Чтение онлайн

— Перестань, — отмахнулась подруга. — А когда тот парень открыто проявлял к тебе интерес, тебе тоже не нравилось.

— Так у него же ещё и девушка есть, — продолжила я ныть, по поводу своей симпатии. — Помнишь, они заходили? Тогда ещё мест не было. Кстати, до этого он приходил?

— Не знаю, — пожала плечами Нихан. — Я не обращаю на них внимания, ходят и ходят. Мне же не нужно к ним приглядываться.

— А того надменного типа ты тоже не видела?

— Кажется, нет, но я не знаю точно.

— Вот видишь, поэтому я и не стала знакомиться с ним, как только он узнал обо мне чуть больше, так и не появился. Хотя это и хорошо, я не смогла бы смотреть ему в глаза после случая в магазине.

— А это не он ли идет? — Прищурилась девушка, выставляя ладонь над глазами, будто козырек. — Посмотри-ка, даже не один, привел компанию.

— Ещё лучше, коллективной насмешки мне уж точно не хватало.

Мы проследили как группа молодых людей заходит внутрь, «мой ухажер» собирался сесть на свое место в кабинке, но самый высокий из его друзей, наряженный в дорогой костюм, украшенный бабочкой из атласа, двинулся к столику в зале. Столик был в зоне Нихан, поэтому она посмотрела на меня, спрашивая, пойду ли я поговорить с ним, или же она выполнит работу.

К счастью, мой прекрасный незнакомец, имя которого я всё же знала, его зовут Хасан, подозвал меня к себе. Я, выпрямив спину и распрямив плечи, направилась к нему, случайно взглянув по дороге на своего спасителя, быстро кивнула, и тут же его отвлекла подошедшая за заказом Нихан.

— Можно мне ещё чаю и морковных пирожных?

— Конечно, — улыбнулась я, и отчего-то, чувствуя буравящий взгляд «ухажера» на своей спине, во мне проснулась уверенность, и я произнесла столь неожиданные для себя самой слова, — Вы скоро все наши десерты попробуете, а потом потеряете интерес и не придете?

— Что вы, — следом улыбнулся он, косясь куда-то в сторону. — Мне здесь очень нравится, когда попробую всё, начну сначала. Я работаю здесь неподалеку, на лесопилке, и когда у меня появляется свободна минутка, я прихожу к вам.

— На лесопилке Али Оглу?

— Да, вы с ним знакомы?

— Немного, он наш сосед.

— Как же это мы не виделись раньше? Я часто бываю в гостях у своего дяди.

— Он ваш дядя? — Я искренне удивилась, особенно потому, что дядя Али частенько предлагал мне познакомиться с его племянником, а я отшучивалась. Но лесопилка пробудила во мне ещё один вопрос, волновавший меня с самого утра. — Можно кое-что спросить? Вы случайно не знаете Джошкуна Весфеля? Он вроде бы работает там же.

— Я работаю скорее в офисе, занимаюсь переправкой, поставкой, и вот ещё мы думаем открыть своё производство. Он работает давно?

— Нет, пару недель.

— Может вы ошиблись? Дядя уже как два месяца жалуется мне, что рабочих не хватает, и никто не устраивается. И только вчера я слышал подобную песню. Но я и могу ошибаться, — последнее предложение он добавил после того, как заметил моё растерянное лицо.

А я действительно расстроилась, выходит, что отец врал мне? И сегодня так упрямо отрицал всё. К тому же теперь он выносит из дома вещи. Что ж, в этом я сама виновата, нельзя было попрекать его, да, ничего бы не изменилось, но он хотя бы не врал мне, и не продал мои вещи.

Собрав волю в кулак, я вновь улыбнулась, попыталась задержать слезы отчаяния, так старательно лезущие наружу, и продолжила:

— Вероятно, я и сама ошибаюсь. Спасибо, что уделили мне время.

— Не за что. Я поступил весьма неправильно, что не познакомился с вами раньше. Меня зовут Хасан, а вас? — Он встал на ноги, отодвинув стул, и протянул мне руку в знак знакомства.

— Кадер, мне очень приятно.

— И мне. Надеюсь, мы с вами ещё встретимся. И не только здесь, — со смешком добавил он.

Я улыбнулась и направилась на кухню. Конечно, мы встретимся, я же тебе ещё чай с пирожными не принесла.

Я пребывала в некотором замешательстве от событий сегодняшнего дня. Во-первых, со мной заговорил предмет моих воздыханий. Во-вторых, отец меня обманывал, и теперь из-за него будет чуть больше проблем, и то чувство облегченности, поселившееся в моей душе после того, как я подумала, что он занят делом, улетучилась.

— Ну, и? — Нетерпеливо спросил я, после того как обе официантки скрылись на кухне.

— Видел её? — С восторгом прошептал Анри, продолжая смотреть на дверь служебного помещения.

— Которую?

— Вы серьезно? — Непонимающе, с каким-то ошеломлением и перекошенным ртом спросил Джан. — Вы оба втюрились в официанток? Я просто ещё надеюсь, что не в одну.

— Тебе-то какое до них дело, женатик? — Хмыкнул его брат, за что быстро получил по уху, из-за чего мы привлекли внимание этого любимчика, а по взгляду этой девчонки я сразу всё понял, моей официантки. — Всё хорошо, брат, не беспокойся, — поблагодарил парня Озгюр, и уже Джану, — Вот поэтому в приличных местах я никогда не сажусь с тобой рядом.

— А сейчас чего уселся? — Джан с раздражением смотрит на брата, после ситуации в клубе они так и не помирились.

Джан сегодня нервный, даже больше, чем обычно, он постоянно крутил что-то в руках и дергал ногой, и часто, будто случайно смотрел в огромные окна, но я заметил, как он с тревогой поглядывает на этого неприятного типа за соседним столом.

А тот, в свою очередь, делал вид, что наблюдает за официантками, но часто его взор обращался на нас.

— Хорошие места заняли, — пробубнил Озгюр, натянул на свою рыжую шевелюру капюшон, затянул нитки, чтобы нижняя часть лица его закрылась, и сполз по стулу.

— И вот теперь, когда все неприятные личности, с ещё более неприятными интересами, нам не мешают, говорите, какого черта здесь происходит?

— Не выражайся так, — попросил Анри, слабо следящий за ситуацией за нашим столиком. — Вот она сейчас возвратится, услышит твои поганые речи, и будет разочарована во мне.

— А она что, подслушивает чужие разговоры? — Пошел в атаку Джан.

— Здесь нет никого кроме нас и того молчащего парня, я уверен, что в такой тишине нас и на кухне слышно, — вступился я за Анри, и сразу задал ему вопрос, — Ты всерьез влюбился в кого-то из них? Когда только успел.

— Я бывал здесь некоторое количество раз, — тихо и смущенно произнес Анри, глаза его забегали. — Моя семья никогда не ожидала от меня этакого предательства. Чтобы я привел в дом официантку.

— Что-то в этом пошло тебе на пользу, — кивнул Джан, на лице его застыло строгое выражение, и только в глазах остался огонек, огонек недоверия. — В этот раз ты не называешь их подавальщицами.

— Да заткнись ты уже, — очнулся от немого пребывания в капюшоне Озгюр, вновь усаживаясь прямее, почуяв, что сейчас узнает что-то новое. — А чего сразу домой приводить?