Чтение онлайн

Вечером уставшая я выходила из ателье, где не выспавшаяся, нервная и дерганная после ночных событий, продолжала помогать с коллекцией. У тётушки Айшен сегодня были планы на вечер, поэтому закончили мы раньше времени.

Как только услышала о её намерениях отпустить меня, решила, что сразу же вернусь домой и займусь своей работой, ведь ещё немного, и я перестану укладываться в сроки, к тому же это работа не на Ташлычунаров, где к моей задержке отнеслись бы спокойно.

Но стоило мне выйти на свежий воздух, подумала, что пора поговорить с Анри по поводу Нихан. Лучше было бы выяснить это с ней, но в клинике сегодня не приемный день, и телефона ей не должны давать. Уже почти нашла в контактах номер парня, как вдруг мне позвонил незнакомый номер.

Почему-то встревожилась, Биркан нехорошо настроил меня утром, когда мы возвращались домой, глупо думать, что мне позвонил убийца, но спокойнее не стало.

— Слушаю, — напряженно ответила я, вслушиваясь в звуки по ту сторону.

— Что случилось? Почему у тебя такой странный голос? — Облегченно выдохнула, так успокоилась, что даже сама не стала задавать вопросов, хотя всё равно удивлялась.

— Нихан? Ты своровала чей-то телефон?

— Я когда-то была воровкой? Это не больничный телефон, а старый я выбросила вместе с номером. Ты сейчас занята?

— Нет. Можно приехать в клинику?

— Я в нашем кафе, если есть возможность, приезжай, — как-то странно сказала подруга.

Поймала такси, поехала в «Эдер», размышляя о странном звонке, и такой же предстоящей встрече. Почему она не в больнице? О чем хочет поговорить?

Внутрь заведения я буквально ввалилась, сгорая от негодования и тревоги. В пустом зале, как и всегда в это время, занят только один стол в центре, там и сидела моя подруга. За стойкой официантов пилила огромные ногти Тюлин, заметив меня, скорчила недовольную гримасу, и сказала:

— Если собралась делать заказ, сама Ышику на кухню и передай. Всё равно будет ругаться, что не сказала о твоем приходе.

Проигнорировала её, впоследствии чего услышала громкое фырканье, и продолжение маникюрного процесса, молча села к подруге.

— Ты сбежала? — Тихо спрашиваю, пропустив момент приветствия.

— Нет, я лучше чувствую себя, и меня выписали. Хоть я и должна посещать специалиста каждую неделю, чтобы не усугубить процесс выздоровления и не вернуться в прежнее состояние.

— Тебе точно легче? Ты не обманула, чтобы выйти раньше? Нихан, это не шутки, это твоё здоровье.

— Перестань, мне надоело там сидеть, и да, некоторые улучшения есть. Я даже могу назвать себя счастливой. Не смотри так, то, что осталось в моей душе, так просто не исчезнет, от лекарств, бесед и терапии.

— Как раз наоборот. Сама ты не справишься, — продолжала настаивать я, новости совсем не обрадовали меня, теперь к беспокойным мыслям прибавилась и тревога за подругу. Когда она была в больнице, настроенная на лечение, и оно осуществлялось с хорошими прогнозами, я почти не боялась, только иногда, когда в разговоре речь заходила о покойном женихе.

— Отлично ты в меня веришь, Кадер. Очень приятно слышать твои слова, — в её голосе чувствовалась обида, мне стало стыдно, и я попыталась загладить ситуацию.

— Извини, я знаю, что ты поправишься, но в атмосфере и в стенах клиники гораздо проще настроиться на лечение, ты попадаешь в другое место, и почти ничего не напоминает тебе о прошлом.

— Ты не права, — девушка грустно улыбнулась, её задумчивый взгляд застыл на голубой салфетке, плохо подходящей к дизайну кафе. — Я ведь собираюсь жить там не всю оставшуюся жизнь, когда-то я вернусь. Поэтому я должна восстанавливаться в привычных условиях. Хотя на работу я не вернусь. Не могу.

— Так даже лучше, появляется возможность устроиться на лучшую работу. Там, где тебе понравится.

— Нет, дорогая, — Нихан положила руки на стол, начала перебирать пальцы, взгляд её замер на них, словно она думала, как переубедить меня. — Не думаю, что продолжу работать. Всех денег не заработаешь.

— Верно, но на жизнь, в любом случае, нужно зарабатывать, так уж вышло, — я перестала понимать суть нашего разговора, так же и мнение подруги.

— Ты воспитывалась в другой стране, при иных обстоятельствах, — девушка легко улыбнулась. — В приличных семьях, без острой необходимости, женщины не бегут на работу. Мои отпустили меня только потому, что я мечтала о идеальной свадьбе, и фактически за меня отвечал Онур, он был не против моей работы, говорил, что не буду скучать в его отсутствие.

— Да, мне действительно не понять этого. Поэтому не буду вмешиваться в ваши порядки. Чем тогда ты хочешь заниматься?

— Жить, как и другие. Получать удовольствие от жизни, быть счастливой. Всё ведь к этому стремятся. Никто не проходит свой путь, ожидая от него только неприятности, да, так происходят, но об этом не мечтают. Я ведь позвала тебя не только сообщить о почти выздоровлении.

— Соскучилась? — Предположила я, приподняв бровь.

— Да, но и это ещё не всё. Пора рассказать тебе. Мы с Анри теперь вместе.

Очень неприлично, даже в какой-то степени оскорбительно, замерла с полуоткрытым ртом на несколько секунд, обрабатывая информацию.

Минуту назад, при упоминании погибшего жениха в её глазах загорелся огонь его поминальной свечи, а я услышала, как затрепыхалось её сердце от едва сдерживаемых мук, а уже сейчас она говорит, что встречается сдругим человеком.

Нет, я рада за подругу, она как никто другой заслуживает счастья, но я чувствую, что это ложь, не больше, чем самообман, а это не сделает её жизнь лучше.

— Поздравляю, — всё же выдавливаю из себя, и нацепляю неестественную улыбку. Может, я не права, не стоит тут же обвинять подругу во лжи. — Желаю вам счастья.

— Ты не выглядишь счастливой, — оскорбилась Нихан, складывая руки на груди. — Если хочешь что-то сказать, говори.

Очень хотелось сказать, но я удержалась. С одной стороны ситуация мне не нравится, но с другой, возможно Анри станет её ключом в мир счастливой жизни, и вскоре она полюбит его.

— Нет, задумалась о своём. Анри очень хороший человек, не поступай с ним жестоко, — всё же не удержалась, и под конец сказала лишнего.

— Знаю, и не собираюсь его обижать. А как ваши отношения? Ты всё ещё ненавидишь Биркана? — Собеседница очень оживилась при этом вопросе, словно хотела услышать моё признание к нему в любви, и это дало бы ей возможность думать, что и её ожидает нечто подобное.

— Иногда. Точно, он же должен меня забрать в семь из ателье. А я уехала, — начинаю рыться в сумке в поисках телефона, неожиданно вспоминаю новые правила о безопасности. То есть не выходить откуда-то не предупредив, и уезжать-приезжать можно только с Бирканом, так как Ферхат уехал. Чувствую себя ущемленной преступницей, но приходиться мириться, или это, или далекая поездка на другую часть страны, и полное отсутствие понимания происходящего.