времени уже очень давно участвовал в политической жизни Чили. Был убит не только Альенде;

тысячи его сторонников были пойманы, подвержены пыткам и убиты. Среди них были граждане США. Все это делалось с молчаливого согласия и при поддержки правительства США.

Потом было Никарагуа, где в 1980-х Соединенные Штаты вели жестокую, затяжную войну против сандини-стов. Эта интервенция была почти точным повторением 1927 года, когда президент Калвин Кулидж санкционировал военное нападение на Никарагуа. Менее чем через три четверти столетия либеральная партия, одним из основа телей которой был Аугусто Сесар Сандино, была свергнута. Либеральные сандинисты, по мнению Соединенных Штатов, «носились с большевистскими идеями». Как было установлено при расследовании скандала «Иран-контрас», [35] правительство Соединенных Штатов финансировало и поддерживало никарагуанских контрас вопреки резолюциям конгресса. Противоборство сандинистам и поддержку никарагуанских контрас (которых назвали так за запугивание, убийства и пытки невинных жителей Никарагуа) они объясняли тем, что «сандинисты являются противниками демократии». Тем не менее в феврале 1990 года «недемократичные» сандинисты потерпели поражение на выборах и потеряли власть. Более того, Даниэль Ортега затем три раза возглавлял на выборах партию сандинистов и ни разу ему не удалось получить большинство голосов. Большинство жителей Никарагуа считают, что для решения актуальных вопросов внутренней политики и внешней безопасности желательно, чтобы в правительстве не было Ортеги, который провоцирует Соединенные Штаты на дальнейшие интервенции.

В октябре 1983 года Соединенные Штаты вторглись в маленькую Гренаду; таким образом, наш список продолжается. Соединенные Штаты совершали военные интервенции и секретные операции почти во всех государствах Латинской Америки: в Боливии, Бразилии, Колумбии, на Кубе, в Доминиканской Республике, Эквадоре, Сальвадоре, Гватемале, Гаити, Гондурасе, Ямайке, Мексике, Панаме, Перу, Суринаме, Уругвае. Очевидно, эти интервенции были сделаны во имя защиты «демократии», «прав человека» и «свободы», но почему-то они всегда заканчивались сохранением рыночной сферы влияния Соединенных Штатов. США поддерживали и помогали прийти к власти ряду очень крупных нарушителей «демократии», «прав человека» и «свободы». Платой за сохранение сферы влияния Соединенных Штатов стали обычные, невинные граждане этих стран, которые были убиты, посажены в тюрьму, подвергнуты пыткам и были вынуждены подчиниться не либеральным экономическим структурам, унаследованным от испанского империализма.

Сразу после трагедии 11 сентября Золтан Гроссман, американский борец за мир, один из постоянных авторов радикального журнала Counterfuncb, опубликовал список «Век военных вмешательств США—от Ваундед Ни до Афганистана», основанный на материалах архива конгресса и поисковой службы библиотеки конгресса (список приведен в конце главы). Гроссман перечисляет 134 американских военных вмешательства, имевших место в течение 111 лет: с 1890 по 2001 год. После Второй мировой войны, как показывает список, Соединенные Штаты совершали в среднем около 1,15 интервенций в год; эта цифра увеличилась до 1,29 во времена холодной войны. После падения Берлинской стены эта цифра увеличилась до 2,0 в год. Так, с расширением сферы влияния империализма Соединенных Штатов количество интервенций стало расти во имя защиты американских интересов. Кроме того, как пишет Йохан Галтунг в книге «Стремление к миру» («Searching for Peace», 2002), география интервенций также сильно изменилась за послевоенный период3. Первым объектом военного вмешательства Соединенных Штатов стала Восточная Азия (Корея, Вьетнам, Индонезия; но также и Иран), эти интервенции были особенно жестокими. Затем была Восточная Европа, но из-за присутствия противоборствующей сверхдержавы эти интервенции не были откровенно насильственными. Третьим этапом была Латинская Америка, начиная с Кубы; при этом было затронуто большинство стран региона. Насилие здесь осуществлялось на микро- и макроуровне, но не достигло того уровня жестокости, какой был в Восточной Азии. Четвертый этап — Западная Азия, начиная с Палестины и Ирана, затем Ливия и Ливан с Сирией, в 1990-е годы—Ирак, а в начале XXI столетия—Афганистан. Таким образом, интервенции переходят от конфуцианско-буддийских обществ к православным и католическим христианским культурам и, наконец, к исламской цивилизации.

Мир получает представление об Америке главным образом благодаря таким телесериалам, как «Кличка», и таким голливудским фильмам, как «Приказано уничтожить» и «Осада». Но основой для восприятия Америки служит также и конкретный опыт — к примеру, линия поведения Соединенных Штатов на заседаниях ООН. В самом деле, позиция США в ООН мало отличается от позиции отдела SD-6 в сериале «Кличке»: мы контролируем мир и можем вести себя так, как мы захотим. Как пишет бывший Генеральный секретарь ООН Бутрос Бутрос-Гали в своей книге «Непокоренный: сага о США и ООН»: «ООН представляет собой исключительную собственность единственной державы — США, которые с помощью запугивания, угроз и наложения вето манипулируют миром в своих интересах». В случае необходимости Соединенные Штаты используют ООН для легитимации своих действий, создания коалиций и наложения санкций на «экстремистские государства». Когда мировая общественность выступает против Соединенных Штатов, Америка начинает выражать свое презрительное отношение к ООН. После Второй мировой войны Соединенные Штаты первыми приступили к созданию ООН. Американской стороной были выдвинуты такие инициативы ООН, как Всемирная декларация прав человека, направленная на укрепление «свободы» и «демократии» во всем мире по западному образцу. На протяжении всего существования ООН Америка неоднократно накладывала вето на резолюции и декларации, не отражавшие приоритетов Соединенных Штатов в политической и экономической сфере. «Вашингтон с завидной регулярностью, — как пишет Уильям Блум в своей книге "Экстремистское государство" (2001), — находился в оппозиции по отношению к резолюциям Генеральной Ассамблеи, касающихся прав человека, борьбы за мир, ядерного разоружения, экономической справедливости, борьбы против южноафриканского апартеида и в других прогрессивных вопросах». Блум приводит список из 150 случаев, имевших место'с 1984 по 1987 год, когда Америка в единственном числе голосовала против резолюций Генеральной Ассамблеи. [36]

И это все несмотря на то, что США десятилетиями не платили взносы в ООН. Когда же ООН предложила Соединенным Штатам сократить общую сумму выплаты и США наконец пообещали выплатить накопившиеся взносы, то они не сдержали свое обещание. Раздражение против США на заседаниях ООН настолько сильно, что оно чувствуется в воздухе. Именно это раздражение привело к тому, что в мае 2001 года Экономический и социальный совет ООН (ЭКОСОС) исключил Соединенные Штаты из Комиссии по правам человека, в которой состоят 53 страны. Это был первый случай за все время существования Комиссии с 1946 года. Решение было принято тайным голосованием; исход дела решило преобладание стран третьего мира, у которых накопилось достаточно поводов для раздражения против Америки. Аналогичное поражение Соединенные Штаты потерпели в 1998 году, когда они были исключены из Консультационного комитета ООН по административным и бюджетным вопросам, а затем восстановлены.