Чтение онлайн

Так же эта женщина сказала о том, что моя старшая сестра часто проводит чаепития на веранде и, когда к ней приходят гости, мне не следует там появляться. Вообще, когда она говорила о моей сестре, тон этой женщины стал более уважительным.

Саму сестру я видела лишь однажды. Три дня назад. Она как раз поднималась по лестнице и меня не заметила. Да и я ее толком не рассмотрела. Поняла лишь то, что это высокая, стройная девушка с бронзовыми волосами. Я слышала о том, что она не омега, а обычный человек. То есть, имела больше прав, чем я. И сестры мы только по матери. Отцы у нас разные. Зовут ее Жанет и она светская львица. Этим мать гордилась. Ждала, когда старшая дочь удачно выйдет замуж.

С безразличием выслушав наставления той женщины касательно правил в доме и моего поведения, я подчеркнула кое-какую информацию про местную обстановку, но в основном меня это не касалось. Я ела ту еду, которую сама покупала. Просить деньги не собиралась. И по дому я вообще не ходила. Если и была тут, то работала в спальне. В той части дома, где вообще никого не было. Но вообще хотела как можно скорее переехать отсюда.

И за всю прошедшую неделю я тут ни с кем не виделась и не разговаривала. Разве что со Скарлет, когда мы случайно сталкивались, но вообще она была загружена работой.

Поэтому, когда поздно вечером ручка моей двери дернулась, а потом раздался стук, я заранее почувствовала что-то неприятное. Кому Мериан могла понадобиться?

Я поднялась с пола, где сидела и рисовала, после чего открыла замок и выскользнула в коридор, закрыв за собой дверь.

Там увидела мою новую мать – Гвен Колинз.

– Почему ты закрыла дверь на ключ? – Гвен была одета в шелковое ночное платье и халат. Возможно, она уже собиралась отдыхать, но почему-то выглядела раздраженной.

– Просто. Что-то случилось? – я потерла ладонь. На ней было несколько еле заметных капель черной краски.

– Да. Декан звонил. Сказал, что слышал, что ты очнулась, но по правилам, они уже обязаны исключить тебя из университета.

– Я училась в университете? – я резко подняла голову. Это с каких пор омегам разрешили поступать в высшие учебные заведения? Почему я об этом не знала? У меня сознание вспыхнуло и я даже подумала, что, может, расслышала что-то не так, ведь, учитывая про все ограничения касательно нас, об этом должны были писать в новостях. Нам же вообще не позволяют ни одного лишнего шага.

– Да, в отделении для омег, - Гвен шумно выдохнула. – Как же тяжело с твоей амнезией.

Все, что начало взбудоражено гореть в груди, тут же потухло. Теперь я поняла, про какую учебу говорила женщина. В главном университете нашего государства открыли небольшое отделение для омег. Но от образования там только название. Слышала, что в этом отделении преподавали этикет, правила поведения в обществе, танцы, то, как быть хорошей женой.

– Это же такой позор будет, если тебя вот так, посередине года исключат, - Гвен, скрестила руки под грудью и раздраженно прошла по коридору. – К счастью, это можно оправдать твоим самочувствием. Я планирую сказать декану о том, что ты все еще плохо себя чувствуешь и то, что не сможешь посещать учебу, так как мы, ради улучшения твоего здоровья планируем отправить тебя жить в наш горный коттедж в Адерли. А ты поторопись и собери вещи. Послезавтра тебя туда отвезут.

Меня словно валуном ударило. Я знала, что такое Адерли. У семьи Лоу там тоже был коттедж. Это горная местность. Там нет интернета, магазинов, почты. Вообще ничего. Богачи туда приезжают ради уединения. Как я там деньги буду зарабатывать? Это все равно, что закрыть меня в лесу.

– Еще когда ты только очнулась, я думала о том, чтобы отправить тебя туда, но теперь видно, что выбора нет, - Гвен произнесла это просто и я почему-то осознавала – она действительно хотела убрать Мериан, как ненужную вещь.

– Подожди. Это все равно может вызвать плохие слухи. Дай мне доучиться, хотя бы этот год. А уже потом делай то, что хочешь.

Гвен не понравились мои слова. Она к ним отнеслась категорично, из-за чего мне понадобилось немало времени для того, чтобы убедить женщину. Я плела всякую чушь о том, что могут сказать другие люди. Гвен же волновалась о чужом мнении и я давила на это. Например на то, что в любом случае исключение будет внесено в личное дело омеги. Какими бы не были причины, но это на всю жизнь останется там красным знаком. А это и семьи могло коснуться. Как по мне все это явялось несусветным бредом, но я выдумывала сейчас так, как никогда раньше.

И, кажется, мне удалось убедить Гвен. Она выглядела еще более недовольной и раздраженной, но в итоге кивнула. Согласилась, но лишь при условии, что я в университете буду тихой и вообще незаметной. Просто отсижу там до конца года. Но, если опять опозорю их или вообще хоть что-то сделаю не так, доставляя проблемы их семье, отправлюсь жить в Адерли.

Гвен ушла, а я, вернувшись в спальню, упала на кровать. Изнутри загрызало то, что только что произошло. То, что я у этой женщины была вынуждена чуть ли не выпрашивать разрешения остаться в городе, а не отправляться в глушь, где про меня просто забудут и я вообще ничего сделать не смогу.

И это загрызало так, что я физически ощущала клыки на своей шее. Мне срочно нужно что-то делать, чтобы мной никто не мог распоряжаться.

На самом деле, Гвен на это практически не имела права. Я, как обрученная омега, уже принадлежала своему жениху, но, поскольку он не забрал меня себе, она это право переняла на себя. Но по отношению к ней мне пока что следовало вести себя тихо.

И, если Гвен намерена после окончания первого курса отправить меня в горы. У меня осталось лишь полгода для того, чтобы разорвать связь с женихом и семьей.

Мозги начали кипеть. Долго. Муторно, но, стоило мне вспомнить про это чертово отделение для омег в университете, как в голову пришла одна безумная мысль.

Здравый разум кричал о том, что этого делать не стоит, но не имея много времени, я решила рисковать.

Выйдя из спальни, я пошла искать альфу. Уже было достаточно поздно. Около девяти часов вечера, но, выйдя на улицу, я увидела нескольких мужчин. Кажется, они тут с самого утра занимались обновлением перил около главного входа. Грязные, уставшие. Обычные работяги.

Но я среди них приметила парня лет двадцати. Он высокий, огромный. С темными волосами и глазами, от которых веяло не человеческим, а животным. Он точно альфа. Это было ясно и по запаху.

– Можешь, пожалуйста, мне помочь? – даже не дожидаясь ответа, я взяла его за руку и потянула за собой. Он явно не понял, что происходит, но пошел за мной. А я почувствовала себя крошечной зверушкой, ведущей за собой огромного зверя.

– Вы молодая госпожа? – спросил он, когда мы вошли в дом. Кажется, он смотрел на меня. – И куда вы меня ведете?